Тетка Мэйбл нахмурилась. Поднялась, прямая и величественная, и повторил громко:

— Где ты была? Мы тебя обыскались, уже думали вызывать полицию!

— Полиция уже здесь, — ответил Харди, обозначив вежливый поклон.

Тетка не удостоила его даже взглядом.

Рэйчел же прикусила губу. И вдруг подняла подбородок.

— Гуляла.

Это едва не довело ее, кхм, заботливую маменьку до припадка. Лицо тетки Мэйбл побагровело, глаза едва не выкатились из орбит.

Тетка Мэри, напротив, тонко улыбнулась. Разгорающийся скандал явно был ей по нраву: глаза заблестели, на лице не осталось и следа от скуки.

Впрочем, остальные тоже не остались в стороне. Дариан опустил газету, Беверли коротко мне кивнула, а Грегори Пэйнс просиял. Неужели так рад нас видеть? Хотя в этом гадюшнике, пожалуй, это неудивительно.

— Гуляла⁈ — повторила тетка Мэйбл таким тоном, будто Рэйчел только что призналась в непотребстве. Скажем, что подарила опостылевшую невинность первому встречному. — Всю ночь⁈

— Рэйчел была со мной, тетя, — вмешалась я, несколько покривив душой. Была, но не все время.

— А ты помолчи, — скривилась тетка, бросив на меня огненный взгляд. — Так и знала, что ты научишь мою тихую девочку плохому!

Я только плечами пожала.

Следить? Вести допрос? Строить версии? В понимании тетки Мэйбл это наверняка вполне укладывалось в «плохое».

Впрочем, «тихая девочка» и сама хороша.

И это тетка Мэйбл еще не знает о ночевке кровиночки в полицейском участке! Тогда ее точно удар бы хватил… Мечты, мечты.

— Да, мама! — ответила Рэйчел твердо, встав напротив матери. — Прости, что заставила волноваться. Но…

— Дрянь! — перебила тетка Мэйбл и влепила дочери пощечину.

Попыталась — руку перехватил инспектор Харди.

— Не нужно, миссис Корбетт, — проговорил он спокойно.

— Не вмешивайтесь, инспектор! — ответила она резко. — Это семейное дело.

— Избивать своих детей? — вопросил он едко, даже не подумав отпустить, кхм, ее карающую длань. — В любом случае, воспитывать мисс Рэйчел вам уже поздновато, не находите?

— В этом округе, инспектор, — в тоне ее было столько яду, что хватило бы уморить половину населения этого самого округа, — незамужняя девушка пребывает под властью семьи. Рэйчел моя дочь! И будет под моей опекой до тех пор, пока не выйдет замуж.

Это — увы и ах — было правдой.

Мне самой, помнится, пришлось уносить ноги. Иначе тетки по-прежнему помыкали бы мной, как хотели.

Харди отступил на шаг. Почесал нос. Посмотрел на Рэйчел — та стояла, стиснув кулаки, и глаза ее горели.

Он сказал, откашлявшись:

— Мэм, я намерен жениться на вашей дочери!

Тетка Мэри выронила вилку. Дариан опустил газету. Беверли звякнула чашкой о блюдце.

Взгляды Корбеттов скрестились на инспекторе Харди, чуть побледневшем, но решительном.

С таким лицом впору не предложение руки и сердца делать, а на эшафот восходить!

Впрочем, жениться на одной из Корбетт — участь немногим лучше. Дело не в самой кузине Рэйчел — она оказалась не так уж плоха — а во всем нашем семействе.

И когда, хотела бы я знать, они успели сговориться? Неужели в такси?

Я бросила взгляд на ошарашенную кузину… Кхм, похоже, для нее это тоже стало новостью. Вопрос лишь, приятной ли?

— Что⁈ — просипела тетка Мэйбл, схватившись за горло. Она не заметила даже, что выронила четки.

— Сестрица, у тебя стало плохо со слухом? — съязвила Мэри. — Могу посоветовать хорошего врача.

— Сама к нему ходишь? — огрызнулась любящая сестрица.

Я скрестила пальцы. Пусть они кусают друг друга и забудут о нас!

Увы. Инспектор неосторожно шевельнулся, и взгляд, кхм, будущей тещи обратился на него.

— Это невозможно! — заявила она высоким голосом. — Решительно невозможно, слышите меня?

Харди, надо отдать ему должное, не дрогнул. Шагнул к Рэйчел и приобнял ее за худые плечи.

— Почему же? Не вижу препятствий для брака. Правда, дорогая?

— Вы с ума сошли? — чуть слышно прошипела Рэйчел, дернув его за рукав.

— Сошел, — согласился он. — Вашими стараниями. А теперь — помолчите, хорошо?

И — чудо из чудес! — она послушалась.

Инспектор легонько поцеловал «невесту» в висок.

Тетка Мэйбл вздрогнула, как от удара. И выкрикнула:

— Я не дам согласия!

Кто бы сомневался. Даже посватайся к Рэйчел принц Уэльский, она бы отказала! Нашла бы повод.

— Согласие родителей на брак, — заметил вдруг Дариан обычным своим спокойным, слегка занудным тоном, будто рассуждая о погоде за окном, — требуется лишь до достижения невестой возраста двадцати пяти лет. После этого девушка сама вправе решать.

Тетка Мэйбл бросила на него пронзительный взгляд.

— Откуда тебе знать? У тебя ведь практика в другом округе!

Надо отдать ей должное, самообладания тетка Мэйбл не теряла.

Дариан пожал плечами и аккуратно сложил газету.

— Разумеется. Но я счел нужным ознакомиться хотя бы рядом наиболее животрепещущих законов округа Мэйфлауэр. Так что поверь, дорогая тетушка, я знаю, о чем говорю.

Брови у меня сами собой поползли вверх.

Животрепещущих, вот как? С какой стати, хотела бы я знать, Дариан вдруг счел таковыми вопрос о тонкостях заключения брака? Неужели завел, кхм, даму сердца? Причем, надо полагать, существенно его младше! Хотя мужчине это в упрек не поставят.

Увы, загадки драгоценного кузена придется оставить на потом.

Поскольку инспектор Харди, покончив с аперитивом, перешел к главному блюду.

— У полиции имеются вопросы к вам, миссис Корбетт, — обратился он к тетке Мэйбл, которая уже открыла рот, несомненно, чтобы произнести очередную гадость.

— У полиции? — повторила тетка Мэйбл, моргнув. — Ерунда. Не пытайтесь перевести тему, молодой человек!

Инспектор чуть заметно усмехнулся. Теперь он был в своей стихии.

— Несколько вопросов, — повторил он. — Касательно ваших финансовых дел.

— Да вы в своем уме, инспектор⁈ — взвилась она. — Какое вы имеете право…

— Имею, — возразил он спокойно. — Я могу, конечно, вызвать вас в участок или даже задержать как важного свидетеля. Но, уверяю вас, этот опыт вам не понравится.

Тетка стиснула воротник платья с таким видом, точно представляла на его месте шею одного самонадеянного полицейского.

— Свидетеля чего⁈ Нелепость!

— Убийства, миссис Корбетт, — ответил он спокойно. — Как вам наверняка известно, я расследую убийство вашего знакомого, мистера Генри Трента.

— Ах, какого там знакомого, — отмахнулась она. — Конечно, мы были представлены, но не более того.

Тихий вздох сорвался с губ побледневшей Рэйчел. Ее мать, безо всяких сомнений, беспардонно врала, и эта ложь била дочь наотмашь.

— Вот как? — недобро усмехнулся инспектор Харди. — Тогда что вы делали в тайной комнате, в подвале его особняка?

Тетка держалась превосходно. Лишь на миг дрогнули, расширяясь, зрачки. Но это заметил бы только очень внимательный наблюдатель.

На ее беду, таких наблюдателей вокруг было хоть пруд пруди.

— Кто вам сказал такую нелепость? Это поклеп!

— Неужели? — приподнял брови Харди. — А ваша племянница утверждает совсем иное…

Ну, спасибо, дорогой инспектор! Теперь все шишки посыпятся на меня.

— Лилиан? — фыркнула тетка Мэйбл, окончательно обретя почву под ногами, и бросила на меня короткий презрительный взгляд. — И вы что же, ей поверили? Глупой девчонке, которая черной неблагодарностью отплатила за нашу заботу?

Я криво усмехнулась. Заботу, вот как?

Теток и впрямь было бы сложно в чем-то обвинить. Приютили сироту, обеспечили кров и, кхм, семейное тепло.

Вот только, как это обычно и бывает, вся грязь была старательно заметена под ковер.

О, разумеется, меня не морили голодом и не трогали даже пальцем! Просто много раз, день за днем, повторяли, как я глупа, беспомощна и никчемна. Много ли нужно испуганной девчонке, совсем недавно ставшей круглой сиротой, чтобы в это поверить?