— Брось, ты и до меня был придурком.

— Ева! — предостерегающе прошипел я, мои руки опустились на её задницу и сдавили одну из мягких половинок. — Не забывай, кто тут главный!

Она рассмеялась, и её пальчики начали скользить по моему торсу, вызывая мурашки.

— Как я могу забыть? — прошептала она, и в её голосе зазвучала нежность с вызовом. — Просто заткнись и поцелуй меня наконец!

Я чмокнул её в лоб, глупо улыбаясь.

— Не командуй, мышь, а то я буду твердить, какая ты невероятная, пока голос не сорву.

Ева закатила глаза, но тут же крепко обняла меня, прижимаясь всем телом. Я почувствовал, как её бьёт дрожь.

— Я люблю тебя, Адам, — прошептала она в мою шею.

Моё сердце пропустило удар. Я знал, что мы зашли слишком далеко. И понимал, что… кажется, чувствую то же самое. Моя племянница, моя кровь, моя одержимость. И это чертовски пугало.

Я лежала под Адамом, тяжело дыша, чувствуя каждый миллиметр его тела, прижавшегося ко мне. Адам словно вылепил меня по форме своего тела, наши бёдра сплелись, как детали одного сложного замка. И мне совсем не хотелось разрывать эту связь. Этот утренний секс… он был как взрыв сверхновой. Словно вчерашний в душе, и после душа, и до душа… череда бесконечных прикосновений и стонов.

— Ты сейчас раздавишь меня, — прошептала я, но ноги лишь крепче обвились вокруг его талии, притягивая его ближе.

Чувствовала, как его член упирается в самое чувствительное место, и от этого по телу разливалась дрожь. Невероятно… восхитительно до безумия.

— Всего лишь хочу проникнуть немного глубже, — прошептал он в ответ.

Его голос был хриплым от возбуждения. И он двинулся. Глубже. В моём теле пронёсся тихий стон, вырвавшийся против моей воли.

Этот утренний секс казался чем-то сверхъестественным, чем-то, о чем я даже не мечтала. Я была в его комнате, в его постели, занималась сексом с НИМ. С Адамом. И это была чёртова реальность, а не сон.

— Ева!

Я вздрогнула, и Адам, перехватив мое лицо руками, впился в меня своим взглядом.

— Таблетки… — он выдохнул это слово, и в его голосе я услышала что-то похожее на испуг. И тут до меня дошло. Прошло больше двенадцати часов.

Моё тело мгновенно похолодело. Чёрт, какая же я дура! Как я могла забыть? Неужели, если принять их чуть позже, что-то случится? Или уже поздно?

Я смотрела на Адама, на его зелёные глаза, утопала в густоте его тёмно-русых волос, любовалась идеальными чертами его лица, совершенством его тела, которое так плотно прижималось к моему. И вдруг, в моей голове вспыхнули картинки. Наш ребёнок. С такими же волосами, такими же глазами…

И какой-то тоненький голосок внутри прошептал:

«Ева, не доверяй своим яичникам рядом с ним! Он не успеет даже моргнуть, как ты окажешься беременной, а потом – бац! И у вас десяток детей!»

Я невольно усмехнулась своим мыслям.

Адам прищурил глаза, хрипло спросив:

— О чем ты там задумалась, маленькая чертовка?

Я улыбнулась, стараясь скрыть замешательство.

— Ни о чем таком. Мне нужно принять таблетки, так что, прошу, вытащи из меня свой член и дай мне встать с кровати!

Адам нехотя перекатился с меня на противоположную часть кровати, его тело отлепилось от моего, оставляя ощущение прохлады и опустошённости. Я ощутила, как на голой коже выступила испарина, а между ног липкое, но уже привычное ощущение. Не хотелось заострять на этом внимание.

Ловко выскользнув из кровати, совершенно голая, я наклонилась, копаясь в комоде Адама в поисках чего-то, что можно было быстро накинуть на себя, не заходя в свою комнату.

Странное желание, словно боялась выпустить его из виду.

Хотелось снова в душ. Моё тело пропахло им: его спермой, нашим потом, запахом секса. Но я решила, что сначала выпью последнюю таблетку, а потом, возможно, позавтракаю в его компании – или пообедаю, учитывая, что, кажется, было уже больше двенадцати.

Мокрый снег за окном застилал солнце, и определить время без часов было почти невозможно. Да и часы, проведённые в безудержном сексе, стёрли все границы. Мы совершенно потерялись во времени.

— Если будешь так соблазнительно покачивать задницей, я не сдержусь, — услышала я тихий шёпот Адама за спиной, больше похожий на рык.

Обернулась.

Он лежал на спине, его взгляд пожирал моё тело с таким собственническим вожделением, что внизу живота снова разлилось тепло. Я снова почувствовала, как между ног предательски жжёт от возбуждения. Новая волна смазки сделала меня ещё более мокрой и податливой.

— Прекрати уже! — выдохнула я, наблюдая за ним.

Он был чертовски красив. Упругие мышцы живота, рельефные мышцы по всему телу говорили о том, что он провёл немало времени в спортзале и обладал не только красотой, но и физической силой. Он был прекрасен, как сам демон-искуситель, и я не могла с собой ничего поделать. Его магнетизм был непреодолим.

— К тому же, кое-кто не пошел сегодня на занятия! — он приподнял бровь, и в этом жесте читался немой укор.

Он серьёзно сейчас? Я вся горю от него, внизу живота тянет, а он думает о моём университете?!

— Ну можно хотя бы немного пожить для себя? Можно, а? Хотя бы несколько дней… — я всплеснула руками в отчаянном жесте, и наконец, оторвавшись от взгляда Адама, заметила в ящике какой-то шёлковый халат унисекс.

Я вытащила его и накинула на себя, поворачиваясь к Адаму, продолжая наблюдать за ним. Он был длинным, ниже колен, что даже устраивало, а рукава слишком свободными.

— Можно, конечно можно, — ответил Адам, одаривая меня завораживающей, какой-то дьявольской улыбкой, от которой у меня тут же подкосились ноги. — Эти несколько дней мы можем провести только вдвоём!

Его слова прозвучали как обещание, как искушение, от которого было невозможно отказаться. И я точно знала, что соглашусь. Потому что в этот момент ничего не имело значения, кроме него, его запаха, его прикосновений. И тех дней, что мы проведём вместе.

— Я сейчас вернусь, — прошептала я, и, сорвавшись с места, вылетела из комнаты, слыша, как Адам крикнул вслед:

— Таблетка у меня в пиджаке, в холле!

— Хорошо, поняла! — крикнула я в ответ и помчалась вниз по лестнице, чувствуя, как кровь приливает к щекам от смущения и вожделения.

Я чувствовала себя слишком доступной для него… слишком. Позволяя ему всё, в любых позах, местах, чёрт возьми, даже кончать в себя! Но жажда этой близости была невыносимой, и я не могла ничего с этим поделать, учитывая, что и сама хотела отдать ему всё, до последней капли.

Схватив с его пиджака последнюю таблетку экстренной контрацепции, я влетела на кухню, напугав прислугу, та с любопытством посмотрела на меня, но, решив оставить меня наедине с собой, тихонько вышла.

Дрожащими руками я вскрыла блистер. Наполнила стакан водой из фильтра, чтобы проглотить таблетку, но тут, как назло, она предательски выскользнула из пальцев, и закатилась куда-то за кухонный гарнитур.

— Вот дерьмо! — выругалась я вполголоса, и в этот момент на кухню вошёл Адам.

Его торс был абсолютно голым, на нём были только свободные брюки. Он выглядел расслаблено и сексуально, честно говоря, он никогда раньше не выглядел так, по-домашнему, как в этот момент. Инстинктивно, не придумав ничего лучше, я поднесла стакан к губам, имитируя глотание, и запила водой, неотрывно глядя на Адама.

Руки продолжали дрожать, а в голове билась только одна мысль:

«Что же теперь делать?»

У нас был секс, много секса, чертовски много секса без защиты…

Я поставила стакан на столешницу, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Всё хорошо? Выпила? — спросил он, наблюдая за мной.

— Да, всё в порядке, — ответила я, и он, облегчённо выдохнув, притянул меня к себе и поцеловал.

Его губы на моих, нежные и требовательные одновременно, стирали все мысли. Осталось только тепло его тела, запах его кожи и безумное желание снова оказаться с ним в постели.