Захожу в помещение. В заведении на полу лежат сотрудники и посетители. Женщины сидят на стульях чуть в стороне, но моей дочери среди них нет. Хмурюсь.

Из подсобного помещения к нам навстречу выходит опер.

— Удивительная скорость. Зачем адвокат для сотрудника, который не виноват? — усмехается он.

— Разберёмся, кто виноват, — пристально смотрю на него.

Он со вздохом кивает и ведёт меня в подсобку. За столом с компьютером сидит еще один опер, просматривает запись с камер. Моя дочь стоит возле стены.

Когда Диана замечает меня, её хмурое бледное лицо становится удивлённым.

— Всем добрый вечер. Разрешите переговорить с Дианой Денисовной? — уточняю.

— При нас, — коротко отзывается тот, кто встречал меня.

— Как скажете, — усмехаюсь.

Беру стул и ставлю его Диане. Она устало опускается на него.

— Диана Денисовна, прошу отвечать только на задаваемые мной вопросы, — пристально смотрю на неё. Она кивает. — К вам применяли физическую силу?

Кивает.

— Это нормальная практика при задержании, — тут же отзывается омоновец, охраняющий дверь.

— Разберёмся, — повторяю спокойно, но кулаки сжимаются сами собой. — Диана Денисовна, что вам сделали? Опишите.

— Заломили руку за спину, отвели сюда, — пожимает она плечами, опуская глаза. — Потом приказали встать лицом к стене, отвечать на вопросы.

— Вам требуется медицинская помощь? — уточняю. Дочь отрицательно качает головой, потирая руку. — Какие вопросы вам задавали?

— Рабочего характера. Графики сотрудников, записи с видеокамер, документы. — перечисляет она.

— Вы были в курсе, что у вас в заведении распространяются запрещенные вещества?

— У нас никогда не случалось ничего подобного! — вскидывается она обиженно. — А все сотрудники перед сменами делают тесты.

— Диана Денисовна, не переживайте, я на вашей стороне, — пристально смотрю на дочь. — К вам лично у сотрудников есть претензии?

— Нет. Пакетик с неизвестным порошком нашли в зале, прилепленным снизу к столу, — хмурится она. Нервничает — пальцы подрагивают. — На камерах увидели, что это неизвестный с улицы зашел и тут же вышел.

— Руководитель в курсе произошедшего? — уточняю.

— Да, он в соседнем кабинете дает показания.

— У вас брали показания?

— Да, — кивает.

— Разрешите ознакомиться? — оборачиваюсь к оперу. Он со вздохом протягивает бумагу. Быстро пробегаю глазами. — Отлично. Личность Дианы Денисовны вам известна, адрес тоже, показания она дала. Протокол составили. Руководитель на месте. Не вижу смысла ей здесь находиться. Она может быть свободна?

— Забирайте, только мозги не ебите. Если понадобится, то на допрос пригласим. — вздыхает опер снова и тут же теряет к нам интерес. Работа у них, мягко говоря, собачья, поэтому я его прекрасно понимаю и именно поэтому выбрал адвокатуру.

— Одевайся, — командую дочери, и Диана покорно одевается.

Когда мы выходим на улицу, удивлённо смотрю на спину Руслана, оперевшегося о мотоцикл и зависшего в телефоне на том же месте, где высаживал меня.

— Спасибо вам, — косится на меня дочь, пока мы идём к байку.

— Не за что, — усмехаюсь, подходя к детективу. — Ты что, никуда не торопишься? — смотрю на него.

— Решил: вдруг вам потребуется помощь, — оборачивается Руслан, отрывая взгляд от экрана. Тут же переводит его с меня на Диану, подвисая, и я вижу неприкрытый интерес.

Да, у меня красивая дочь и она явно привлекает внимание мужчин, но во мне тут же просыпается ревность даже к этому парню.

— Спасибо за заботу, — вздыхаю и набираю Злобину. Телефон не отвечает. В метро она, что ли, трясётся?

Мне нужно её дождаться, но хочется побыстрее отправить Диану домой, а одну отпускать почему-то стремно.

— Слушай, раз у тебя сегодня день добрых дел, может, подкинешь девочку до дома? — смотрю на детектива серьёзно. — Только очень аккуратно. Это ценный груз.

— Запросто. Я умею быть аккуратным с девочками, — усмехается Руслан, отлепляясь от мотоцикла и протягивая Диане шлем, а я скрежещу зубами на его невинную шуточку.

— А вы? — смотрит на меня Диана растерянно.

— А я дождусь Жанну и мы приедем вместе, — киваю ей. — Расскажу тебе о рисках для твоей карьеры при работе в таких заведениях.

Наблюдаю, как Руслан помогает моей дочери надеть шлем и свою куртку. Прямо джентльмен, мать его! Они усаживаются и уезжают, а я прикуриваю, провожая мотоцикл взглядом, и снова набираю Жанну. Телефон недоступен.

— Да твою ж мать! — рычу и звоню Рафаэлю.

— Я занят, — бросает он в трубку.

— Это важно, — перебиваю. — Мне нужно понять, где Злобина, она не берет трубку. ТЫ можешь связаться с ее телохранителем? Пусть он сообщит местонахождение.

— Сейчас перезвоню, — со вздохом отзывается Раф и отключается.

Из заведения выходит опер и прикуривает сигарету. Возвращаюсь к нему.

— Что ещё? — вздыхает он.

— Скажите, это разработка или вы по наводке приехали?

— Поступил анонимный звонок, — пожимает плечами.

— Понятно, спасибо, — отхожу, снова набирая Злобину. Не отвечает. И у меня все ещё нет машины, чтобы рвануть и проверить, где она. Не было нужного мне Ягуара, оформил заказ. А нужно было купить любой из наличия, блин.

Маюсь минут пятнадцать. Наконец, Рафаэль перезванивает.

— Да, — вздыхаю.

— Дэн, Жанну похитили. Телохранители в реанимации, — сообщает он на одном дыхании. Воздух будто выбивают из моих лёгких. — Я уже еду к тебе. Скажи, куда.

— Блядь! Это сто процентов мудак Микулин! — хрипло стону, осознавая, что, похоже, наводка на бар Дианы была затеяна ради того, чтобы усыпить бдительность Злобиной. — Раф, давай быстрее, пожалуйста!

— Лечу. Адрес скажи.

Пытаюсь вспомнить адрес. Растерянно озираюсь по сторонам и диктую название с таблички на стене здания, а затем сбрасываю вызов.

Мне нужно сделать ещё несколько важных звонков, но я обессиленно усаживаюсь на бордюр и, прикурив, тупо пялюсь в экран телефона. Меня будто выключили.

Собравшись, набираю Руслана.

— Денис Дмитриевич, мы возле дома, не волнуйтесь, — отзывается он спустя несколько гудков.

— Руслан, у тебя много дел на сегодня? — хватаюсь за внезапную идею, как за соломинку, потому что разорваться у меня при всём желании не получится.

— Абсолютно свободен, — усмехается.

— Не хочешь подработать телохранителем? Очень нужно. — предлагаю, понимая, что он может послать меня, но сейчас Руслан — единственный человек, которого я могу нанять быстро и которому можно доверять. А еще, помнится мне, он как-то обмолвился, что работал силовиком.

— Если только в порядке исключения, — после паузы отзывается он.

— Ценник абсолютно любой, — добавляю.

— Хорошо. Что нужно делать?

— Побудь рядом с девушкой, пока я не приеду.

— О'кей, — соглашается.

— Спасибо, — отключаюсь и тут же набираю Эмму.

— Ты подонок, — холодно смотрю на Микулина. — Двадцать лет прошло, а я не перестаю удивляться, как таких, как ты, земля носит.

Конечно же, я не согласилась приехать к фиктивному мужу в его апартаменты, ведь это было бы чистым самоубийством. Тогда его люди подкараулили меня возле работы и насильно запихнули в машину.

— Всё сказала, любимая жена? — презрительно кривится Микулин, поглядывая на меня из-под густых бровей. — Двадцать лет тебя всё устраивало.

— Да вот не надо, — усмехаюсь. — Ты меня подставил, и мне ничего не оставалось, кроме как играть по твоим правилам. Не было выбора.

— Можно подумать, он сейчас у тебя есть, — снисходительно улыбается он, глядя перед собой. — Что такого произошло, что ты решила, будто имеешь право распоряжаться своей жизнью?

Всеми силами сдерживаюсь, чтобы не послать его к чёрту, дав волю эмоциям.

— Наверное, это твой новый дружок-адвокатишка вбил тебе в голову эту нелепую мысль?

Значит, про Дэна ему всё же известно...

— Следишь за моей личной жизнью? — презрительно усмехаюсь. — В своей не все гладко?