– У великого что – никогда не было учеников?

– Были, конечно, – снисходительно улыбнулась она. – Сама почтенная Мирна Дель, например. Почтенный Вильс Дель – это сын почтенной Мирны. Юный Сиги Дель тоже, вероятно, станет учеником. Но им никаких удостоверений не требовалось.

– Увы, моя фамилия не Дель, – развёл я руками. – И мне оно необходимо. Это Дельфор, почтенная, – добавил я назидательно, – здесь всё должно быть оформлено как положено, в установленном порядке.

– Я не знаю, что писать в такой бумаге, – продолжала вяло сопротивляться она.

– Зато я знаю и могу продиктовать, – по‑доброму улыбнулся ей я. – «Настоящим удостоверяется, что предъявитель сего Тим Браст является учеником великого Дельгадо, и как таковой имеет право на проживание в Дельфоре, а также на сопряжённую с данным статусом деятельность, производимую во исполнение распоряжений великого Дельгадо».

– Какую ещё деятельность? – нахмурилась она.

– Сопряжённую со статусом ученика, – пояснил я, глядя на неё с ласковой улыбкой.

– Срок действия должен быть указан обязательно, – сварливо заметила она, с видимой неохотой заполняя бланк. Почерк у неё был, надо заметить, великолепный.

– «Данное удостоверение действительно до получения уведомления великого Дельгадо об окончании срока ученичества», – продиктовал я.

– Ты где так научился изъясняться? – вздохнула она, шлёпая на бумажку печать.

– Студентом подрабатывал в деканате, – объяснил я. – Ну, если честно, не подрабатывал, а отрабатывал. Но потом действительно немного заплатили, декан у нас хороший был.

– Держи своё удостоверение, Тим, – усмехнулась она, протягивая мне бумажку. – Боюсь даже представить, сколько врагов у тебя сейчас появилось.

– С чего бы вдруг? – удивился я.

– Знаешь, сколько было желающих учиться у великого? И всем он отказывал, даже самым талантливым студентам. Учил только своих потомков. И вдруг появляешься ты неизвестно откуда, и сразу получаешь личное ученичество. Многим это очень обидно будет.

– Почему же неизвестно откуда появляюсь? – рассеянно возразил я, в некотором ошеломлении осознавая возможные неприятности. – Великий прекрасно знает откуда.

– А может, он тоже потомок великого, Ирель? – выступила с предположением другая, которую, насколько я помню, звали Фисой. – Может, Дельгадо заделал его где‑то там, и он вырос в этом где‑то там. А сейчас великий про него вспомнил и решил обучить?

Они все разом вопросительно уставились на меня.

– А вот насчёт этого, дамы, – строго сказал я, – никаких комментариев.

– Я вернулся, – громко объявил я, заходя домой.

Арна стремительно выскочила из комнаты и бросилась мне на шею. Она крепко обняла меня, прижалась щекой к моей щеке, и я почувствовал, что лицо у неё мокрое от слёз.

– Тебя так долго не было, – пожаловалась она. – Я уже почти потеряла надежду.

Мне стало стыдно, что я не поспешил сразу домой, а пошёл сначала в канцелярию за этим дурацким удостоверением. Пусть времени это заняло немного, но следовало бы первым делом успокоить Арну, и только потом заниматься бумажками. Правда, я не думал, что она будет так переживать, но разве это оправдание?

Я бережно прижал её к себе.

– Даже не знаю, сколько времени это заняло, – виновато сказал я. – Вот только что пришло в голову – сейчас хотя бы тот же день?

– Тот же, – она оторвалась от меня и слабо улыбнулась.

Я тоже улыбнулся в ответ, и тут Арна вдруг осознала, что она вся в слезах.

– Ой! – она смутилась и метнулась в ванную – видимо, приводить себя в порядок.

Вышла она минут через пять, и мы оба почему‑то почувствовали неловкость.

– Ты не обедала? – спросил я. – Как насчёт того, чтобы сходить в центр? Поедим, погуляем, может, ещё куда‑нибудь зайдём.

– Пойдём, – сразу же согласилась она. Впрочем, я вообще не припомню, чтобы она хоть когда‑то ломалась. – Сейчас оденусь. А ты не будешь переодеваться?

Я окинул себя взглядом. Вообще‑то, у меня есть ещё одни штаны, но зачем менять штаны на штаны? Смысл такого действия от меня полностью ускользает.

– Да вроде у меня всё нормально, – ответил я, впрочем, без особой уверенности – зачем‑то ведь она меня об этом спросила?

– Да? – она с сомнением поглядела на меня. – А знаешь, я поняла, почему ты появился у нас голым, но с пистолетом.

– И почему же? – хмуро спросил я, подозревая, что ответ может мне не понравиться.

– Не хмурься, – мимолётно улыбнулась она. – Просто ты взял с собой только то, что считал действительно важным и нужным.

– Может быть, и так, – вздохнул я. – Ладно, собирайся.

Ну да, в тряпках я совсем не разбираюсь. А с чего бы в этом разбираться обычному рифейскому пацану? В Рифейске моды простые – во всяком случае, что в княжеской, что в свободной зоне, а в других зонах я и не бывал, кто б меня туда пустил. Может, в частных зонах всё действительно по‑другому, а вот у нас даже проститутки не сильно‑то наряжались. Я, конечно, проучился пять лет в Новгороде, но склонности наряжаться и там не приобрёл. Да и не было у меня в студенчестве денег на тряпки, на еду едва хватало. А вот сейчас возникло у меня вдруг подозрение, что Арна скоро мной всерьёз займётся, появилось что‑то этакое в её взгляде.

День клонился к вечеру, и ресторанчики в центре уже начали заполняться посетителями.

– Куда пойдём? – спросил я. – Вон вывеска «Дадонская кухня» – это что?

– Рыба, моллюски, водоросли, – ответила Арна. – Неплохая еда, но очень специфическая, мне она ещё в Дадоне надоела. Давай что‑нибудь другое, хорошо?

– А какие ещё кухни бывают? – заинтересовался я.

– Да я не особенно много знаю, – задумалась она. – В Мерадии, например, всё с грибами, и ещё они разные запеканки любят. Ну, это всё ты и сам там ел. В Радике в основном разные ростки, корешки, почки – еда там невкусная, но, говорят, исключительно полезная. Во Фрасте птица и яйца. Наша, Коруса, кухня считается одной из лучших, есть такое общепринятое мнение. И она у нас очень разнообразная – мы много чего выращиваем и разводим. Кстати, может, пойдём в тот трактир, где я заказывала индейку из Коруса? У них хороший выбор, и готовят они неплохо.

– «Пьяный магик»? Это где к нам стражники пристали? – вспомнил я. – Ну давай туда, действительно неплохой трактир. Только с условием, что будем танцевать. Какой‑нибудь медленный танец, где тебя можно будет как следует к себе прижимать.

Арна слегка порозовела и смущённо засмеялась, но, судя по всему, ничего против не имела.

Народу в «Пьяном магике» было ещё немного, и нам удалось занять хороший столик у окна. Впрочем, место было явно популярным и быстро заполнялось, так что мы пришли как раз вовремя. Арна снова заказала какое‑то корусское блюдо со сложным названием, а я ту же самую отбивную из дельфорской мыши – зачем менять хорошую и проверенную еду на неизвестно что?

– Я, пожалуй, закажу кружечку пива, – объявил я. – Знаю, что ты не одобряешь, но мне просто необходимо немного расслабиться.

– Давай лучше закажем бутылку вина, – предложила она.

Я не показал вида, но порядком удивился – до этого я ни разу не замечал за ней желание выпить.

– Давай, – согласился я. – Только я в вине не разбираюсь.

– Я немного разбираюсь, – успокоила она меня и погрузилась в обсуждение с официанткой сортов винограда, годов урожая и прочих вещей, большей частью мне совершенно непонятных.

– Что, трудно пришлось? – спросила Арна, когда официантка нас, наконец, оставила.

– Даже не знаю, что ответить, – озадачился я, сразу поняв, о чём она спрашивает. – Не то что трудно… просто как‑то странно. Ну и потом довольно долго приходил в себя.

– Расскажешь?

– После твоей инициации обязательно всё расскажу, а вот сейчас, наверное, не стоит.