— Конечно, конечно мой мальчик. Мы навсегда будем вместе. Навсегда, словно принц и королева. Мой нежный, мой милый, самый хороший…
Рубиновой искрой блеснул острый клинок и Лакус задёргался, заливая уступ алой кровью. Гекла, прокрутив кинжал вправо и влево, резко вытащила его и отвернулась. Жизнь, собранная по крупицам стремительно покидала Лакуса. Он хрипел, но сказать ничего не мог. Испугаться Лакус не успел, как и не успел почувствовать боли от клинка, вонзившегося в по кусочкам сшитое сердце. Удивление его было настолько сильным, что задержало его на этом свете ещё на целых три минуты. За что? Самый счастливый миг в его жизни, исполнение главной мечты и внезапный крах. За что? Любопытство гложило его изнутри. Больше всего на свете, сильнее чем желание остаться с Госпожой, ему хотелось узнать, за что же она так поступила с ним. Этот вопрос не давал ему покоя. Лакус шевелил посиневшими губами, но ответа так и не получил. «Неужели я так и не узнаю, за что?» — подумал Лакус и это стало его последней мыслью.
***
Урдорх незаметно приблизился сзади. Гекла, заметив его, не обернулась, но обречённо промолвила:
— Мальчишка притащил тебе новых жертв и поплатился за это жизнью. Зачем ты заставил меня воскресить его, чтобы потом убить? Неужели не мог сделать это сам? Ты видел рану? Почему не дал ему умереть там, на поляне?
— Те жертвы — утеха, услада, не больше. Ты обещала заманить их в лес и я, воистину, насладился ими. Скажи спасибо, что я согласился на твою сделку. Обычно я забираю лишь самых близких. Но у тебя больше нет никого, чтобы торговаться со мной.
Он расхохотался. Гекла резко обернулась к монстру.
— Но Лакус, он ведь умер бы с минуты…
Урдорх блеснул мёртвыми когтями, остановив их в дюйме от лица Геклы.
— Мне не нужно дохлое тело твоего пащенка. Думаешь я не знаю, какие ритуалы ты с ним творила? Хотела защитить его душу? Так вот знай — теперь его душа на пути в Царство Вечных Мук.
Урдорх захохотал, но быстро остановился. Он серьёзно посмотрел на Геклу давно сгнившими глазами.
— Если бы он… — Урдорх ткнул когтем-серпом в сторону мёртвого Лакуса, — если бы он умер от пули, на поле боя, от моих когтей, то его душа была бы спасена. Уж не знаю, куда бы он попал после смерти, но мне никогда не видать его в Царстве Вечных Мук. И, клянусь всеми сгоревшими заживо, я был бы рад такому исходу. Вместо него со мной ушла бы ты. О, ты знала это и стоило мне появиться, как твой клинок оборвал юную жизнь. Так что найдёшь другого, — Урдорх рассмеялся, — ведь этот не был твоим первым. Любовь — самое ненавистное и мерзостное, что есть на земле. Впрочем, это не про тебя. Ты отродясь не любила, твоему старому, сгнившему телу всегда было нужно лишь…
Гекла, выхватив рубиновый клинок, в ярости бросилась на Урдорха. Клинок отлетел далеко в сторону. Урдорх, одним ударом раскроивший Гекле левую щёку, бросился на неё и крепко сжал свои пальцы на шее ведьмы. Она не могла сопротивляться, лишь что-то шептала, обливаясь кровью и прикрывая рукой вытекающий глаз.
— Ну убей! Убей меня, тварь!
Урдорх разжал хватку и отшвырнул Геклу к стене пещеры, об которую та с громким хрустом ударилась головой. Тяжело дыша, монстр подошёл к ведьме, прислушиваясь к потоку отвратительных проклятий.
— Заткни свой вонючий рот, старуха, у нас был уговор, плата за защиту. Или ты забыла?
Урдорх бросил перед ней пригоршню окровавленных медальонов, некогда принадлежавших «Красным Рапторам». Ведьма отпихнула медальоны ногой, а монстр продолжил:
— Теперь ты жаждешь смерти, но не всё так просто. Я не стану тебя убивать, избавляя от плена Царства Вечных Мук.
— Провались в бездну, тебя породившую. Мы в расчёте. Я больше не хочу иметь с тобой никаких дел, будь ты проклят.
Урдорх лишь плотоядно улыбнулся.
— Я итак проклят, а ты…рано или поздно, ты попадёшь ко мне в лапы. Клянусь, тебе это не понравится. Скоро, очень скоро, тебя ждёт непростая, мучительная смерть. Но то, что случится после смерти, не идёт ни в какое сравнение. Надеюсь, что свои последние дни ты проведёшь в мыслях об этом, страдая и понимая, что ничего нельзя исправить. За тобой уже идут.
— Кто?! Кто идёт за мной? Отвечай! Отвечай, тварь!
Но Урдорх не стал отвечать на её вопросы. Громко расхохотавшись, он разрушил огромный кусок скалы и скрылся в недрах пещеры.
Глава 51
Фелпсу снилась богом забытая придорожная забегаловка. Заказав себе кофе и яиц, он долго ждал официантку, а когда устал ждать, отправился на поиски. За прилавком никого не было и на кухне тоже. Он распахнул дверь в небольшой офис. Сметая листы со стола гремел старенький вентилятор. На кресле валялась бирюзовая женская кофта. Никого. Справа стоял стеклянный шкаф, заполненный моделями военной техники. Модели, выполненные в мельчайших деталях, были размером с ладонь и казались позолоченными. Забыв про официантку и кофе, Фелпс любовался ими не отрывая глаз. Внезапно за его спиной кто-то громко крикнул:
— Что вы тут делаете?!
Фелпс обернулся, но никого не застал. Ему было ужасно стыдно. Фелпс не собирался трогать модели, а просто смотрел. Но почему-то он не сомневался, что спросивший уверен в обратном. Фелпс выбежал на душный двор, чтобы всё объяснить и немедленно проснулся.
***
Сонная Джессика, схватив Фелпса за руку, поцеловала запястье, приглашая продолжить то, чем они занимались ночью. Когда довольный Фелпс скатился на свою половину, его сердце бешено стучало.
— Приятная тренировочка.
— Ах так! Значит ты принимаешь меня за тренажёр?
Фелпс рассмеялся.
— За весьма красивый тренажёр.
Они ещё долго шутили, веселились, снова занялись любовью. Вылезать из постели совсем не хотелось. Сегодня был их день. Фелпс очень соскучился по Джессике. После похорон Брэдфорда ФБР крепко взялось за него. Интервью и беседы больше напоминали допросы. Их интересовало всё — детали расследования, контакты Брэдфорда с Вашингтоном, разговоры с Фелпсом, отношения Брэдфорда с Карпентером, убийства и исчезновения в округе. От коллег Фелпс узнал о гибели Красных Рапторов и не менее ужасной гибели отряда спецназа, направленного на задержание егеря Крэбса. Лес наводнён полицией, военными и федералами. Беседовавший с Фелпсом офицер назвал большим чудом тот факт, что эта история ещё не просочилась в прессу. Крэбс, застреливший Брэдфорда и помощника Раму, был первым подозреваемым в убийствах Бабби и Рори. Также он мог быть причастен к смертям Саймона и Пейна. Карпентер, встретившийся с Фелпсом в один из дней назвал Крэбса человеком из ниоткуда. Круглый сирота, невесть как устроившийся на егерскую службу. Характеризовался как толковый, исполнительный сотрудник, предпочитавший держаться в одиночестве. Целыми днями он пропадал в лесах, что вполне устраивало городские власти, довольные образцовым порядком на вверенном участке. Недавно назначенное руководство не добавило ничего нового. Фелпсу следовало как и прежде заниматься передачей дел и не покидать округ до особого распоряжения.
Фелпс не мог оставаться равнодушным. В округе, где он проработал несколько месяцев, случилось нечто ужасное, а Фелпс даже не имеет возможности задать нужные вопросы. В прошлом это серьёзно бы его задело, но теперь у него есть Джессика. И это было важнее любых закулисных игр. Жалко только погибших людей. Что же произошло? Наркобароны развязали войну? В лесах действует секта сумасшедших фанатиков? Шайка Пейна оказалась намного сильнее, чем они думали? У Фелпса были только догадки. Спрашивать у коллег, используя прежние связи было сродни попрошайничеству. Хватит. Новый босс сам всё расскажет. А пока — у него есть целый уик-энд и та, которой он действительно нужен.
Фелпс нежно поцеловал Джессику в ямочку возле губ.
— Спасибо тебе, Джес.
Она зажмурилась от удовольствия, совсем не понимая, за что Фелпс благодарит её. Да это было и неважно. Сейчас, вместе с ним, не хотелось думать ни о чём.