– Марика, дорогая, ну я ведь лучше вдовствующей императрицы! – увещевала меня герцогиня. – Ну зачем тебе вся эта придворная жизнь? Будешь герцогиней! Денег у нас тоже много, наряды, экипажи – всё будет! И Аравер – чудо как хорош! А уж каков в постели… Слышала, как шепчутся его фаворитки, восхваляя достоинства моего сына. Ну и зачем тебе император?

Эх, жаль, что Янира и Энар улетели в свадебное путешествие – герцогине совершенно скучно! Надеюсь, из путешествия они привезут ей внука – кажется, только тогда эта неугомонная, очаровательная женщина успокоится.

– Кхм, уважаемая Ларьена Лерой, прошу не уводить у меня из-под носа невестку, – ответила Фиона, показавшись с другой стороны коридора. Таким образом мы с золотой драконицей оказались меж двух огней. – Кэрри, дорогая, отведи Марику в её покои.

– Еще и целительницу у меня увели. Произвол!

– Ваша светлость, никто меня не уводил. По выходным я по-прежнему ваша, – улыбнулась Кэрина.

– Я давно говорил, что помощницу следует сменить, – заметил Аравер, выходя из портала. – Матушка, идемте.

– Мою прекрасную Кэрри поменять на кого-то другого? Ни за что! Готова платить ей любые деньги… ах, если бы она была не золотой драконицей, то давно бы платила ей сыновьями… точнее, своим единственным сыном.

– Мама! – возмущенно воскликнул Аравер, а Кэрина хихикнула. – Простите.

Аравер, подхватив матушку под руки, увел её порталом, а мы втроем остались стоять в коридоре. Через минуту мы громко рассмеялись.

– Что за веселье? – спросил Диаронд, приближаясь к нам.

– У тебя едва не увели невесту, – тут же “сдала меня” будущая свекровь.

– Вот как? – “ужаснулся” Диаронд и обнял меня. – Кто же посмел?

– Не волнуйтесь. Я навеки ваша, мой возлюбленный Владыка.

Диаронд поцеловал мои пальцы, смотря мне в глаза. Эти глаза… грозовое небо, в котором я готова тонуть вечно.

Я сидела на берегу и играла с Ма́рином – чудесным светловолосым дракошкой, моим озорным непоседой и любимым сыном. Это лето в Айнберге выдалось ветреным – поэтому панамку Марина все время куда-то уносило. Вот и сейчас её унесло к ногам Диаронда.

– Папа! – обрадовался Марин и бросился в объятия к императору.

Владыка закружил сына и, расцеловав, на руках с ним подошел ко мне. Теперь была моя очередь принимать поцелуи. Диаронд сел рядом с нами на плед – импровизированный пикник в честь трехлетия Марина.

Месяц назад у меня был выпускной в экономическом училище – теперь я намного больше знала о Тиамирисе, вела дела Айнберга с энтузиазмом и интересом. Я любила свою жизнь и пока не хотела ничего менять, впрочем, Диаронд и не настаивал.

Дворцовыми делами занималась Фиона – у неё опыт, стаж, в конце концов, она еще молодая и энергичная. А все в Тиамирисе и так знали, на ком женат император.

Марин часто бывал во дворце, он был принцем, а я – баронессой. Мне нравилась жизнь у моря, тихая, размеренная, счастливая, хотя больше пятидесяти процентов своего времени я вынуждена находиться во дворце, участвовать в городских мероприятиях, “веселиться” на балах, принимать послов… и прочие прелести жизни жены Владыки.

Мы с Диарондом жили вместе – либо во дворце, либо здесь, у меня, тогда император переходил во дворец порталом для решения государственных вопросов, а после или забирал меня, или сам возвращался. Благо он туманный дракон и построение порталов для него было обычным и простым делом.

Мне нравилась свобода, нравилась жизнь у моря. С моим мышлением, с доверчивостью я не знала, когда я смогу стать стать императрицей, поэтому Диаронд не торопил меня.

Обряд единения мы провели почти сразу же – символично, в день первых свадеб – хотя это уже было формальностью, ведь парные татуировки значили гораздо больше. Они передали мне частичку магии и увеличили продолжительность жизни, сравняв с драконьей. Я училась понемногу пользоваться своими способностями, но хватало их только на применение в быту. Впрочем, я была невероятно рада и этому!

После родов мы проверили мою принадлежность к высшим расам, я – действительно человек, вот так наш мир своеобразно поменял магические законы, попросту сломав их. Ведь по магическим законам раса всегда передается по более сильной магии.

К слову о моих родителях. Мы с Диарондом забрали их сразу же после обряда единения. Они до сих пор немного шокированы реалиями этого мира, мама особенно – она ведь потомок демонов, но в общем-то безмерно рады и моему “воскрешению” и внуку. Теперь они живут в уютном доме в баронстве, тоже на берегу моря, и часто гуляют с внуком.

– А что это вы ту-у-ут дела-а-аете? – мурлыкнул Владимур и проявился рядом с нами, да не один, а в окружении трех котят.

Его супруга проявилась вслед за ним – белая грациозная кошечка, которая ревностно следила за своими детьми. Вместе с такими хранителями Туманный стал еще более красивый – магические звери преображали его, увеличивали магическую защиту и вообще создавали уют. Конечно, они считали своими владениями и мой дом, поэтому их забота распространялась и на баронство.

Как говорил Владимур, у нас будет трое детей – по числу котят, и никак иначе. Насчет третьего не знаю, а вот второй… Хм.

На берег пришла няня и увлекла Марина, которая радостно бежал за котятами. Владимур с ревом заботливого отца поспешил следом, а его супруга растворилась, бросив на меня проницательный взгляд. Она знала – в этом я не сомневалась. Теперь у нас с Диарондом появилась возможность поговорить. Впрочем, супруг не был расположен к разговорам, тут же полез меня целовать. Я, смеясь, отстранилась.

– У меня для тебя новость.

– Ты готова стать императрицей? – удивился Владыка, и я закатила глаза.

– Нет же! Я… в общем… ты не против дочери? Ну или еще одного сына…

Глаза дракона нужно было видеть. Император подхватил меня на руки и закружил. Он целовал меня, благодарил и вновь целовал. Опустив на плед, Диаронд прижал меня к себе и возбужденно прошептал:

– На этот раз я не упущу ни одного мгновения быть хорошим отцом и мужем, заботиться о тебе с самого начала беременности.

Я кивнула. Я знала это. Ведь теперь, когда проклятие разрушено, я знаю совершенно другого Диаронда – нежного, чуткого, заботливого. И я знаю, что буду любить его всегда. Потому что он – моя жизнь.

Стас

О, чёрт, как же болит голова! Это же нужно было так нажратся перед отъездом! Отметили последнюю рыбалку перед Новым Годом. Отдохнули, называется! А ведь мне еще полдня по снежной целине до трассы пилить, и это при том, что последние три дня снег не прекращался. А там еще полицаи дорожные, что могут встретится, по-любому риск и нервотрёпка. А завтра кровь из носу на работе нужно быть - заказ получил еще до отъезда, и пообещал к двадцать пятому выполнить, только после этого шеф и отпустил.

Еле-еле смог подняться с полки где лежал, в кузове-то спальные места как в вагоне, плацкартном - полки с двух сторон, держась за борт, и двинулся к выходу - на мозги давило так, что уже ничего не видел, нужно отлить. У выхода одел шапку, на улице все же минус двадцать пять должно быть, лишний раз бестолковку морозить неохота. Открыв дверь, вывалился наружу, и от шока даже забыл зачем вышел.

Когда шел от близнецов, у них был большой восьмиместный домик на колесах, и они его своими джипами по очереди таскали на рыбалку, там и бухали всей толпой. Нас в этот раз было восемь человек, так на улице морозом аж за нос хватало, да еще к вечеру ветер начался и снега было выше колена. А тут - солнце, трава по пояс, птицы летают, вроде чайки. И плюс двадцать или выше, а я как дебил, в ватнике, шапке и бурках нарисовался. Нарисовался, значит, стою и туплю: чего я хотел-то? Дошло, чуть в штаны не пустил. Нужно срочно бежать куда-то, а то лопну.