Ну а что? Это теперь мое тело. Личность Лучано растворилась в моей, оставив после себя память и рефлексы тела. Неплохие рефлексы, надо сказать, по крайней мере стрелять он умеет. Как умеет драться, и все остальное, еще только предстоит проверить. Но ничего, проверим, это тоже не проблема.

— Я понимаю твою злость, Чарли…

— Но мы не будем зря рисковать, — я покачал головой. — Мы сделаем умнее. Мы разберемся с исполнителями. Они ведь считают себя неприкасаемыми, не так разве? А мы объясним им, что это не так. Ник. Мы возьмем его, допросим, узнаем, кто еще там был. И перебьем всех остальных.

— Полиции это не понравится, — он покачал головой. — Ты и так под наблюдением, а уж после сегодняшнего. Лишний раз тебе лучше не высовываться.

— Я и не буду высовываться, — я усмехнулся. — Я сам схожу в полицию. Твой адвокат мне поможет. А насчет того, что я не хочу оставаться в больнице… Это ведь личное право каждого, не так ли? Тем более, если они не могут меня защитить…

— Это законно, — подтвердил Мей.

— А с исполнителями мы не будем разбираться публично. Выставлять трупы на обозрение… Сейчас не время. Мы еще не на войне, и развязывать ее у меня нет никакого желания. Как и залегать на матрасы, нет. Они просто исчезнут. Это будет сигналом.

— И дальше?

— А потом мы договоримся, — я улыбнулся. — Я лично встречусь с Сэлом, и мы поговорим. Думаю, он не откажет мне в перемирии, он ведь знает, кто я такой. К тому же у него на горизонте маячат большие проблемы. Да и… После того, как мы это сделаем, он зауважает меня гораздо сильнее.

— Или возненавидит. Его люди ведь могут посчитать, что он не способен их защитить. Кстати, ты не думал обратиться к Джо?

— Тогда Джо подумает, что я не могу сам разобраться с проблемой, — я качнул головой. — Это ударит по моему авторитету. И поверь, он будет не рад, если я буду договариваться с Сэлом.

— То есть, ты хочешь замириться с Маранцано? — спросил Лански.

— На время, — я покачал головой. — Они с Джо-боссом все равно не уживутся. Рано или поздно мы схлестнемся в полную силу. И уже тогда мы сделаем свой ход. Мей, я знаю, что я могу доверять тебе полностью. Мы ведь с тобой вместе еще с таких вот лет.

Он кивнул. И я знал, что он считает так же. Багси… Может быть и нет, он слишком импульсивен. Его, кстати, могут натравить на меня, если захотят. Но Лански умен, и он верен. Не предаст, что еще важнее.

— Я думаю, что нам нужно сделать небольшую перестановку, — сказал я. Не знаю, стоит ли говорить об этом сейчас или нет. Хотя, наверное, стоит. Пусть Лански будет в курсе, а ведь он все равно станет одним из исполнителей, не иначе. — Поменять главу семьи. Джо-босс засиделся на своем месте. Он жаден. Слишком жаден. Так что нас в случае чего поддержат и остальные.

— А дальше? — спросил Лански, внимательно посмотрев на меня. — Пойдем уже за Сэлом? Это было бы неплохо. Под ним ведь весь Северный Нью-Йорк. Смогли бы расширить нашу сеть. Ты ведь сам говорил, что хочешь залить улицы дешевым самогоном.

— И все это отберет Джо-босс, если мы сперва с ним не разберемся, — кивнул я. — Нет, мы сделаем это позже. Сделаем, не беспокойся. Как, кстати, идут наши дела? Ты делаешь то, о чем я просил?

— Да в целом… — он чуть замялся. — Чарли, ты, конечно, счастливчик, но я опасаюсь вкладывать в это реально большие деньги.

— Мей, — я выдохнул. Чего-то подобного я на самом деле и ожидал, он ведь всегда был осторожен. — Просто поверь мне. Если ничего не произойдет, мы отобьем эти деньги за полгода, сам же знаешь. А если выгорит…

Он посмотрел на меня с сомнением во взгляде, а потом все-таки кивнул. Все-таки решился.

— Хорошо. Значит, запускаем машину на полную катушку. Но ты лично за все отвечаешь, Чарли, хорошо?

— Хорошо, — кивнул я. — Если что, я тебе и Бенни все верну. Но не придется, уж можешь мне поверить.

Я подумал немного. Раны обработаны, цель указана. Что дальше? А да, забыл об еще одной вещи.

— Да, — проговорил я. — Пошли кого-нибудь к Гэй. Пусть заберут ее и спрячут на время. Я боюсь, что ублюдки Сэла могут навредить ей.

Не то, чтобы я проникся к теперь уже своей русской танцовщице какими-то чувствами, но если парень не может защитить свою женщину, то как ему вообще можно верить? Это же вопрос престижа.

— Ты хоть письмо ей напиши что ли, — хмыкнул он. — А то она ведь может не поверить нам.

— Напишу, — кивнул я.

— Вот, держи, — он вытащил из внутреннего кармана блокнот и карандаш, такие же, как у того детектива, что меня допрашивал. Похоже, что он использовал их, чтобы записывать мысли. А потом наверняка сжигал, не иначе. Он слишком умен, чтобы оставлять такие следы.

Я подумал немного. Она узнает мой почерк? А она вообще умеет читать, кстати говоря? Да должна, не совсем же дура.

Хотя в нынешние времена далеко не все умеют это делать. Я вот умею и писать, и читать, пусть и учился в спецшколе для детей с криминальными наклонностями, которую так и не закончил.

А еще я умею делать шляпы. Да, это совсем забавно. Но в воспоминаниях вспыло то, что на заре своей карьеры я устроился в шляпную мастерскую. И вполне успешно совмещал эту работу с грабежами, крышеванием и наркокурьерством.

Я принялся писать. Короткую записку, без особых чувств, без признаний в любви, ориентируясь больше на инстинкты самого Лаки. Когда закончил, перечитал. Никаких деталей нет, все нормально. И вроде бы в его стиле.

— Держи, — я оторвал листок, после чего протянул его Лански. И блокнот с карандашом тоже.

— Ну тогда я поехал, — он поднялся. — Думаю, к ланчу приедет адвокат. Попрошу Бенни забрать его, он тоже захочет повидаться. Заодно обсудишь с ним это твое дело с Ником.

Ну да, тут действительно лучше задействовать силовое крыло. Но напоследок уже. Следить лучше отправить людей Мея, потому что они более осторожны. Сигелу ничего не стоит просто выкрасть его среди бела дня, не разбираясь, кто там и что может видеть. А то и вообще устроить пальбу из Томпсонов.

А нам это делать никак нельзя. За нами сейчас следит полиция, очень внимательно. И за Лански с Сигелом тоже, потому что они слышали, как я попросил Гэй прислать их.

— Хорошо, давай, удачи, — кивнул я и поднялся. — Закрою за тобой дверь.

И мы вместе пошли к выходу из квартиры. Я снова держался за стену, но чувствовал себя гораздо лучше. По крайней мере кровь остановилась.

— Попроси Бенни привезти еды, — сказал я. — Тут же ничего нет.

— Да, конечно, — кивнул Мей.

— А еще отправь пару человек проследить за Капуцци. Только аккуратно, чтобы не попались.

— Сделаем.

Он протянул мне руку, и я пожал ее. Ладонь маленькая, сухая, но до чего же крепкая у него хватка. Хотя о его деловой хватке можно сказать то же самое. Мей своего не упустит.

Лански вышел, а я закрыл за ним дверь. Вернулся на диван, где по-прежнему лежал пистолет. Патрон в патроннике, а сам он на предохранителе. Спать не хотелось совершенно. Нервы. Нервы, нервы, нервы.

Так и до панических атак недалеко. Что мне теперь к психологу начать ходить?

Гангстер, который ходит к мозгоправу. Где-то я такое видел уже. И закончилось все для него плохо. Но нет, сейчас не те время, психотерапия сейчас все больше карательная: с лоботомиями, электрошоком, да и вообще она пока что больше напоминает пытки.

Это потом благодаря лобби биг фармы психиатров станет едва ли не больше, чем всех остальных врачей. И они начнут массово выписывать людям антидепрессанты. Здесь это началось еще в девяностые.

У нас гораздо позже, но в двадцатых тоже люди в огромном количестве сидели на таблетках. И это даже перестало считаться зазорным.

Ладно, теперь ждем. Жаль, что часов у меня нет, так что время будем мерить по ощущениям. Дам Бенни поспать часа четыре примерно, а потом лягу сам и, надеюсь, усну.

А к ланчу приедет адвокат и Багси. И меня ждет разговор уже с ними. Но ничего, все будет нормально. Все будет нормально.

— Мистер Лучано, — услышал я уже знакомый голос и открыл глаза.