Диаронд прижал меня к себе и приподнял вверх, как того требовал танец. Странно, но рядом с ним я не задумывалась о том, как танцую, как выгляжу, как двигаюсь. Я просто плыла по течению музыки, не боясь оступиться, зная, что Диаронд всегда поймает меня. Откуда у меня такое безоговорочное доверие к нему, учитывая наши с ним непростые отношения и особенно их начало? Почему я подсознательно ищу в нем поддержку и опору?

– Ты ошиблась, – тихо шепнул Владыка и, отпустив меня на расстояние вытянутой руки, вновь притянул к себе, только каким-то чудом сдернул мой плащ, растворив его. Следом с моего лица исчезла и маска, а глаза Диаронда оказались слишком близко. – Я всегда буду искать тебя в толпе, даже если ты закутаешься в тысячи плащей.

От этого откровения сердце ускорило свой бег, но танец продолжался. Теперь ничто не скрывало мои эмоции от него, и от этого было еще жарче прикасаться к нему, любые прикосновения стали острее.

– Аравер сделал мне предложение, – неожиданно поделилась я.

Император вздрогнул. Не знаю, зачем я ему сказала. Возможно, хотела увидеть реакцию, а возможно чувствовала, что должна с ним посоветоваться, ведь если я приму предложение, то нашего сына будет воспитывать герцог Снеагг.

– По-моему, он прекрасная партия, не правда ли? И у вас хорошие отношения, надеюсь, ты часто сможешь видеть своего ребенка, хотя я не думаю, что ему следует знать, кто его настоящий отец. Для общего же блага пусть эта тайна коснется лишь нас. Что ты думаешь? Одобряешь? Не молчи же, Диаронд!

Его имя я сказала слишком эмоционально. Император поднял на меня взгляд и посмотрел в глаза. Сколько там было смешано эмоций, не сосчитать!

– Что тебе ответить? Один вариант идет вразрез со здравым смыслом, а второй заставит меня солгать. Я и так слишком часто лгу и себе, и тебе. Я лгал, говоря, что в тебе привлекательна лишь красота, потому что сам себя пытался в этом убедить, потому что мне нельзя думать иначе, нельзя видеть в тебе достоинства. Этим я подхожу еще на один шаг ближе к пропасти.

– Ты ведь дракон, – тихо произнесла я, – тебя не должно пугать падение.

– Меня пугает не падение, а то, что за ним последует – отречение от всего, за что я несу ответственность. Меня с детства учили ставить долг превыше всего, и сейчас я уже не могу иначе. Этот долг тянет меня вниз, и даже если я сорвусь в пропасть на своих крыльях – меня придавит к земле с таким ударом, которого я не выдержу. Поэтому… что я могу тебе ответить, Марика? Пожелать семейного счастья? Благополучия? Любви?..

– Любви было бы неплохо, – я из последних сил попыталась улыбнуться.

Глаза Диаронда вспыхнули. Он порывисто притянул меня к себе и… меня неведомой силой потянуло назад. Мир вокруг растаял. Темноты больше не было, а я моргала, пытаясь привыкнуть к яркому свету. Нам аплодировали. Мы стояли в центре зала – я, еще одиннадцать девушек и двенадцать мужчин.

Диаронд стоял не напротив меня, а вообще в другом конце зала, рядом с супругой – все двадцать четыре человека расположились так, что невозможно было догадаться, кто с кем составил пару, но при этом угадывалось, кто именно был участником танца часов. Среди прочих я заприметила Энара и Яниру, обменивающихся взглядами, а также Багрема. Интересно, он танцевал с Раванной?

Взгляды гостей обратились к моему платью. Обо мне судачили, на меня косились, меня осуждали, но всё-таки восхищались. Я ясно видела это восхищение в глазах молоденьких эри, которые тоже хотели бы укоротить свои длиннющие платья – в таких явно было неудобно танцевать.

Аравера среди танцующих не было, зато он обнаружился недалеко от меня. Улыбнувшись герцогу, я собиралась пойти к нему, но мне преградил дорогу эрд Багрем.

– Эри Марика, вы ведь не откажете мне в чести станцевать с вами?

Ответить “да, не откажу” или “нет, не откажу? Вопрос задан очень ловко. Так, что у меня не было шанса увильнуть, не оскорбив мужчину. Да, конечно, я иномирянка, мне может многое в голову взбрести, но сейчас я, по легенде, воспитанница её величества вдовствующей императрицы, значит, не имею права своевольничать и оскорблять гостей Тиамириса.

– Почту за честь, – откликнулась я и вложила ладонь в протянутую руку.

Эрд Багрем слишком быстро притянул меня к себе, вызвав мой судорожный вздох, и напористо повел в центр зала, где мы встали одной из первых пар. Я с некоторой опаской смотрела на демона, особенно на лукавые искорки в его глазах. Что же задумал посол? Меня не покидало чувство, словно я вошла в клетку зверя.

– Ваш наряд так экстравагантен, – произнес он с придыханием, – женщинам Арона запрещено показывать лодыжки кому-либо, кроме мужа.

– Какое счастье, что я не женщина Арона.

– К чему же так категорично? Наши женщины ни в чем не нуждаются. Их любят, почитают, превозносят. За них готовы отдать всё золото мира.

Золото… какой непостоянный товар! А верность? Верность для демонов слишком дорогой подарок.

– Но при этом им не разрешено показывать даже части обнаженного тела? – ответила я иначе.

– Почему же? Запястья и лодыжки – это табу, а вот живот, плечи… Уверен, вам подойдут наши наряды. Они словно созданы для вас.

О нет, увольте! Не желаю даже примерять. К этим нарядам в комплекте идут слишком ужасные нравы и традиции, смириться с которыми я никак не смогу. Но к чему клонит эрд Багрем? Решив, что мои слова звучат несколько сухо, я немного смягчилась:

– Я уверена, что Арон – чудесная империя, в которой я обязательно побываю и полюбуюсь красотами.

– К чему же откладывать? Я готов отвезти вас хоть завтра! Вы станете моей первой женой?

Второе предложение за вечер? Это уже слишком!

Я сбилась с шага. Буквально подставила подножку эрду Багрему. Он удержался, а вот я едва не завалилась, зацепившись за плечо чужого кавалера, который и придержал меня. Наш переполох отвлек оркестр, особенно скрипача, который провел смычком слишком долго, извлекая неприятный скрежет. Все пары остановились и посмотрели с интересом на нас. Император и императрица поднялись со своих тронов, а эрд Багрем притянул меня к себе и прошептал:

– Ну что же вы, эри Марика, так неаккуратно? Но не волнуйтесь. Я всегда буду рядом, чтобы поддержать вас.

Хм, спасибо, мне и его величества достаточно. Это его прерогатива ловить меня везде и всюду, не стоит отбирать у бедного императора хлеб. Я попыталась отстраниться, но мне не дали. К счастью, меня спас вопрос Диаронда, прозвучавший неожиданно близко и почти добродушно:

– Эрд Багрем, могу ли я узнать, что произошло?

„Почти” – это правильное слово, потому что взгляд императора был далёк от добродушия.

– Я влюблен, ваше величество, – заявил демон, и глаза Раванны распахнулись. На щеках императрицы заиграл румянец. – И хочу жениться.

– Поздравляю со столь ответственным решением, – сухо ответил император, бросив на меня короткий недовольный взгляд. – Но кто же ваша избранница?

– Воспитанница вашей матушки, эри Марика, – без запинки ответил посол, повергнув в изумление всех присутствующих. – Я готов немедленно жениться и сделать эри Марику своей первой женой.

Императрица разве что зубами не проскрежетала. Еще бы, бывший кавалер (а может и нынешний) положил глаз на другую! Значит, не такие уж и неревнивые девушки Арона. Интересно, они там в своих гаремах друг другу яд не подсыпают?

Я отчаянно соображала, что же можно сделать в подобной ситуации. Судя по застывшему лицу Диаронда, он пребывал в похожих думах, но никак не мог найти решение этой проблемы. Еще бы! Девушке, которая носит его ребенка, сделал предложение посол соседней империи, а отношения с ней далеки от дружеских. Вот родится у меня дракончик… и что будет дальше? Как бы не убили за измену в Ароне, но это ведь полбеды для Владыки. Что может произойти с бастардом Владыки Тиамириса в Ароне? Из него могут вырастить настоящее орудие возмездия!

– Подождите-ка! – внезапно раздался очень хорошо знакомый мне голос, хотя слышала я его единожды, но его обладательницу готова была расцеловать хоть сейчас. – Это по какому такому праву вы делаете предложение моей будущей невестке?