Арна с благодарностью посмотрела на меня и кивнула.

Спрашивать дорогу не пришлось – башни Обители были видны отовсюду. Но мне был интересен и сам город, так что я довольно активно вертел головой. Местные это замечали и по большей части добродушно улыбались – похоже, к приезжим здесь относятся без раздражения. Народа на улице хватало – причём хорошо одетого народа, нищих я не заметил. Да и вообще Дельфор мне понравился – чистые улицы, ухоженные домики на одну семью с небольшими палисадничками. Ближе к Обители дома стали прижиматься друг к другу, а потом вовсе сомкнулись и заодно выросли до двух‑трёх этажей. Много небольших лавочек, продающих массу разных вещей, причём некоторые из этих вещей выглядели для меня совершенно загадочно. В общем, хорошее место, чтобы жить – впрочем, в таких приятных местах жизнь редко бывает дешёвой, так что посмотрим, будет ли Дельфор мне по средствам.

Так мы и шли, озираясь и временами дёргая друг друга, чтобы показать что‑то необычное. Город оказался невероятно интересным, а главное, магическим. Когда я учился в Новгороде, то видел там и электрические вывески, но по сравнению со здешними они показались бы полным убожеством. Взять хотя бы булочную, где рядом с дверью сидели две симпатичные лисички с калачами в лапах. Я чуть было не принял их за настоящих, но потом какая‑то бабулька прошла прямо через них, и только тогда я осознал, что это всего лишь иллюзия. Необходимости в вывеске там, впрочем, и не было – запах свежего хлеба стоял одуряющий, и мы с Арной, переглянувшись, дружно шагнули внутрь. Горячие калачи оказались совершенно изумительными.

Постепенно мы добрались и до Обители, где нас, наконец, затормозили.

– Куда идём? – мгновенно среагировал на нас охранник в воротах.

– Абитуриенты, – доложил я.

– Поворачивайте налево, – небрежно махнул рукой он, – и идите вдоль стены. Первая дверь ваша.

Дверь оказалась совсем рядом, в полусотне шагов, и бронзовая табличка на стене сообщала, что приёмная комиссия находится именно здесь.

– Опять охотники, – увидев нас, с отвращением заявил белобрысый парень за ближайшим столом.

– Ну я тоже из охотников, – лениво отозвался рыжий за столом по соседству. – Что‑то имеешь против нас?

– Ничего не имею против, – мгновенно сдал назад тот.

– А то смотри, говори, если что, – с ясно выраженной ноткой презрения сказал рыжий и обратился уже к нам: – Поступать?

– Поступать, – подтвердил я.

– Имена говори.

– Тим Браст и Рина Стаб, – ответил я, в последний момент решив имена немного изменить. Арна безмолвно закатила глаза, но промолчала.

– Порядок знаете? – осведомился он, записывая наши имена в толстый журнал.

– Расскажи, пожалуйста, – попросил я.

– Проверяем благосклонность Матери, затем оплачиваете год обучения, потом с квитанцией идёте в канцелярию. Там определят в группу и всё расскажут.

– Сколько платить? – сразу спросил я.

– От благосклонности Матери зависит, – веско ответил рыжий. – Чем способности выше, тем плата меньше.

– За жёлтый символ сколько?

– За жёлтый? – он поднял глаза от своих записей и удивлённо уставился на меня. – У тебя, что ли?

– У Рины, – я кивнул на Арну.

Рыжий покрутил головой. Судя по его реакции, у Арны способности в самом деле неординарные.

– С жёлтым символом год будет дюжину гривен стоить, – ответил он, справившись с какой‑то бумажкой.

Мы с Арной переглянулись, и дружно с облегчением выдохнули. У нас на двоих оставалась ещё почти сотня гривен, так что рисковать с продажей кристаллита, возможно, и не придётся.

– Жильё предоставляете? – перешёл я ко второму вопросу.

– Вы что, решили, будто к мамочке приехали? – изумился рыжий, а белобрысый хохотнул. – В канцелярии могут посоветовать, у кого комнату снять. А могут и не посоветовать. На улице ночевать не вздумайте, стража мигом на принудительные определит.

– Не будем на улице, – покладисто согласился я.

– Так, подходите по одному, правую руку на плиту, – скомандовал он.

Я кивнул Арне, и она без колебаний положила руку на маленькую полированную каменную пластину, как раз с ладонь размером.

– Надо же, и впрямь жёлтый! – поразился рыжий. – Поздравляю, почтенная, рады видеть вас в Обители.

Тон у него стал даже слегка подобострастным, похоже, жёлтый – это не просто хороший уровень, а серьёзная заявка на высокое положение.

– Теперь ты, как тебя, Тим, – и я положил руку на пластину, полный дурных предчувствий.

– Так ты же вообще не одарённый, – с удивлением констатировал рыжий. – И зачем ты сюда пришёл?

– Магией владею, – хмуро отозвался я.

– Не проверялся в храме, что ли? – он почесал затылок. – Ну выкладывай тогда гривну и двигай вон в ту дверь, на сфере проверишься.

Проверка не заняла много времени и выдала точно такой же результат, как и в храме. Единственное отличие состояло в том, что сущность в сфере узнала меня сразу и полностью проигнорировала.

– Ты неодарённый, Тим, извини, – развёл руками рыжий.

– Но магией‑то владею, – возразил я. – Как я могу быть неодарённым?

– Точно владеешь?

– Точно владею. Да вот Рина может подтвердить.

– Подтверждаю, – кивнула Арна. – Он, правда, мало что умеет, но кое‑что у него очень сильно получается. Способности у него точно есть, может даже, не меньше моих.

– Не знаю, что тут можно сделать, – озадаченно сказал рыжий, опять поскребя затылок. – Никогда про такое не слышал. Не могу я тебя пропустить, Тим, у меня права такого нет, понимаешь? Я обязан символ проверить, а если символа нет, то что я в журнал запишу? Такие решения не по моему уровню.

– А кто может решить? – безнадёжно спросил я.

– Разве что ректор, – предположил тот. – Кто‑то ниже вряд ли на себя ответственность возьмёт. Но я тебе не советую к ректору идти.

– Почему не советуешь? – не понял я.

– Как бы тебе это сказать… – замялся он. – Тут такое дело… Великий Дельгадо – человек очень занятой и ненавидит, когда его отрывают с чем‑то малозначительным. Были случаи, если ты понимаешь, о чём я. В общем, к нему на приём просто так мало кто решается пойти. И если всё‑таки идёт, то сначала пишет завещание. Да что тебе рассказывать, все же знают, какой характер у великих, и как они к простым людям относятся.

– И что, вот прямо так дело и обстоит? – поразился я.

– Клянусь Матерью, что ничего не преувеличил, – торжественно сказал рыжий. – Просто не могу не предупредить, понимаешь? Твой вопрос он точно значительным не посчитает.

– Мне деваться некуда, – вздохнул я. – Раз ты говоришь, что никто другой мой вопрос решить не может.

– Ну, я тебя предупредил, – развёл руками рыжий. – Выходите вон в ту дверь. Ректорат в кубе сидит, а канцелярия в треугольной башне.

– С тобой схожу, – заявила Арна, когда мы вышли на улицу.

Найти ректорат было действительно легко. Стоило только обойти глухую ограду, за которой, по всей вероятности, находилось что‑то вроде полигона, и мы сразу увидели здание в форме куба. Собственно, это было единственное более или менее привычное здание среди причудливых башен, некоторые из которых просто резали глаз чуждыми очертаниями.

– Подожди меня здесь, Арна, хорошо? – я кивнул на небольшую лавочку под похожим на акацию деревом.

– Зови Риной, раз уж так обозвал, – с ощутимым недовольством ответила она. – Чтобы не путаться.

– Тебе же не стоит своё имя называть, – виновато сказал я. – Сама бы придумывала.

– Да ладно, я всё понимаю, – махнула рукой она. – Не обращай внимания… Тим.

Она резко повернулась и двинулась к лавочке, а у меня откуда‑то появилась уверенность, что она вовсе не именем недовольна, а просто беспокоится за меня и не хочет это показывать. Я и сам беспокоился за себя, но чем больше тянешь, тем труднее решиться, так что я усилием воли выбросил из головы все посторонние мысли и уверенно потянул на себя тяжёлую лакированную дверь.