Да, я бы мог с ним поспорить, апеллируя к некорректному сравнению целителей и директоров промышленных предприятий, но что-то мне подсказывало, что и на этот счёт у Арнье уже заготовлены веские доводы, к которым я окажусь не готов.

— Чёртова бухгалтерия!

Спасительный звук пришедшего на коммуникатор сообщения раздался слишком громко и неожиданно.

Разблокировав экран, с удивлением уставился на имя отправителя.

'Добрый день, господин барон!

Вас беспокоит Бертольд, скромный служитель ИК. Взял на себя смелость разыскать ваш номер по своим каналам. Чтобы не терять зря ни вашего ни своего времени, приглашаю вас сегодня на скромный ужин. Если есть такая возможность, огромная просьба не затягивать с визитом. Нам ест что с вами обсудить. Жду вас у себя.

С уважением, Бертольд'.

«А вечер перестаёт быть томным, — Миагозра ожидаемо напряглась. — Что этот толстяк от тебя хочет?».

— Ну вот и спросишь у него сегодня сама, — смешок вышел нервным, поскольку настроение тут же испортилось.

Отец Бертольд, Святой Аарон его побери!

Какого дьявола ему от меня понадобилось? И хотя я понимал, что тем для разговора уже накопилось достаточно, мой здравый смысл вопил, что сегодняшняя будет совершенно иной.

Ещё и это смс, отправленное второпях, судя по сухости и одной ошибке в тексте. Очевидно, что святую задницу святого отца что-то изрядно припекло, раз он не прибыл лично или не прислал положенного в таких случаях бумажного приглашения курьером.

Что же случилось?

«Скромный служитель ИК». Прям не «Инквизиционный корпус», а «исправительная колония», сравнение с которой закономерно возникло в моей голове. Горькая ирония, о которой Бертольд даже не догадывался.

Винсент отреагировал на новость спокойно.

— Мне нужно полчаса, чтобы подготовить машину и людей к поездке. Отправимся на «Зонале».

— Только не говори, что мы выдвинемся на ужин к святому отцу в фургоне с полной пачкой бойцов в «Призраках», — изумился я. — Может ещё ракетницу возьмём?

— Если нужно, мы отправимся туда даже со взводом механизированных роботов в боевом обвесе, — жёстко ответил Винсент. — Меня нанимали для обеспечения безопасности Рода, главой которого вы являетесь. И ваше здоровье — приоритетная задача. Так что, если вы несогласны, я хоть сейчас могу написать рапорт с просьбой замены меня на этой должности!

— Я услышал, — вздохнул я, понимая, что спорить бесполезно. — Не беспокойся, проблем своим норовом я тебе доставлять не собираюсь. Я всего лишь поинтересовался об уместности данного состава для визита к нерядовому инквизитору.

— Уместность — понятие относительное, — пожал плечами Гор. — И целесообразность этого определяется исключительно порядком мероприятий и действий при сопровождении охраняемого объекта. Тем более, «Призраки» нужны только по пути следования нашего транспорта. И они там и останутся, когда вы смените сидение «Зонала» на более мягкое сидение стула за столом святого отца. Сомневаюсь, что вам будет угрожать опасность в доме отца Бертольда.

«Смотрю, тебя сегодня все прогибают, — язвительно заметила Миагозра. — Сначала Арнье со своей бухгалтерией, теперь Винсент с навязанным караулом. Интересно, когда ты женишься, тоже будешь слушать их указания в первую брачную ночь?».

— И снова мимо, дорогая, — спокойно заметил я. — Ты либо методичку смени, либо уже найди подход к моим порокам. Видишь же, что попытки надавить на самоуверенность, эго, тщеславие и гордость не работают? Прояви же, наконец, изобретательность, вместо того, чтобы долбиться рогами в запертую дверь.

«Милый, не переживай, — довольно промурлыкала демоница. — Я лучше всех знаю, на что мне нужно давить. Так что, просто будь внимателен и ничего не пропусти. Тебя ждёт масса чудесных открытий».

Отвечать я не стал.

Мой щелчок по демоническому носу снова достиг цели. А то, что она бессильно щёлкнула зубками… Так что ей ещё остаётся делать, кроме как хорошую мину при плохих раскладах?

Устав размышлять над темой предстоящего разговора с Бертольдом, я достал коммуникатор. Раскрыв нужную вкладку, пальцы механически вбили короткое:

'Сбрасывайте адрес, святой отец. Выезжаю немедленно.

Андер он Сворт'.

Расположившись на заднем сидении микроавтобуса, я раз за разом прокручивал в голове все факты и обстоятельства знакомства с отцом Бертольдом, но не находил ничего, за что бы он мог зацепиться. По факту, у него на меня не было ничего. А необоснованную неприязнь к делу не пришить.

Да и после последнего напряжённого разговора, когда на мою защиту грудью встала Малика он Фарен, при молчаливом одобрении Крайвена, у святого отца вообще должны были отпасть любые вопросы.

Но, нет же.

Что-то же ему понадобилось от меня сейчас, что он прислал смс, потрудившись разыскать мой номер? И всё это, волей-неволей, навевало не совсем приятные мысли.

«Я бы тоже не была так спокойна, — зашевелилась в сознании Миагозра. — Толстяк, несмотря на свой хитрый паскудный характер, обладает отменным чутьём на несоответствия. Как говорится: „Не знаю как, но не так“. Он что-то чует, но доказать пока не может. Так что, следи за тем, что говоришь».

Когда «Зонал» притормозил, сворачивая с шумного проспекта вглубь спального района, и двигаясь к его окраине, я, признаться, не знал, чего уже и ожидать. Звук навигатора, оповестивший об окончании маршрута, стал для меня неожиданностью.

Почему-то, мне казалось, что священнослужители такого ранга должны непременно селиться в пузатых помпезных особняках, за высокими воротами с вычурной золочёной ковкой и чтобы непременно по обеим сторонам наличествовал тщательно ухоженный газон с живыми постриженными кустами и декоративными деревьями. Наличие собственной часовни с горгульями и колокольни тоже приветствовалось.

— Дальше я сам, — бросил я двум бойцам, вознамерившимся идти со мной. — Винсенту, если что, доложите, что это был мой приказ.

К счастью, эти двое со мной уже ездили, так что мне не пришлось доказывать, что я могу за себя постоять. Коротко кивнув, двойка в «Призраках» вылезла из авто, тут же растворившись в воздухе. — Ждите!

Передо мной возвышались матовые чёрные ворота. Никаких крестов, херувимов и цитат из святых книг на них не наблюдалось.

«А так сразу и не скажешь, что толстый скромен до неприличия, — проворчала демоница. — Ну или этот аскетизм специально выставлен напоказ. Хоть бы табличку какую с номером или надписью прикрепил».

— Что-то типа: «Отец Бертольд. Частный приём. Строго по записи. Сожжение еретиков проводится только по вторникам и пятницам»? — тихо хмыкнул я.

«Я до сих пор не могу поверить, что оказалась внутри существа с настолько примитивным уровнем юмора», — огрызнулась Миа.

— Надеюсь, что я не ошибся, — я протянул руку к неприметной кнопке звонка, но нажать не успел, так как ворота дрогнули, плавно отъехав на пару метров в сторону.

«Нет, ты не ошибся, — лениво отозвалась демоница. — Внутри дома знакомое давление. Та же плотная аура толстяка. Кроме него в особняке никого нет. То ли он отослал прислугу, то ли живёт один…».

«То ли, он вообще здесь не живёт, а сие скромное обиталище служит как раз для таких встреч», — закончил я её мысль, уже опасаясь говорить вслух, на случай, если в воротах имелся домофон. — Сейчас всё станет ясно'.

Приусадебный участок оказался весьма мал и кроме вымытой, выскобленной добела тротуарной плитки и газона, ничем не выделялся. Единственным украшением были софиты по обеим сторонам аллеи, ведущей к серому квадратному трёхэтажному дому.

Толкнув единственную дверь, я оказался в светлом холле. Светлом — из-за двух стеклянных стен, которых со стороны входа видно не было. Стиль «минимализм», во всей его красе, разбавленный мрамором, кожаной мебелью и несколькими кашпо с зелёными деревцами. В конце холла расположилась широкая стеклянная лестница, ведущая на верхние этажи.