— Куда едем, мистер? — флегматично осведомился таксист, обернувшись к Рэддоку.

Я привычно подавила раздражение. Кого волнует мнение женщины, тем более в этом округе? Правильно, никого!

Эндрю успокаивающе сжал мою руку.

— Дорогая?..

— Бикон стрит, семнадцать, — назвала я адрес, и почтительности на физиономии таксиста прибавилось. Еще бы! Одна из самых фешенебельных улиц старого Чарльстона.

— Как скажете, мэм.

Он высунулся из окна и помахал второму таксисту, давая знак следовать за нами…

Нам повезло избежать пробок, так что на месте мы оказались довольно скоро.

— Подождите здесь, — велел Рэддок таксисту, протягивая ему купюру, и первым выбрался из авто.

Подал мне руку, дождался, пока из второго такси выйдут Харди с Рэйчел, и осведомился вполголоса:

— У вас есть план, миссис Рэддок?

Кажется, ему очень нравилось так меня называть. И я — так уж вышло — ничуть не возражала.

— Конечно, мистер Рэддок, — ответила я, улыбаясь, и обратилась к Харди: — Вам с Эндрю лучше остаться здесь. Рэйчел, тебе тоже.

Тот самый случай, когда их участие может оказаться только во вред.

Кузина только кивнула. Лезть в пещеру к дракону ее не тянуло.

Зато Харди заупрямился:

— Ни за что! Я тоже пойду… Мы все пойдем.

Я вздохнула.

— Инспектор, вы хотите срочно жениться на Рэйчел?

— Что⁈ — вытаращил глаза он. — Что за глупости вы говорите? Не собираюсь я ни на ком жениться! Простите, мисс Корбетт.

Сказано это было на полтона тише. И не мне.

Кузина молча кивнула.

А я объяснила, собрав жалкие крохи терпения:

— Это дом миссис Абернати, матери Фло. И, по странному совпадению, первейшей сплетницы Чарльстона. Так что если вы с Рэйчел только попадетесь ей на язык…

Я не стала договаривать, оставляя полицейским самим додумать детали.

— Хорошо, — сдался Харди, передернувшись. Очевидно, своей холостяцкой свободой он весьма дорожил. Или не любил сплетни еще больше чем шантаж?

Так или иначе, со мной он больше не рвался.

Ждать мне не пришлось. Едва горничная успела обо мне доложить, как знакомый звонкий голос потребовал:

— Зови! Немедленно!

Я не заставила себя упрашивать.

Миссис Абернати была одна, если не считать няню, которая держала на коленях пухлого рыжеволосого малыша лет двух-трех.

Редкость для этого дома, в гостиной которого постоянно толклись знакомые и приятельницы хозяйки. Она обожала общество, и в одиночестве вяла, будто цветок в пустой вазе.

— Дорогая! — вскричала миссис Абернати, бросаясь мне навстречу. — Как я рада тебя видеть!

— И я очень рада, — солгала я с вежливой улыбкой.

— Столько лет прошло, — вздохнула она и окинула меня внимательным взглядом. — Ты так похорошела, дорогая. Просто цветешь и пахнешь. А это что? Неужели?..

Она восторженно разглядывала кольцо у меня на пальце.

— Да, я вышла замуж, — подтвердила я, стараясь не думать, каким ворохом сплетен это обрастет. — Только это очень тайный брак, понимаете?

— Несомненно! — согласилась она с придыханием. — А за кого? Надеюсь, не?..

Я криво улыбнулась.

— За Эндрю Рэддока, старшего полицейского инспектора из Фриско.

Миссис Абернати всплеснула руками.

— Замечательно! Я всегда говорила, что ты не будешь счастлива со своим кузеном. Так хорошо, что вы расстались!

Улыбка примерзла к моим губам. Может, и хорошо… Но сколько боли мне это стоило!

Впрочем, на миссис Абернати нет смысла обижаться. Она ведь не со зла. Просто, что называется, язык без костей.

— Вы очень проницательны, — ответила я и бросила взгляд на няню, которая силилась успокоить закапризничавшего малыша. — Мы можем поговорить наедине?

— О, — спохватилась она. — Конечно. Мэри, уложите моего внука спать.

— Да, мэм! — няня с заметным облегчением подхватила малыша и вышла.

Миссис Абернати тряхнула рыжими волосами без единой ниточки седины и объяснила, ломая пальцы:

— Полиция отдала ребенка мне, раз уж… так получилось.

Да уж, получилось. Отец убит, мать арестована… Но признать это вслух, очевидно, было выше сил миссис Абернати.

Она привыкла смаковать подробности чужих грязных тайн, теперь же сама оказалась в центре скандала.

— Уверена, — сказала я мягко, — скоро все прояснится и Фло вернется домой. Если вы не откажетесь мне помочь.

— Помочь? — встрепенулась она. — Конечно, я с радостью. Но как?

— Сущая ерунда, — я села напротив и улыбнулась ей. — Вы ведь слышали, что я — помощник частного детектива?

— Д-да, — призналась миссис Абернати с запинкой.

Судя по вильнувшему взгляду, она не только слышала, но и обсуждала. Впрочем, лишить миссис Абернати сплетен — все одно, что сделать льва вегетарианцем.

— Так вот, — продолжила я, будто ничего не заметив, — я хочу, чтобы вы поручили мне расследование.

С минуту она смотрела на меня, беззвучно открывая и закрывая рот.

— Но… — миссис Абернати прочистила горло и продолжила, теребя пояс на бедрах: — Я думала, это должна решать Фло.

— Увы, — я состроила печальную гримасу, — Фло сейчас под арестом и мне не удалось с ней встретиться.

О том, что Фло сама этого не захотела, умолчим.

— Ну, я не знаю… А что для этого нужно?

— Всего лишь ваше разрешение, — заверила я. — Гонорара я, разумеется, не возьму.

— О, — она быстро облизнула губы. — Если ты считаешь, что это необходимо…

— Совершенно! — сказала я твердо, и она сдалась.

— А теперь, — заявила я компании сыщиков, помахивая подписанным договором. Уверена, что от любого другого детектива миссис Абернати отделалась бы, но мы с ней были одного круга, что само по себе было наилучшей рекомендацией, — поговорим по существу.

Инспектор Харди и кузина Рэйчел смотрели на меня одинаково: удивленно и с легкой опаской.

Зато в карих глазах Рэддока — тепло и смех.

— Как-то вы, — Харди кашлянул, — зловеще это сказали.

А то!

— Неужели? — хмыкнула я, спускаясь с крыльца, и остановилась в пяти шагах от него. Здесь можно было не опасаться лишних ушей. — Инспектор, скажите честно. Вы по-прежнему меня подозреваете?

— Нет, — он мотнул головой, словно отгоняя надоедливую муху. Поморщился и уточнил: — Уже нет.

— Превосходно, — заключила я не без сарказма. — Тогда рассказывайте. Только будьте любезны, на этот раз — без утайки!

Харди вздохнул. Покосился на ожидающие такси и вздохнул снова.

— Хорошо. Только не здесь, ладно?

— Неподалеку есть милая чайная, — тихий голос Рэйчел заставил меня нервно дернуть плечом. Все время о ней забываю. Просто напасть какая-то!

— Отличная мысль, — обрадовался Харди и хлопнул себя ладонью по впалому животу. — Я бы не отказался заморить червячка.

— Простите? — переспросила Рэйчел сухо. — Боюсь, червяков там не подают.

— А, это выражение такое, — махнул рукой повеселевший Харди. — Вы что, никогда рыбу не ловили?

— Не доводилось, — еще холодней сказала кузина, но в глазах блеснул огонек. Насмешничает? Сдается мне, именно так.

— Тогда едем! — Харди встрепенулся, как застоявшийся конь, и первым потрусил к такси…

Чайная пряталась в тихом закоулке, куда чужие если и заглядывали, то редко. В зале, оформленном в стиле «бедненько, но чистенько», кроме нас не было ни одной живой души.

Сонная молодая леди — назвать ее просто «мисс» язык не поворачивался, уж больно она задирала нос — принесла нам чайник и снулой рыбиной уплыла прочь.

Харди так печально заглянул в свою чашку, полную еле окрашенной водички, что Рэйчел принялась оправдываться:

— Зато тут спокойно и никто не подслушивает!

Надо думать, сонная леди до этого не опускалась. Не из соображений порядочности, разумеется. Просто ей было лень — да и незачем — напрягаться.

Харди прищурился.

— Страшно подумать, зачем это нужно леди вроде вас…