– Ну ты сам‑то подумай, – засмеялся Мога. – Если звери народ не пугают, люди перестают их бояться. Раз не боятся, то зачем им гильдию содержать? А если у гильдии денег нет охотникам платить, то и охотников не будет. Так что всё здесь связано: Дельфор людишек пугает, они охотников содержат, а охотники на Дельфор работают.

Домой мы уезжали с некоторым сожалением – хотя можно ли звать домом съёмное жильё? Прошло всего лишь несколько дней, а домом наше столичное обиталище я уже почти и не воспринимал. Про Марусю и речи не было – она уезжала из Бревика в таком мрачном настроении, что мы старались её не задевать. Причина была совершенно прозрачной – за эти считаные дни она съела вкусняшек больше, чем за весь предыдущий месяц, и возврат к привычной скудной диете её совсем не радовал. Впрочем, нельзя отрицать, что свои вкусняшки она полностью заслужила. Собственно, она нас вообще спасла – без неё вряд ли нам удалось бы пережить встречу с тем ментальным зверем. Ну, я бы, может, и пережил, а вот Арну там почти загрызли.

– Слушай, Леран, – вспомнив, встрепенулся я. – А мы с этим зверем опять не встретимся? Ну, который по мозгам бьёт?

Ехали мы опять втроём – не считая, конечно, Маруси, которая улеглась к нам задом, и угрюмо смотрела на лошадь идущей за нами повозки. Лошадь от такого внимания заметно нервничала.

– Вряд ли, – покачал головой Леран. – Это практически наверняка была флюктуация.

– В каком смысле «флюктуация»? – не понял я.

– Дельфор периодически порождает что‑то нестандартное, и обычно довольно опасное, – объяснил он. – Не знаю, с чем это связано – спроси у Дельгадо, он должен знать.

– Не особенно меня тянет что‑то у него спрашивать, – хмуро отозвался я. – Он вообще не любит вопросов, а про некоторые вещи лучше и не спрашивать. Причём попробуй ещё угадать, про что можно спрашивать, а про что не стоит.

– Лучше не спрашивать, пожалуй, – согласился Леран. – В общем, флюктуации происходят редко, и никогда не повторяются. Точно такого же зверя мы не встретим, тем более так скоро. Хотя зверь с ментальными способностями – это что‑то новое. Но об этом пусть у Дельгадо голова болит.

– Ну, главное, что мы с ним не встретимся, – вздохнул я. – Маруся, конечно, очень на это надеется, а мне вот совсем не хочется.

– Надеется? – удивился Леран.

– Вспомни, сколько сливок ей досталось. Она не прочь повторить.

– А, ну да, – засмеялся он. – Действительно, у неё поездка вышла удачной. А вам‑то понравился Бревик?

– Ты знаешь, понравился. Не знаю, как Арне, а вот мне люди там показались гораздо симпатичнее, чем в столице.

– Мне тоже, – подала голос Арна, бросив предвкушающий взгляд на большой свёрток с несколькими отрезами ткани. Все эти отрезы я досконально разглядел ещё в гостинице – Арна мне их демонстрировала, прикладывая к себе в разных вариантах, а я, как положено, ахал и закатывал глаза в восхищении.

– Ты‑то сам как у тёти погостил? – поинтересовался я.

– Да помогал ей на ферме в основном, – усмехнулся он. – Вспомнил детство.

– У неё ферма?

– Паучья ферма, – кивнул Леран.

– Паучья? – я вытаращился на него в изумлении, пытаясь понять, не шутит ли он надо мной.

– Вы ткани наши видели?

Мы с Арной дружно кивнули. Кое‑кто на них даже насмотрелся, правда, кое‑кто ещё нет.

– Их из паутины делают. Там такие специально выведенные пауки в ладонь величиной, они эти нити и дают.

– А чем этих пауков кормят?

– Питательной смесью в таких мягких капсулах, как бы в коконах. Не знаю, из чего она, да и не хочу знать. Вонючая она до ужаса. Мы эти капсулы готовыми покупаем, их специально для паучьих ферм производят.

– Судя по тому, сколько эти ткани стоят, твоя тётя человек совсем не бедный.

– Ой, да брось! – поморщился Леран. – Богатеет не тот, кто производит, а тот, кто распределяет. Холоп, который выращивает пшеницу, может быть богатым, но это богатство только по деревенским меркам. Для зерноторговца он обычный голодранец.

– Тут ты полностью прав, – усмехнулся я, вспомнив свой Рифейск. Ни шахтёрам, ни старателям разбогатеть не светило. – Кстати, раз уж мы вспомнили про Дельгадо… ты связываться с ним будешь?

– Ты имеешь в виду из Еловой? Смысла нет – завтра уже будем в городе, тогда и пойду на доклад.

– Что будешь ему рассказывать?

– Да всё расскажу, что видел. Там ничего нет, что сыграло бы против вас, так что смысла нет что‑то утаивать.

– А ты знаешь, что именно сыграло бы против нас?

– Знать не знаю, но, кажется, начинаю догадываться, – задумчиво сказал он.

– Нам скажешь?

– Пока не готов, – сказал он с сожалением, похоже, искренним. – Очень уж всё смутно. Просто есть некое предположение, и в него всё вроде бы неплохо укладывается. Но совсем не факт, что я не ошибаюсь.

– А что именно неплохо укладывается? – продолжал настаивать я.

– Например, ваша странная программа обучения. Вы не изучаете стандартные предметы первого курса, зато вам почему‑то дали введение в высокоэнергетические преобразования, которые идут только для способных аспирантов. И при этом ограничились только введением. Странно, правда?

– Ещё как странно, – согласился я. – Вообще не понимаю смысла создания крохотных металлических иголок. Я их уже, наверное, несколько тысяч сделал.

– А ты понял, в чём там главная сложность? – с интересом посмотрел на меня Леран.

– Ну, во‑первых, нужен очень большой запас энергии…

– Он у вас обоих имеется, так что это не считается.

– А во‑вторых, сложно выбрать подходящую душу.

– Вот именно! – оживился Леран. – Правильно понимаешь! Выбрать подходящую духовную структуру – это и есть главная сложность. Если духовная структура будет слишком слабой, иголка долго не прослужит – сломается, согнётся, стремительно заржавеет, да что угодно. А если духовная структура окажется слишком сильной, то иголка не сможет её удерживать и сразу же рассыплется. Создание иголки – идеальная тренировка для ощущения духовных структур, для этого вам и дали основы ВЭП.

– И что из этого следует? – хмуро спросил я.

– Из этого следует, что Дельгадо учит вас не магии, а развитию воли и духовным практикам. Эти темы, конечно, сильно пересекаются, но всё же крен в ту сторону очень сильный.

– Так всё‑таки – какой из этого вывод?

– Пока думаю, – развёл руками Леран. – Но я дам вам кое‑какую литературу, как и обещал. База у вас уже неплохая, так что вы легко освоите все темы, что пропустили. Может, это вам пригодится, может, нет, но не зря же Дельгадо так старательно ограничивает вам изучение магии.

– Получается, он и нашим одногруппникам тоже изучение магии ограничивает?

– Я думаю, это для того, чтобы вы не заподозрили, что у вас какая‑то нестандартная программа обучения. Вот увидишь – им потом предложат ещё год обучения бесплатно, где им дадут всё, что они не изучили с вами. Они будут только счастливы – курс того же ВЭП, даже ваш начальный, стоит очень больших денег, а они его получили даром.

Эта ночёвка в Еловой обещала быть покомфортнее. Наш караван пришёл туда довольно рано, так что нам достался уже нормальный номер, а не та убогая каморка, где мы ночевали по пути в Бревик. Большая кровать для нас с Арной, диван для Маруси, туалет и крохотная душевая. В общем, всё, что надо для счастья усталой семье путешественников с кошечкой.

После ужина – на удивление, довольно неплохого, – Арна занялась вечерним вычёсыванием Маруси, а меня позвал Леран.

– Что ты хотел? – без особой радости спросил я.

Идти мне никуда не хотелось, а хотелось просто отдохнуть хотя бы полчасика, но Лерана моя неприветливость ничуть не смутила.

– Пойдём на задний двор, там сейчас никого нет, – со значением сказал он, оборачиваясь на ходу. Я вздохнул и поплёлся следом.