— Многотысячелетний бог испугался мальчишки? — ехидно осведомился Драгун, подключаясь к перепалке.

— Я согласен с Аресом, — подал голос Нергал.

— Как и я, — кратко заключил Танатос.

— И я тоже, — нехотя признался Гор, покосившись на Анубиса.

После прозвучавших заявлений сразу несколько оберегов выпали в осадок, не желая соглашаться с заявлениями других богов, но показать явный раскол перед иномирцами в такой момент являлось попросту невозможным и, чего уж там, позорным шагом.

— Что ж, по всей видимости, никакого компромисса нам не видать, — мрачно подытожил Лазарев, окидывая собравшихся колким взором. — А коли так, то Земля сворачивает всю деятельность на территории Вечного Ристалища и возвращается в пространственную крепость. Темида, ты что-то говорила о переместительной колонне? — с холодком вопросил седовласый. — Ты сдержишь своё слово или мы начнем проливать кровь прямо здесь?

Среди всех оберегов вновь воцарилась гробовая тишина, ведь никто не ожидал таких решительных действий от Хранителя Земли. Богиня Справедливости силилась высказать своё мнение, но прямо сейчас ей пришлось выбирать меньшее из зол и тем самым сдержаться. Темиде, как и всем другим божествами Альбарры, было прекрасно известно, что тот, кто первым отыщет наследника Пятой Династии и будет диктовать условия.

— Да, Зеантар, — удручено кивнула богиня Справедливости. — Я сдержу данное тебе слово, но я прошу тебя повременить хотя бы пару часов со своим отбытием. Удовлетвори мою просьбу в честь наших старых соглашений.

— Хорошо…

Однако внезапно Хранитель Земли остановился и неспешно повернулся в сторону оберегов Севера.

— Ты так и будешь сидеть и ждать, Фрея?

— Отчего же? Если ты так хочешь, то мы с тобой обязательно побеседуем, — с довольством произнесла Ванадис, мягко соскальзывая с трона. — Буду ждать тебя в чертогах Севера.

Практически моментально взгляды оберегов скрестились на богине Войны, которая без лишних проблем последовала за иномирцем, даже Видар и Хеймдалль выказали удивление таким поступком женщины.

— Зеантар! — вдруг окликнул Хранителя Арес и подобно Фрее покинул трон. — Я ничуть не опасаюсь тебя, так что если отыщу твоего сопляка первым, то пеняй на себя. Совсем скоро его будут искать все мои служители. Тебе лучше передумать! Один пацан не стоит, чтобы за него лили кровь миллионы разумных.

— Только попробуй ему навредить, — сухо декларировал Лазарев, а в его глазах вспыхнуло бешенство, ведь в какой-то мере бог Войны говорил правду, но отец оказался непоколебим. — Если хоть волос с его головы упадёт, то тебе же будет хуже…

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Чертог Северного пантеона.

В чертоге находилось лишь двое. Седовласый мужчина и женщина, что возвышалась над ним на две, а то и на три головы. Некоторое время оба играли в гляделки, но первой подала голос именно северянка.

— О чем ты хотел поговорить? Я внимательно тебя слушаю…

— Я не знаю, для чего ты это сделала, Фрея, могу лишь догадываться, но ты зря так поступила с Владом, — тихо пробормотал Лазарев, отрицательно качая головой. — Ты можешь обмануть многих. Можешь обмануть моего сына. Можешь обмануть своих братьев и сестёр. Можешь обмануть народ Альбарры, но мои глаза всё видят иначе. Так уж вышло, что я нахожусь в весьма противоречивых отношениях с одной очень капризной стихией. Честно признаться — это огромное проклятие, но кто бы мог предположить, что в твоём случае оно окажется даром и позволит мне увидеть всё под иным углом.

— К чему ты клонишь, Хранитель Земли? — недобро прищурилась богиня Войны. — Ты угрожаешь мне?

— Если бы я хотел угрожать, то спокойно это делал бы. Скажу только один раз, Фрея, — угрюмо изрёк Лазарев. — Либо ты отдаёшь мне девушку, которую полюбил мой сын, либо мы будем воевать. Мне прекрасно известно, что на арене твоя валькирия уничтожила не настоящего человека, а всего-навсего безупречного клона.

— Как интересно… — тихо заключила Ванадис, улыбаясь уголками губ. — Вижу, молва о тебе не лжёт.

— Зачем ты спровоцировала моего сына? — в лоб спросил мужчина. — Для чего?

— Хочешь ты того или нет, но твой сын стал частью Альбарры в тот момент, когда связал свою жизнь с Руной Истребления. Тебе прекрасно известно, что его захотят убить, чтобы избежать лишних проблем.

— Ты не представляешь себе в какой близости находилась от развоплощения на арене, — с угрозой в голосе пробасил иномирец. — Либо ты говоришь для чего спровоцировала Влада, либо наша беседа окончится… не самым лучшим образом.

— Так ты пришел за девушкой или же для того, чтобы убить меня? — усмехнулась тепло Ванадис.

— Не играй со мной, Фрея! — сурового прошипел её собеседник. — Терпение моя самая слабая черта характера. Зачем ты использовала Влада? Зачем заставила его раскрыться перед всеми⁈

На миг воцарилась гробовая тишина, но тихий голос богини Войны разрушил молчание.

— Этот мир давным-давно утратил свой стержень, Зеантар. Сейчас это не более чем вонючее болото из постоянных дрязг и льющейся крови. Я наблюдаю за падением Альбарры долгие сотни лет, и я не хочу, чтобы мы пали и сгнили окончательно. Твой сын имеет все шансы обратить загнивание Вечного Ристалище. Он может стать тем, кто даст импульс для будущего развития.

— Каким образом? — угрюмо осведомился Хранитель, чуя подвох.

— Очень просто, — загадочно рассмеялась северянка. — Ему всего-то нужно будет выжить в будущем хаосе.

— Каком именно хаосе? — недобро сузил глаза седовласый.

— В том, который разразиться очень и очень скоро. В том, который устроят те, кто возжелал некогда истребить Пятую Династию. Знаешь, Зеантар, я думаю, ты вскоре сам поймешь, почему Альбарру называют Вечным Ристалищем…

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Чертог Северного пантеона.

— Некоторые не поймут и проклянут меня, но уж знаменитый Жнец Бездны и Линчеватель Мерраввина обязан понимать, что именно чудовищный хаос, жертвенная кровь и гибель загнивающих тварей предотвратят падение Альбарры, — продолжила мягко вещать Ванадис, но от прозвучавших прозвищ мужчина недовольно поморщился. — Если мне не изменяет память, то когда-то ты сам поступил аналогичным образом. Я более чем уверена, что по количеству загубленных жизней ты дашь любому из оберегов огромную фору. Не правда ли… реанорец?

— Откуда узнала? — хмуро вопросил Хранитель Земли. — Кто рассказал обо мне?

— Я тоже часть необъятного Астрала, Зеантар. И тоже могу слушать и наблюдать, — усмехнулась таинственно женщина. — И кое-какие отголоски дошли и до Вечного Ристалища. Тебе прекрасно известно, как устроен тонкий мир, и ты в курсе, какие существа и сущности там живут и обитают. Однако можешь не переживать на этот счет. Хорошо если о тебе знает хотя бы трое или четверо моих братьев и сестёр. Как ты уже понял борьба на Альбарре происходит не только между пантеонами, но и между каждым из оберегов. Каждый из нас тянет одеяло на себя. Каждый пытается добиться чего-то большего, ведь на что еще тратить бессмертную жизнь? Вот только бессмертная жизнь в гнилом болоте мне не сдалась. Теперь ты осознаешь, чего именно я добиваюсь?

— Ты мастерски играешь словами, Фрея, а также прекрасно манипулируешь фактами, как тебе заблагорассудиться, — фыркнул мрачно иномирец. — Однако разговор сейчас не обо мне и не о моих похождениях, речь о моём сыне. С чего ты решила, что я позволю использовать Влада? Почему ты думаешь, что я не прикончу тебя прямо здесь и сейчас?

— Ранкара, Зеантар, Ранкара… — беззаботно поправила женщина собеседника. — Если мне не изменяет память, то он отказался от своего прежнего имени и проклял своих родителей. А насчет твоих слов, то я не боюсь гибели. Если ты убьешь меня, то есть шанс того, что это ускорит процесс преобразования Вечного Ристалища, хоть я малость иначе представляла себе будущее. Так что ситуация, по сути, необратима. Механизм запущен…