— Почему ты их не убила?
— Это было не так уж и просто сделать, а потом, когда я всерьёз задумалась о сохранении своей души, то решила оставить им жизнь.
— Но зачем?
— Мои хранители — величайшие ведьмы, а Эльва и Гекла — лучшие из лучших. Думаешь, я бы доверила душу проста́чкам? Когда они стали слишком сильными и опытными, пришлось принять меры. Я имитировала смерть каждой у них на глазах. Так, Эльва думала, что я отсекла Гекле голову, а Гекла была уверенна, что я сожгла Эльву заживо. Тяжёлое проклятие, наложенное на обеих не позволило им увидеть друг друга в потоке времени и до сегодняшнего дня они были уверены, что потеряли друг друга много веков назад.
— Но что случилось сегодня?
— Я приготовила им небольшой сюрприз, тёплое дружеское свидание. Самое смешное, что встретившись друг с другом они не шибко этому обрадуются.
Джессика вопросительно посмотрела на Розалин.
— Теперь, когда ваши охоты всерьёз ослабили меня, обе мерзавки крепко задумались сколь близко они приблизились к заветной мечте.
— Что за мечта?
— У вас у всех лишь одна мечта — стать Королевой ведьм. Ни та, ни другая не уступят друг другу. Держу пари — они сразятся в смертельной схватке, если уже не сразились.
— Но если они объединятся?
— Ах Джессика, ты такая наивная. Через пару-тройку сотен лет ты полностью разочаруешься в людях. Эти мерзоты уже давно утратили всё человеческое. Чтобы объединиться, нужно иметь общие цели. Нет, им проще выяснить отношения сейчас. А победитель атакует меня со свежими силами, полученными от поверженного противника.
— Зачем ты мне всё это рассказываешь?
— Ты — единственная, кто смог пройти по Пути и собрать мою душу. Какие бы лавры себе не приписывала Эльва, ей никогда не сделать этого в одиночку. И теперь, когда ты в моих руках, ты будешь служить мне, Джессика.
— Нет.
Розалин рассмеялась.
— Обязательно будешь. Никуда не денешься. Всё было частью грандиозного плана. Я бы ещё поиграла с вами, но медлить больше нельзя.
Джессика лишь покачала головой. Розалин подала ей воды, та жадно выпила всю чашку.
— Вы уничтожили лучших ведьм — Клэр Макдауэл, Дорку Балаш, Сувданцэцэг, Лурдес Эспинозу и Барбару Баттлер.
— Я не знаю никакой Барбары.
— Спенсервильская казнь 1675 года. Ведьма, что сгорела на сосне. Каждому времени обычно служит лишь одна Великая. Но Эльва и Гекла пережили всех. Надеюсь, они уже выяснили, кто сильнее. Мне придётся изъять свой подарочек у победителя. Но я не имею ничего против тебя как хранителя. Я дам тебе не одну душу, а две или три. Сможешь ли ты удержать и сберечь этот дар?
Джессика ничего не ответила. Она о чём-то думала.
— А как же Эльва? Ты сохранишь ей жизнь?
— Нет! Она предала меня.
У Джессики по щекам заструились слёзы. Розалин с удивлением посмотрела на неё.
— Какое тебе дело до этой вонючей старухи?
Джессика ничего не могла понять. Она знала — прикажи сейчас Розалин служить ей в обмен на жизнь Эльвы — она бы согласилась.
Мешок из козьей шерсти был собран.
— Поднимайся на ноги. Нам пора.
— Куда?
— На встречу с ведьмами.
Джессика, выплюнув сгусток крови, промолвила:
— Я же сказала, что не буду тебе служить.
— Будешь.
Она сдёрнула рогожу со стола. Перед Джессикой лежал обнажённый Фелпс. Жёлтый клинок торчал из его груди.
***
Сильно похолодало. Тут, на старом кладбище, было негде укрыться от ветра. Джессика вся продрогла. Разбуженные вороны сулили мороз редким карканьем. Туман всё больше сгущался, скрывая и без того едва различимые в темноте могильные плиты. Судя по датам — здесь не хоронили без малого восемьдесят лет. Джессика увидела склеп из белого мрамора и стала осторожно пробираться внутрь. Вначале она увидела Эльву, которая устало вытирала окровавленные руки. Незнакомая, сморщенная словно печёное яблоко старуха с невероятно бледным лицом лежала на могильной плите. Какая-то ветошь была обёрнута вокруг её брюха. На месте левого глаза мерцало безобразное синюшнее бельмо. Джессика знала, что это. Так ведьмы выращивали потерянные в бою глаза. Щека была сплошь покрыта глубокими шрамами, похожими на рубцы от когтистой лапы хищного зверя. Старуха сипела, редко вдыхая спёртый воздух. Эльва обрадовалась Джессике.
— Вот молодец. Хорошо, что ты пришла. Чертовке удалось провести старую Эльву. Она заманила меня сюда, я случайно ударила ножом Геклу. Послушай, я не всё тебе рассказала. У той, которую мы называли Луной, нас было двое… Гекла, она мне почти как сестра… понимаешь…
— Хватит! Я всё знаю. Лучше скажи мне, как спасти брата.
Эльва с удивлением посмотрела на неё. Но Джессика упорно твердила:
— Скажи. Мне. Как. Спасти. Брата!
Гекла зашевелилась на своём каменном ложе. Мерзким, лающим хрипом она заговорила:
— Твой братец сдох. Я убила его своим клинком, чтобы принести в жертву ужасному Урдорху.
Она засмеялась, смех быстро перешёл в кашель. Джессика ничего не понимая, смотрела на Эльву.
— Что она говорит? Как мне спасти брата? Где он?
Эльва пыталась её успокоить.
— Джессика, послушай. Всё слишком сложно. Мне нужно время, чтобы объяснить.
Гекла снова заговорила:
— У Розалин и духу бы не хватило на этот эксперимент. Эльва тоже всегда была порядочной трусихой. И только я посмела сделать это. Я знала, Джессика, что ты придёшь рано или поздно. Я видела тебя в ту ночь в машине с матерью. В твоей душе уже тогда цвела ведьма, что сможет отправить ненавистную Розалин в мир вечной скорби. Я заманила твоего братца в чащу, я же и спасла его после недели скитаний. А теперь он мёртв. Жаль, конечно. Ну да и пёс с ним. Тебе суждено погубить Розалин, иначе ты станешь её вечной рабыней.
Джессика начала трясти Эльву, заливаясь слезами:
— Ты знала об этом? Знала?
Эльва клялась, что услышала об этом лишь сегодня, в беседе с Геклой. Отшвырнув Эльву в сторону Джессика ринулась к раненой старухе.
— Нет, умоляю. Джессика… дитя! Ты не понимаешь, что сейчас натворишь. Гекла поселится в твоей душе и поглотит тебя изнутри, поверь. Она мечтает, чтобы ты её…
Гекла гаркнула на Эльву.
— Заткни свой поганый рот, дура. С минуты на минуту сюда явится Розалин. Нам не справиться с ней.
Теперь уже Эльва накинулась на Геклу, нанося пощёчины и удары. Лишь пару минут спустя, задыхаясь от злобы, она остановилась, чтобы перевести дыхание.
— Ты погубила свою душу, Гекла. Стала чудовищем, похлеще Розалин. Похитив брата этой девчонки, ты заставила его служить тебе и в конце концов погубила. Но тебе и этого мало. Теперь ты хочешь завладеть её телом, чтобы продолжить творить зло.
Эльва пыталась добраться руками до горла Геклы. Та вяло сопротивлялась. Джессика смотрела на дерущихся старух и глубоко дышала. Нужно прийти в себя. Розалин не врала. Эти животные обманули её. Во всяком случае Гекла. Джессика ввязалась во всю эту жуткую историю из-за старой рухляди, которая вскоре издохнет. Брат, которого она так долго искала, мёртв. Его убила не Розалин. Его погубила мерзкая тварь, о которой она даже не знала до сегодняшнего дня. В погоне за леди Макбрайт Джессика упустила своего настоящего противника. Ненависть заполняла её ледяной струёй. Хотелось мстить, убивать, истязать это дряблое тело, столько лет причинявшее ей немыслимые страдания. Пора было действовать. Она отшвырнула Эльву и достав шулам алуурчин начала кромсать Геклу. Гекла не пыталась сопротивляться. Постанывая, она умудрялась мерзко хихикать, словно была рада своим мучениям. Эльва хотела оттащить Джессику от издыхающей ведьмы, но та в ярости полоснула её ножом по руке. Это слегка отрезвило, на мгновение уняв бешенную злобу.
— Скорее дай мне Зиленштайн.
Эльва, покачав головой, сказала:
— Бесполезно. Камень поглотит лишь душу Розалин.
— Дай мне камень!
За спиной раздались громкие хлопки. Джессика, резко обернувшись, увидела Розалин.
— Браво! Браво! Кажется, я пропустила много интересного. Два моих злейших врага успели передраться, а несмышлёная девчонка, которой они задурили голову, стоит с окровавленным ножом, готовая сию минуту перерезать им горло. Ну что, Джессика, я сказала правду? Теперь ты веришь, что я не причастна к истории твоего брата?