— Но пересеклись ведь. Может, это судьба? — цежу сквозь зубы, с трудом натягивая улыбку.

— Стечение обстоятельств, — вздыхает Жанна. — Ты ведь никогда не верил в судьбу и считал, что человек сам кузнец своего счастья. Я могу тебе честно сказать, что это, но боюсь, ты обидишься.

— Что же? — отстраняюсь и, скрестив руки на груди, смотрю на Злобушку с усмешкой.

— Попытка удержать ускользающую молодость, — по-садистски мягко и медленно режет меня Жанна. — Страх старости.

— Злобина, я просто тебя хочу, — закатываю глаза. — Если бы я хотел "удержать ускользающую молодость", я бы сейчас трахал какую-нибудь двадцатилетнюю куклу. И она бы не сопротивлялась, в отличие от тебя.

— Ну, пойдём уже потрахаемся, — вздыхает Жанна и, оттолкнувшись от стола, направляется в сторону комнаты.

Пару секунд смотрю ей вслед, сжав зубы, чтобы не ляпнуть ничего обидного, а затем, не сдержавшись и громко хлопнув по столу ладонью, ухожу на улицу.

Это не попытка удержать молодость, блин! Это какое-то мазохистское желание попробовать ещё раз. Сам не знаю, зачем мне это. Но уж точно не для того, чтобы самоутвердиться за её счёт.

Вспомнить молодость? Возможно, в какой-то мере. Скорее вспомнить время, когда мы были вместе. Потому что с ней я был настоящим. И у меня складывается стойкое ощущение, что я упустил что-то очень важное.

Жанна выходит из калитки, когда я выкуриваю уже вторую сигарету. Молча садится ко мне в машину. Делаю музыку погромче и выезжаю на дорогу. От злости в висках долбит пульс, но я не подаю виду. Хотя мне сейчас очень хочется начать орать и выяснять отношения, как ревнивой истеричке.

Ближе к городу музыку прерывает телефонный звонок. Звонит Эмма.

Смотрю на экран и в первые секунды думаю сбросить вызов, но потом назло Жанне поднимаю трубку и оставляю громкую связь. Я эмоциональный человек. Иногда во вред себе. Лишь работа закалила во мне умение лишний раз промолчать и тактически отступить, чтобы глобально выиграть. Но со Злобиной-то я настоящий...

— Привет, Эмма, — отвечаю бодро.

— Привет, Денис, — слышу из динамика трепетный и немного взволнованный голос. — Надеюсь, я не отвлекаю тебя?

— Нет, не переживай, я всегда рад тебя слышать, — широко улыбаюсь, пристально глядя на дорогу и едва сдерживаюсь, чтобы не смотреть на Злобину. — Что-то случилось?

— Нет, я просто волновалась и хотела узнать, как ты себя чувствуешь. Тебе лучше? Я не разбудила тебя?

— Да ты ж моя заботливая, — усмехаюсь ей весело. — Со мной всё в порядке, я уже мотаюсь по делам.

— Кажется, кто-то совсем не умеет болеть, — вздыхает она в трубку. — Но это обнадёживает. Не хочешь сходить куда-нибудь вечером?

Почему-то сразу перед глазами встаёт балет.

— Прости, я сегодня не могу, — вздыхаю. — Никуда не планировал с утра, но мне позвонил друг и попросил встретиться. Нужно обсудить кое-какие дела в неофициальной обстановке. Так что, вечером я буду пьян и не очень тактичен.

— Я даже не знаю, минус это или плюс, — смущённо усмехается Эмма.

— Солнце мое, у меня нет минусов, — смеюсь, и она тоже не может сдержать смешка.

— Это бесспорно.

— Если что-то изменится, я буду иметь ввиду, что ты свободна и не против встретиться.

— Договорились. Не буду отвлекать от дороги. Хорошо отдохнуть.

— Спасибо, созвонимся. — бросаю. — И тебе хорошего дня.

Сбрасываю вызов и ожидаю хоть какой-нибудь реакции от Жанны. Но она продолжает молчать, а я — не смотреть в её сторону. Так и доезжаем до дома. Выхожу из машины и достаю из багажника пакет Злобиной, протягиваю ей его.

— Спасибо, — довольно сухо благодарит она меня, взглянув коротко, и уходит, но, сделав несколько шагов, останавливается и оборачивается. — Завтра заедь по поводу Жаровой. И как раз футболку тебе отдам.

— Футболка мне не нужна, — прикуриваю и иду к водительскому сидению. — По поводу Жаровой заеду.

Катись к своему супер занятому мужу, Злобина! Готовь ему свои супы и еби мозг. Нахер мне весь этот цирк с конями не нужен!

Я злюсь. Кто бы только знал, как меня рвет на части от этой высокомерной заразы! Горло уже першит от того, сколько сигарет выкурено по пути до дома. Набираю номер.

— Оклемался? — слышится басовитая усмешка Рафа.

— Более чем. Есть огромное желание нажраться.

— В слюни?

— Именно.

— Шлюхи и стриптиз?

— Изумительно.

— Тогда жду тебя.

— Сейчас сполоснусь и приеду.

Рафаэль — мой давний заклятый друг. Наши родители дружили, а мы ненавидели друг друга лютой ненавистью. Но как-то незаметно стали общаться и в итоге подружились. А потом я поступил в академию, а он через пару лет улетел заграницу учиться. Когда вернулся, родители надеялись, что сын станет политиком, но нет.

Раф — рейдер. Ничуть не хуже, чем я — адвокат. И играет грязно, если этого требует ситуация. Обожает авантюры. Не повезет той компании, на которую поступит заказ.

По характеру — циник и эгоист. Тут у нас тоже много общего. И мне не хватало общения с ним, чтобы немного прийти в себя и вспомнить, кто я и чего хочу от жизни.

Переодевшись в черные джинсы, белую футболку и пиджак, вызываю такси. Я могу выпить за рулём, но сегодня планирую так грандиозно накидаться, что лучше не испытывать судьбу на прочность.

Когда машина останавливается возле самого элитного клуба столицы, я выхожу и разминаю затекшие мышцы, а потом открываю дверь и попадаю в безграничное пространство, ослепляющее неоновыми вспышками.

Ко мне тут же подплывает молоденькая администратор в черном облегающем платье и широко улыбается. Останавливаю ее жестом, потому что прекрасно знаю, куда мне идти. Поднимаюсь вверх по лестнице и, пройдя по узкому коридору, попадаю в вип-зону. Наша випка вторая от входа.

Раф сидит на диване, расслабленно откинувшись на спинку и широко расставив ноги, курит сигару и, прищурившись, разглядывает потолок. Услышав, что дверь открылась, он лениво переводит взгляд на нее, но, увидев, что это я, тут же встает, быстро идет навстречу и сгребает меня в объятия.

— Дэн! Капец! Ты чего такой седой стал?! Всего год не виделись! — отстраняясь, с хохотом щипает меня за бороду.

— Пил, курил, болел, — уворачиваюсь с усмешкой. — А ты, поди, подкрашиваешь?

Раф черный, как смоль, ни одного седого волоса.

— Завидуй молча, — хлопает он меня по плечу и мы идем за стол. — Твою ж мать, Дэн. Я соскучился! Как дела?

Прикурив тоже, сажусь на диван и смотрю на его довольное лицо.

— Да все по-старому. — медитирую на то, как Раф наполняет наши стаканы виски янтарного цвета. — Качаю “Фридом”, работаю. Нечего особо рассказывать. Как ты? Семью не завел еще?

— Какая семья? — морщится друг, чокаясь со мной и залпом опрокидывая свой бокал. — Зачем ограничивать себя, когда вокруг миллион прекрасных женщин? Я тут такой объект нашел — закачаешься! Прикинь: большой застройщик и внезапно гендиректор коньки отбросил. А все остальные — нихера не понимают в управлении! Просто иди и забирай красотку!

— Я подумал, ты о женщине, — усмехаюсь.

— Да ну на хер, — улыбается он и сворачивает в трубочку хамон. — Чур меня. Кстати, эскорт в соседней комнате. Можно свистнуть.

— Позже, — выпиваю свою порцию и не закусываю. — Поболтать охота.

— Сейчас еще наши подгребут, подожди, — тянется он снова к бутылке. — Я кинул клич, будет весело.

Киваю, но чувствую себя как-то странно. Мне не весело. И вряд ли будет. Я все еще зол и не могу выбросить слова Злобиной из головы.

Однако, я немного заблуждаюсь. Спустя время, мы с Рафом уже увлеченно беседуем и рьяно спорим. Присоединяются еще пара человек, вызволяют проституток из комнаты и они танцуют и пьют шампанское, красуясь под нашими взглядами, готовые удовлетворить любое желание по первому требованию. Но, пока мы больше увлечены общением.

Хохочу над очередной черной шуточкой Рафаэля. Для моего злого веселья они сейчас подходят в самый раз.