Жажда Неистовства стала сходить на нет из-за усталости. Руна молчала. Молчал и я. В томительном безмолвии, ожидании и шоке находилась вся публика. Впервые на памяти после пожирания силы отсутствовали. Всё-таки у Опустошителей есть свой предел. Месть не принесла желаемого удовлетворения. Не принесла радости. В груди поселилась только удушающая горечь. Горечь от страданий и потери Дурёхи.

Однако для победы осталось сделать кое-что еще…

«Вставай, мой разоритель. Я знаю, что ты можешь. Я знаю, что ты устал, но пир демонов не завершен. Победу необходимо забрать».

— Да… — едва слышно прошелестел я. — Ты права. Нужно встать.

Тело на пошатывающихся ногах начало подниматься с колен. По сантиметру, но я вставал. Вставал с тяжелой глефой в брюхе. Подъём казался вечностью, но каким-то чудом удалось совершить данный подвиг. В таком изувеченном и жалком виде я через несколько секунд оказался в стоячем, но сгорбленном положении. Окровавленные и дрожащие руки схватились за лезвие спаты и рывком вытащили оружие из тела, отчего кровь вновь хлынула наружу, но из глотки на собственное удивление вырвался всего-навсего облегченный вдох.

Остатки облачения разорителя полностью растворились и отныне перед всеми я предстал в своём обыденном человеческом обличие, что было залито кровью Верховного Аббадона с ног до головы.

Практически мгновенно тысячи взглядов обратились на судью, который пребывал в состоянии прострации, но взяв себя в руки, Гатаг сделал несколько шагов вперед и громко заявил:

— Победа за Ваерсом Пустым и Лаваларом! Второй страж Искриды Опаляющей отстоял честь и достоинство своей госпожи…

Вот только вопли нарастающей радости публики внезапно заглушил гортанный женский рык, который разнесся над всем внутренним двором подобно грому, а следом раздались медленные и гулким шаги в моём направлении.

— Нет! Не может этого быть. Невозможно! Это же ты… Тот мерзкий щенок… НЕВОЗМОЖНО! Я ЖЕ ТЕБЯ ПРИКОНЧИЛА! КАКОГО ИНФЕРНО ТЫ НЕ СДОХ⁈

На все взбешенные возгласы я лишь хрипло рассмеялся и подняв голову чуть выше, встретился взглядом с напрочь разъярённой Анширой Хаерон, но та в свою очередь быстро опустила взор на сердце Опустошителя.

— Не представляешь, как я рад тебе видеть, гнилая ты потаскуха…

— Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, гнилая ты потаскуха…

Нарастающие возгласы моментально стихли и большинство демонов с небывалым недоразумением уставились на Верховную Аббадона, а после на меня. Всё-таки видеть озадаченность на физиономии у этой суки оказалось приятно. Настолько приятно, что не передать словами.

— КАКОГО ИНФЕРНО ТЫ НЕ СДОХ, ВЫРОДОК⁈ — перешла та на пронзительный ультразвук, а в ладони у диабала начал формироваться знакомый огненный хлыст. — Я ЖЕ ПРИКОНЧИЛА ТЕБЯ СВОИМИ СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ!!!

— Неожиданно, не правда ли? — рассмеялся провокационно я всё тем же хриплым тоном. — Неожиданно, когда кто-то восстаёт из мёртвых. Неужели ты хочешь рассказать всем присутсвующим, как познакомилась с обычным человеком⁈

— Прикуси язык, сученыш! Ни слова — угрожающе прошипела Аншира, продолжая медленно двигаться в моём направлении. — Не знаю, как ты уцелел, но сейчас мне всего-то надо закончить начатое.

Честно сказать я ожидал разного, но единственное, что успел услышать, так это оглушительный звук плети, а затем могущественная аура подстилки Аббадона хлынула наружу подобно морской волне. В нынешнем состоянии не то что драться, даже стоять было сложно, но на удивление перед глазами внезапно возник знакомый хрупкий силуэт, объятый яростным изумрудным пламенем. Правой ладонью гиара ловко перехватила хлыст Хаерон, а в левой медленно материализовался длинный и тонкий одноручный клинок с зеленым отливом.

Я впервые видел её оружие. Оружие Верховной. До сих пор она никогда не пользовалась им.

Внутренний двор тотчас впал в могильную тишину, когда две Кровные схлестнулись в кратком противостоянии. Более двух десятков преторианцев окружили по какой-то причине не свою правительницу, а меня. Вальгрон же пошел дальше и учтиво подставил своё плечо для того, чтобы я случайно не свалился туда, где и стоял.

— Инферно свидетель, — громко заговорила Опаляющая с явным злорадством. — Давно я не видела бешенства на твоём лице. Победа Ваерса того стоила. Хаерон, мне показалось или ты планировала со всей своей вероломностью убить моего второго стража?

— Прочь с дороги, сучка! — грозно прошипела Аншира. — Сегодня этого щенка никто не спасёт! Не знаю, как он выжил, но я довершу начатое!

— Так-так-так! А ведь это занятно, — издевательски ухмыльнулась гиара. — Неужели ты действительно знакома с моим стражем? И при каких же обстоятельствах вы познакомились, не расскажешь? Мне интересно узнать!

Пасть Верховной Аббадона слегка приоткрылась, чтобы вновь что-то сказать, но я намеренно рассмеялся, как можно громче и вновь привлёк уйму внимания к своей персоне.

— Что происходит, Аншира⁈ — недовольно осведомился Гатаг. — По какой причине ты напала на Ваерса⁈ Ты смеешь нарушать мой приказ⁈ СМЕЕШЬ ИДТИ ПРОТИВ СВОЕГО ВЛАДЫКИ⁈

— Вперед, стерва, — с вызовом пробормотал я, подливая масла в огонь. — Расскажи всем, как мы с тобой завели знакомство и при каких обстоятельствах. Пусть все узнают о твоих «достижениях». Нетерпится услышать, что ты выберешь.

Да! Так и есть! Для такой как Аншира рассказать обо мне было бы несмываемым позором. Голову даю на отсечение, что случай в Мергаре свеж в памяти у этой суки. Да и случай в Ванфее испортит многое. Весь её хвалённый авторитет сразу же рухнет, когда все узнают при каких обстоятельствах мы познакомились. В принципе, присутствие Гатага как усугубляло процесс, так и помогало. Пока он не знает моего настоящего имени всё нормально, но если он поймет, что я воспитанник того, кто убил его старшего брата, то такой поворот может усложнить ситуацию.

В глазах у Хаерон вспыхнуло еще больше ненависти и гнева, но сцепив крепко зубы, та рывком рассеяла свое оружие.

— Ты же знаешь кто он, не так ли? — свирепо прошипела диабала глядя на гиару. — Знаешь ведь, кого привечаешь в Лаваларе? Ты всё такая же хитрая сучка, как и всегда. Что ж, это объясняет почему вы спелись! Скорее всего, твоя мамаша изрядно обрадовалась! Вы затеяли опасную игру. Очень опасную. Не сомневайся в том, что мой господин обо всём узнает.

— Это занятно, не так ли? — тихо рассмеялась Искрида, упиваясь возникшей ситуацией. — Будоражит рассудок. Гатаг, не мог бы ты приструнить свою прислугу. Мне кажется, она оскорбила мою мать.

— АНШИРА, ПРЕКРАЩАЙ КОЩУНСТВОВАТЬ! — вышел из себя отпрыск Аббадона. — ЭТО ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!

Не знаю почему, но перекошенное от ненависти и злобы лицо Хаерон было наилучшей наградой в нынешней ситуации.

— Кстати, Гатаг, она кое-что должна мне. Мой страж одолел Кетара. Не мог ты распорядиться?

Правительница Лавалара выжимала максимум из ситуации. Впервые я видел на лице у дочери Марагны столько злорадства и удовлетворения.

— Аншира! — чуть повысил голос молодой демон и протянул ладонь в ей направлении. — Ключ от Арутума. Ты проиграла! Отныне Арутум является частью манора Пылающей Стали.

Над всем внутренним двором вновь воцарилась могильная тишина. Ведь такого инцидента не случалось уже пару сотен лет. Наследница архидемона не только отстояла своё право в брачных спорах, но и стала владетельницей сразу двух великих городов. Колебание на лице у Хаерон невозможно скрыть. Если бы от злобы и ненависти можно было бы взорваться, то такое непременно случилось, но в ответ та лишь яростно рыкнула и швырнула в Искриду мерцающим серебристым ключом с вычерненными узорами, который гиара ловко перехватила.

— Подавись, сучка! — презрительно сплюнула Верховная Аббадона. — Празднуй, пока можешь! А ты, мелкий выродок, поплатишься за всё, — обратилась та ко мне, медленно исчезая в переместительной вспышке. — Следующая наша встреча будет последней…