— Артур, я не злюсь, — максимально ровно произнёс я. — И я не собираюсь выяснять, что ты делал и с кем говорил. Мне, как бы это сейчас не прозвучало — плевать. Но давай с тобой договоримся на сегодняшний вечер… Если меня ожидают ещё какие-то сюрпризы, постарайся хотя бы предварительно кивнуть. Это же не сложно? Нет?

«Заблудиться в этом поместье, и подохнуть от стилета в печени в твоём теле — слишком позорная смерть для меня, — вставила свои пять копеек Миагозра. — Так что, если он соберётся снова устроить нам очередную экскурсию, пусть работает экскурсоводом. Так ему и скажи!».

Артур выдохнул с явным облегчением, помотав головой.

— Больше никаких сюрпризов, Ваша светлость. Если они и будут, то я к ним не буду иметь никакого отношения.

— Вот и славно, — подытожил я, сцапав поблёскивающую соком дольку нарезанного персика на тарелке. — Артур, а теперь скажи мне вот что… Сколько примерно человек уже знает о произошедшем?

Официант едва заметно улыбнулся, окончательно поняв, что буря обошла его стороной.

— К тому моменту, как вы доедите этот персик, об этомм будет знать каждый десятый. А через четверть часа — все.

— Ну вот и хорошо, — кивнул я. — Тогда у меня есть ещё четверть часа, чтобы прогуляться по залу.

— Как вам будет угодно, ваша светлость.

Официант исчез так же бесшумно, как и появился, но я почему-то знал — Артур будет крутиться поблизости.

«Что ты собрался делать с секундантом? — в лоб спросила демоница. — Представь, если никто не изъявит желания выступить на твоей стороне? Ты об этом вообще думал?».

«Дорогая, не нужно делать мне нервы, — сварливо отозвался я. — Всё будет хорошо. Здесь присутствует человек, которому если и хотелось бы отказаться, но он не сможет этого сделать, чтобы не потерять лицо. Так что, расслабьтесь и получайте удовольствие».

«Как же меня бесит твой самодовольный тон, — процедила Миа. — Если бы только знал!».

Прогулка по залу растянулась немного дольше, чем я планировал.

Не потому что я так уж старался выдержать необходимую паузу в четверть часа, а просто так получилось само собой.

Практически каждую минуту кто-то из гостей считал своим долгом либо кивнуть мне с плохо скрытым любопытством, либо демонстративно отвернуться, показывая своё отношение.

Только непонятно: к моей персоне или к тому, что я сделал.

Один весёлый персонаж вообще подошёл ко мне с двумя стаканами чего-то крепкого, настойчиво намереваясь выпить со мной, ибо я «потрясающий молодой человек, который его впечатлил».

Судя по тому, что присутствующие презрительно не кривились, либо подобное состояние этого субъекта было абсолютно привычным для всех, либо это был кто-то серьёзный, раз его не попытались ни вывести на свежий воздух ни сделать замечание.

«Вон тот ещё дирижабль, в зелёном камзоле, уже дважды продефилировал мимо нас, — заметила Миагозра, после того, как я вежливо отказался от выпивки, двинувшись дальше. В её голосе прорезалось нездоровое веселье. — Может ты автографы уже начнёшь раздавать?».

Отвечать я не стал, так как тоже заметил тактические манёвры толстяка.

Спустя четверть часа перемены настроения в зале уже можно было ощущать кожей. Такое не измеришь ни одним прибором.

Разговоры стали чуть громче, взгляды — чуть чаще. Начали образовываться компактные группы от четырёх человек, сгрудившихся намного плотнее, чем того требовала обстановка или обычная светская беседа.

«Праздник к нам приходит, — нараспев прокомментировала Миагозра. — Главное, чтобы он не закончился чьими-то похоронами. Да, Андрей?».

Ответить я не успел.

— Барон он Сворт, — раздался бархатный голос за спиной. — Признаться, вы сегодня удивительно щедры на впечатления.

Обернувшись, я увидел ту самую даму в строгом вечернем платье, в привлечении внимания которой так неосмотрительно обвинила меня Миагозра.

Теперь она стояла в нескольких шагах от меня, сложив руки перед собой, и разглядывала меня с неподдельным любопытством. Агрессии или осуждения не было, а вот интерес женщины вполне ощущался.

— Ваше сиятельство, — я поклонился даме, как того требовал этикет. — Барон Андер он Сворт, к вашим услугам.

— Инесса он Кранц, — она тепло улыбнулась, однако я был уверен, что титул она не назвала сознательно. — Вы своим необычным появлением оставили незабываемые впечатления у половины зала. Это дорогого стоит. Вам этого показалось мало? Решили, что успех нужно закрепить?

Лёгкая поддёвка и тон, с каким она была произнесена не оставляли иного толкования. Женщину эта ситуация веселила.

«Маркиза уже всё знает, — тут же вклинилась Миа. — И, судя по всему, знает больше нас с тобой».

— Закрепить? Нет, что вы, — небрежно отмахнулся я. — В том, что неприятности находят меня сами, моя вина только косвенная. А последствия — это то с чем мне приходится работать, когда вступает в конфликт разница воспитаний.

«Во ты завернул, — цокнула языком демоница. — Разница воспитаний, вы посмотрите на него. Значит, как наматывать на клинок чужие кишки, его воспитание молчит, как парализованное. А тут ему решили надрать уши за его же выходки, и сразу конфликт воспитаний. Ну просто святой ребёнок».

— Разница воспитаний, — Инесса негромко рассмеялась, повторив, сама того не подозревая, слова Миа. — Знаете, в своей жизни я видела вызовы из-за случайно оброненного платка, из-за непонятой шутки. Даже из-за спора о новом аромате парфюма и времени раскрытия верхних нот сандала. Но: «разница воспитаний» переплюнула их все. Вызвать Артемия он Скалле на дуэль до смерти в доме канцлера… Простите мою прямоту, но более безумной вещи я ещё не видела.

Артемий он Скалле.

— Вы, наверное удивитесь, но до сегодняшнего вечера я даже не слышал этого имени, — пожал плечами я. — Да и имя в какой-то момент склонно становиться лишь набором звуков, если его обладатель забывает элементарные правила вежливости.

— Некоторые наборы звуков могут себе позволить ещё и не то, — от её изучающего взгляда я не чувствовал никакого дискомфорта, что было довольно непривычно. — Я уже осведомлена, что вы не очень любите, когда вам дают советы, поэтому я просто озвучу, поскольку вы, видимо, не понимаете, куда ввязываетесь.

«Ну наконец кто-то решил заняться твоим образованием бесплатно, — наставительно заметила Миагозра. — Слушай внимательно, неуч, вдруг что полезное скажет».

— Буду благодарен за любую информацию.

— Артемий он Скалле. Его отец Родер он Скалле — второй голос в дворянском совете от западных земель. Влияние, деньги, связи. Весь этот арсенал — за спиной этого заносчивого молодого человека. И если вы всерьёз рассчитываете убить его на дуэли, вам придётся считаться с тем, что жизнь вам начнут портить не дожидаясь окончания этого приёма.

Услышанное не порадовало. Не то чтобы это меняло мои планы, но информация была ценной, и пренебрегать ею было бы глупо.

— Спасибо за предупреждение, ваше сиятельство. Но, я примерно понимал, во что ввязываюсь.

— Правда? — она изогнула бровь, обдумывая услышанное. — Тогда позвольте спросить прямо: вы хотите его убить, или напугать?

Вопрос был задан настолько точно и в лоб, что я невольно замешкался.

«Хороший вопрос, между прочим, — заметила демоница. — Я бы тоже с удовольствием послушала ответ».

— Убивать я его не планировал, — ответил я честно. — Но выбора мне не оставили, кроме выбора места и времени дуэли.

— А ещё вас лишили выбора, как именно умереть, — Инесса покачала головой, но в её глазах промелькнуло что-то похожее на восхищение. — Либо либо вы самый большой безумец из всех, кого я видела за свою жизнь, либо человек, который знает, что делает. Впрочем, одно другому не мешает.

— Госпожа он Кранц, если вот начистоту… А почему вас так заботит судьба обычного барона?

Маркиза улыбнулась, но на этот раз мягче, будто мой прямой вопрос ей понравился больше, чем все предыдущие расшаркивания.

Бури не случилось, хотя я очень рисковал.