Он снова осмотрел местность. Сейчас эти идиоты выйдут к реке и пойдут вдоль крутого каменистого берега. Укрыться тут негде, бежать по узкой тропинке, где человек проходит боком, плотно прижавшись к круче спиной — бессмысленно. Прекрасная возможность расправиться со всеми. Но ему нужна была только девчонка. Где же она? Вот. Очки, кепка, хвостик, забинтованная рука. Пробирается, крепко сжимая запасную винтовку в руках. Стоп. Он запомнил движения своего врага очень хорошо. Шаги скупые. Ремень болтается на середине задницы. И голова. Девчонка вертит ей слишком плавно. Не она. Лакус обрадовался, что не выстрелил преждевременно. Девчонка пыталась его провести, пустив по узкой тропке вместо себя приманку, они действуют в паре. Но какой риск. А если бы он выстрелил? Спине стало холодно, живот скрутило. На долю секунды он впустил страх в свою душу. Быстро достал патрон, распотрошив его высыпал немного пороху на руку и поджёг. Боль отрезвила Лакуса. Он больше не боится. Его враг опытный и хитрый. Девчонка знала, что Лакус не купится на приманку иначе не стала бы так рисковать жизнью своей товарки. Знала она и то, что Лакус обнаружит подмену. Она — не просто достойный соперник. Она приняла игру. И чётко дала ему понять, что читает его намерения, словно раскрытую книгу. Плохо дело. Соперник оказался сильнее чем он думал. Одна малейшая ошибка и он покойник. Может быть стрельнуть по приманке? Нет. Они, несомненно, учли эту возможность. А значит — подготовились. Чёрт подери, какой тонкий расчёт. Теперь погоня стала по-настоящему опасной. Главное — не делать резких движений. Крутившиеся на каменном плато люди лишь отвлекали его внимание. Пора уходить. Медленно, как можно медленнее надо отползти назад. Дюйм за дюймом он, словно ящерица вжавшись телом в скалы, двигался к краю утёса. Лишь спрыгнув вниз, понял, что всё закончилось благополучно. Выбрав новую позицию, он постарался взять себя в руки. Дыхание казалось ему слишком частым. Он раздражался и от этого никак не мог успокоиться, со злостью прихлопнул маленького паучка, вздумавшего опуститься ему на лицо. В холодном поту Лакус осознал, что ударил себя ладонью по щеке слишком яростно, а значит — заметно. Но ничего не случилось. Может враги и вправду потеряли его из виду? Девчонка-приманка соединилась с основным отрядом. Лакус понимал, что сильно отвлекается на неё. Хуже всего было то, что он не видел настоящего противника. А он, точнее она его видела. Не зря враги временами открывали беспорядочную стрельбу, паля по направлению, где скрывался Лакус. Она видит его, видит и не стреляет. Чёрт побери, что же ей надо? Вот и поляна с корявым, засохшим деревом. Здесь было велено оставить погоню. Но как это сделать? Он заигрался с ними, не смог оторваться, когда имел такую возможность. Что ж. Лакус послужит Госпоже до конца. Это его ошибка, нельзя привести врагов в убежище. Но одно дело он всё-таки завершит. И завершит прямо сейчас.
Лакус улёгся поудобнее. Тщательно прицелился. А вот и приманка, набирает воду во флягу из ручья. Знает, что Лакус не выстрелит. И ошибается. Теперь, когда он понимал, что от погони не уйти, выбора не оставалось. Лакус оставит врагов здесь, они будут глумиться над его телом и праздновать победу. И никогда не найдут Госпожу в её надёжном укрытии. Он на секунду задумался, вспомнив свою прекрасную, яркую, полную впечатлений жизнь в лесу, рядом с той, которую любил больше всего на свете. Эмоции в сторону, пора! Лакус выровнял дыхание, наложил палец на ледяную сталь курка и начал плавно и осторожно нажимать. Раздался сухой хлопок. Лакус выронил винтовку из рук. Он так и не успел выстрелить. Обливаясь кровью, перевернулся на спину и посмотрел на облака. Яркий луч солнца ослепил его. Девчонка в кепке с забинтованной рукой подошла откуда-то сзади. Склонившись над Лакусом, подмигнула ему левым глазом и, вытащив розовую жвачку изо рта, насильно запихала ему в рот. Аромат жвачки, клубничный, всё ещё сладкий на мгновение перебил солоноватый привкус крови, заполнившей рот. Похлопав Лакуса по щеке, она взяла его винтовку и встала немного поодаль, ожидая своих товарищей по оружию.
Девчонка-приманка с удовольствием рассматривала Лакуса. Она пошла на серьёзный риск и имела полное право поглумиться над поверженным противником. Тонкий расчёт и смелость, граничащая с безумием привели к достойной победе. Парамедик, быстро осмотрев Лакуса, что-то крикнул своим товарищам. В ушах свистело и Лакус не расслышал его слов. Он понимал, что обречён. Разрывная пуля, превратила внутренности в фарш. Рана была слишком тяжёлой, чтобы выжить. Девчонка знала об этом. Она не хотела ему быстрой смерти. Она была настоящей охотницей. Беспощадной, жестокой и по-настоящему коварной. Лакус посмел заигрывать с ней во время смертельной дуэли, за что жестоко поплатился. Она знала, что поверженный враг будет лежать, прокручивая в голове её победу снова и снова. В других обстоятельствах Лакус поступил бы с девчонкой точно так же, но он упустил свой шанс, совершив единственный крупный просчёт в своей жизни.
Лакус услышал отвратительный запах разлагающейся плоти и горелых костей, после чего потерял сознание.
***
Гекла сидела на полу и тяжело дышала. Она использовала все свои знания, искусство и запрещённое колдовство, трудилась до глубокой ночи, но отогнала смерть. Она осмотрела своё новое убежище. Бурный поток горной реки за долгие годы проточил скалу на несколько ярдов вглубь. Там, под гранитной глыбой поток, не теряя напора, проносился мимо узкого прохода в скале диаметром в два с половиной фута. Проход вёл в тоннель, по дну которого бежала вода. Тоннель уходил глубоко под скалы и заканчивался обрывом, куда стекала вода. Лестница, перекинутая через обрыв соединяла тоннель с просторной сухой пещерой, стены которой были покрыты влажным мхом.
Гекла глянула на плоский уступ, заменявший стол. Там, в свете факелов, с перебинтованной грудью редко и тяжело дышал Лакус. Кровь снова сочилась сквозь повязку и Гекла зацокала, качая головой. Лакус, услышав её цоканье, с трудом приоткрыл дрожащие глаза и слабым голосом промолвил:
— Госпожа, неужели я теперь не умру?
Глава 50
Эльва суетилась возле алтаря.
— Камень треснул. Подай мне вон ту склянку. Нет, другую. С белым порошком.
Джессика протянула Эльве бутыль, заполненную блестящим сыпучим веществом, оказавшимся неожиданно тяжёлым.
— Не теряй времени, читай. Порталу осталось совсем недолго.
Джессика раскрыла Manga Venari и принялась читать вслух:
╬
Май 1731. Аббатство Маунт-Раймонд.
Недавно наше аббатство было назначено местом центральной власти CSI на Американском континенте. Работы будет много, но наша миссия процветает. Искусные спекуляции с земельными участками позволили упрочить финансовое положение. Пастбища, виноградники, плантации сахарного тростника, пожертвования и щедрая паства — благодатные источники дохода. Сегодня я принял решение запечатать ларец, упокоив все записи по Розалин Макбрайт. Более полувека не было даже намёков на её бесчинства. Колдуны, маги, фигляры, медиумы, гадалки находятся под пристальным вниманием светских и церковных властей, но к сожалению, жители этой страны всё чаще считают охоту на ведьм предрассудком. Не будем разубеждать их в этом. С сегодняшнего дня ларец может быть вскрыт только в случае прямых и явных улик присутствия Розалин Макбрайт. Через пятьдесят лет — контрольное вскрытие ларца в составе членов Комиссии и Кавалерье.
Аббат Ланге
╬
Март, 28, 1781. Аббатство Маунт-Раймонд.
Контрольное вскрытие в присутствии членов Комиссии и Кавалерье. С копией ознакомились все члены Комиссии, изучив историю Розалин, начиная с 1359 года.
Единогласно свидетельствуем, что не обнаружили никакого присутствия Розалин Макбрайт за предыдущие пятьдесят лет.
Аббат Вене
╬
Сентябрь, 28, 1831. Аббатство Маунт-Раймонд.
Контрольное вскрытие тридцать первого года. Присутствовали члены СSI и Кавалерье. С копией ознакомились, историю изучили.