​— Помня про его паранойю, просто так к дому Корзинина не подойти. Мою идею с парочкой оставляем в силе? — спросила она, бегло поправив волосы в зеркале заднего вида. — Если у чернокнижника выставлены ищейки на улице, любая собранность и тактический шаг нас сдадут. Мы должны выглядеть максимально глупо и безобидно.

​— Да, твоя задумка — идеальная маскировка, — согласился Ярослав, выруливая с парковки. Его голос в замкнутом пространстве зазвучал тише, обретая непривычные, мягкие интонации. — Обычная влюбленная парочка. Заблудились, припозднились, решили спрятаться от ливня в первой попавшейся подворотне. Романтика, беспечность, ноль угрозы. Если кто-то окликнет или попытается просканировать эмоции — ты транслируешь легкий испуг и недовольство погодой, а я изображаю заботливого парня.

​Тая кивнула, чувствуя, как внутри все равно просыпается волнительное тепло. Идея, которая казалась такой логичной и правильной на бумаге, теперь, в полумраке автомобиля, окутанном шумом начинающегося ливня, ощущалась совсем иначе. Играть влюбленных с напарником в шаге от логова опасного колдуна — к такому её в Ведомстве точно не готовили. По затененному салону скользили отсветы уличных фонарей, делая обстановку почти интимной.

​— Из меня выйдет отличная перепуганная туристка, — чуть тише отозвалась она, стараясь, чтобы голос не выдал её легкого смущения. — Главное, чтобы он не почувствовал твою полевую магию. Постарайся зажать её как можно глубже, пока мы не зайдем в сам дом.

​Ярослав на секунду убрал руку с руля и глубоко, размеренно выдохнул. Тая физически ощутила, как тяжелая, колючая волна его боевой силы, обычно давившая на плечи окружающим, вдруг свернулась, отступила и спряталась где-то глубоко внутри него. Его осанка стала более расслабленной, плечи опустились — теперь он действительно выглядел просто как уверенный в себе молодой человек, везущий девушку на свидание.

​— Слушаюсь, товарищ тактик, — Ярослав едва заметно усмехнулся, бросив на неё быстрый, по-теплому оценивающий взгляд, и плавно протянул руку, мимоходом поправив воротник ее легкой куртки, словно проверяя их новую реальность на прочность. — Так достаточно безобидно?

​От его мимолетного прикосновения по коже Таи пробежали мириады мурашек, никак не связанных с набегающей навью.

​— Вполне, — сглотнув внезапно подступивший к горлу ком, улыбнулась она.

​Ярослав мягко прибавил газ, и внедорожник послушно выкатился со двора Ведомства, растворяясь в серой стене петербургского ливня и устремляясь навстречу грозовому фронту.

Вдоль серого, щербатого фасада заброшенного дома Корзинина, полускрытые под одним большим зонтом, медленно шли двое. Стуча невысокими каблучками удобных ботильонов по мокрому асфальту, девушка изо всех сил старалась не сбиваться с прогулочного шага, хотя внутренне вся сжалась — то ли от волнения, то ли от резких, колючих порывов налетевшего ветра. Контраст между ними бросался в глаза любому редкому прохожему: широкоплечий, высокий мужчина в плотно застегнутой темной ветровке, под которой угадывался жесткий разворот плеч военного, и милая девушка — высокая, но на его фоне кажущаяся совсем хрупкой и тонкой в легком длинном тренче, который она наспех накинула поверх летней одежды и который теперь красиво развевался на ветру.

Чтобы маскировка выглядела безупречно, Ярослав перехватил её ладонь. Его пальцы были сухими и горячими, и Тая невольно вздрогнула от этого тепла, но руку не забрала, а лишь крепче сжала его ладонь в ответ. Они шли рука об руку, тесно прижавшись друг к другу, чтобы поместиться под куполом зонта.

​— Ну и погоду ты выбрал для свидания, любимый, — капризно, но достаточно громко, чтобы перекричать шум дождя, протянула Тая, заглядывая ему в лицо и разыгрывая легкое недовольство. Она даже картинно надула губы, входя в роль избалованной девчонки. — У меня уже все ноги промокли! Ты же обещал, что мы просто посидим в кофейне!

​Ярослав подыграл мгновенно, да так, что у неё едва дыхание не перехватило.

​Он чуть наклонил зонт, закрывая их от очередного яростного порыва ветра, и уверенным, собственническим жестом привлек девушку ближе к своему боку, плотно обнимая за талию. Его низкий, бархатистый смех прозвучал на удивление естественно и так близко, что Тая на секунду забыла, как дышать. Вся её напускная капризность мигом улетучилась, сменившись острой, совершенно не нарисованной растерянностью.

​— Не ворчи, Тая, — он наклонился к ней, заставляя остановиться прямо посреди залитого водой тротуара и вынуждая посмотреть себе в глаза. В их полумраке, под куполом зонта, его взгляд казался бездонным и пугающе внимательным. — Зато смотри, какая романтика — весь Питер только для нас двоих.

​Он заговорил тише, с оттенком мягкой, интимной насмешливости, склонив голову к её уху так низко, что его дыхание опалило мокрую от капель щеку.

​— Сейчас дойдем до угла, и я согрею твои руки. Потерпи еще немного, ладно?

​Его пальцы на её талии чуть сжались, транслируя сквозь ткань тренча уверенное, дразнящее тепло. Тая почувствовала, как к щекам, вопреки холодному ветру, прилил густой, жаркий румянец. Сердце предательски забарабанило о ребра — и это точно была не паника перед встречей с чернокнижником. Одно дело — просчитывать тактику маскировки в сухом кабинете, и совсем другое — чувствовать, как этот невыносимый мужчина слишком хорошо, просто пугающе достоверно справляется со своей ролью. Сглотнув вязкий ком, она покорно пошла дальше, надеясь только на то, что в грозовых сумерках Ярослав не заметит, как сильно она засмущалась от его близости.

Для любого случайного наблюдателя или невидимого соглядатая они были идеальной, поглощенной друг другом парой, которая просто глупо застряла под летним ливнем. И никто бы не догадался, что пока они так сладко ворковали, Ярослав цепким, расчетливым взглядом сканировал темные окна-глазницы угловой башни, а Тая, сильнее прижимаясь к его груди, считала шаги до глухой, утопающей в кромешной темноте арки.

​Они целенаправленно шли туда, где в сыром полумраке старого питерского двора, прямо за стеной наводящего ужас ливня, уже ощущалось чужое, затаенное присутствие. Чьи-то тяжелые, невидимые взгляды буквально буравили им спину из темноты подворотни. Словно тени, застывшие в засаде, только и ждали момента, когда купол их одинокого зонта переступит черту.

Глава 7. Часть 2

Шаг, еще один. Едва они миновали тяжелый створ старинной арки и спрятались от безжалостных потоков воды под каменным сводом, Тая едва заметно повела плечом. Короткий, отрывистый жест, понятный только им двоим.

Тень в глубине двора шевельнулась. Из темноты на долю секунды показался знакомый силуэт командира третьей группы — он едва заметно кивнул Ярославу, показывая два пальца: «Позиции заняты, чисто». Оперативники Ведомства идеально слились с питерской подворотней, готовые по первому сигналу рвануть на штурм, но для любого внешнего наблюдателя двор оставался мертвецки пустым.

Ярослав принял знак одними глазами, ни на секунду не выходя из роли. Он плавно закрыл зонт и с резким, сочным звуком стряхнул с него тяжелые дождевые капли прямо на разбитый асфальт. Плеск воды эхом разнесся под сводами арки.

— Ну вот, видишь, а ты паниковала, — весело хмыкнул он, поворачиваясь к Тае и аккуратно вешая мокрый зонт на локоть. Он шагнул к ней еще ближе, аккуратно заправляя ей за ушко влажную от сырости прядь волос. — Смотри, тут уже и без дождя. Почти сухо.

Тая, чувствуя, как за их спинами в темноте безмолвно замерли штурмовики, заставила себя капризно передернуть плечами и демонстративно осмотреться по сторонам, разглядывая облупившуюся штукатурку.

— Очень утешительно, — буркнула она, продолжая играть обиженную девчонку, хотя у самой от адреналина пальцы внутри карманов пальто сжались в кулаки. — Сухо, темно и жутко. Мы вообще где? Ярослав, если мы заблудились, так и скажи!