Через пару лет жена подарила ему дочку, Лиззи. Лиззи пошла в первый класс, когда жена сказала, что ждёт пополнение. Родилась прелестная здоровая девочка, Кристи. В семь лет Кристи тяжело заболела. Врачи разводили руками, но ничего поделать не могли. От горя и бессилия Рори повадился выпивать в местном баре, дружки в то время у него были ещё те. Однажды, когда бармен собирался идти домой, Рори заказал себе очередную бутылку виски и перебрался на улицу. Бармен запер свою забегаловку, а Рори продолжил сосать пойло под спущенным зонтиком. Пепельница была полна окурков, а он курил и выл от бессилия. По дороге шёл приятель, с которым Рори пару раз выпивал после работы. Заметив Рори он поздороваться.
— Что плачем? Мисс Макгоуэн отказала в любовных утехах?
Рори, и без того вспыльчивый, вскочил, схватив приятеля за грудки.
— Ты чего, чего? Остынь, я же пошутил.
Рори пару раз крепко боднул его головой, а напоследок отвесил здоровенную зуботычину. Отплёвываясь от крови, приятель встал, хромая пошёл восвояси.
— Ты псих, Рори. Тебе лечиться надо!
Рори бросился вдогонку, но крепкая рука ухватила его за запястье. Над ним возвышался Пейн. Он совсем недавно был назначен шерифом округа и ещё не успел раскабанеть.
— Не хулигань. Пошли в участок. И виски с собой прихвати. Чего насухую сидеть.
Рори мало чего боялся в жизни, но страх за дочь расшатал его нервы. Рори пил. Пейн, у которого давно кончился рабочий день, тоже пил и слушал, изредка вставляя свои реплики.
— Отправь её в платную клинику. В чём проблема?
Рори лишь зарычал.
— В платную? У меня иногда молока не на что купить, какая тут клиника.
Пейн сказал, что если дело в деньгах, он подсобит приятелю. Во Вьетнаме не бывал, но что такое порох — знает не понаслышке.
В городе заправляла банда, которая совсем от рук отбилась. Слишком хорошо работали осведомители, слишком демонстративно бандиты запугивали свидетелей да и желающих столкнуться лицом к лицу с отморозками, таскающими при себе пистолеты и топорики, особо не наблюдалось.
— Стрелять умеешь? Значит справимся. Я сколотил бригаду, возьму и тебя.
Шериф метнул через стол значок народного ополченца.
— С этой цацкой можешь валить бандосов не церемонясь. Со стороны закона я улажу.
Рори посмотрел на шерифа с недоверием. Неужели тот зайдёт так далеко.
— Боишься? Если да — верни значок и иди к своей дочурке. Мне не нужны трусы.
Рори закипел, но Пейн миролюбиво налил ему полный стакан.
— Говорю ещё раз — проблем с законом не будет.
Пейн сдержал слово. Авансом выдал Рори крупную сумму денег, хватило и на лечение и на реабилитацию. Рори умел быть благодарным. Кучу диких, необстрелянных, но смелых парней он вымуштровал в полноценную боевую группу, способную противостоять отморозкам, душившим город. Шериф, выдав ополченцам значки и оружие начал громить бандитов прямо на улице. Кража телевизора, изнасилование, похищение ребёнка, проникновение со взломом, убийство и обычное хулиганство карались одинаково. Не было никаких переговоров и увещеваний. Выезжали всей группой. Сдаться предлагали лишь один раз. Кто не хотел или не понимал — попадал под шквал пуль. Главарь банды, Косоглазый Пиппи, развязал настоящую вендетту. Но бандиты не хотели воевать открыто. Они старались выследить своих врагов поодиночке. Однажды им удалось поймать и жестоко казнить молодого мальчишку, недавно вступившего в народное ополчение. Неопытный юнец гулял в комендантский час без оружия.
После этого случая шериф усилил бдительность. Бойцы ночуют вместе. Тот, кто одинок — переселяется к семейным. Семейные на время осадного положения живут друг у друга, каждый дом охраняет не менее пяти ребят. Остальные должны прибыть по первому зову. Такая тактика дала свои плоды. Была пара поджогов, но с поджигателями не церемонились, а просто застрелили на улице.
А потом поймали того, кто зарезал мальчишку. Что с ним было — до сих пор остаётся загадкой. Из участка он уже не вышел. Официальная версия — подавился обедом. Проверять особо не стали, чрезвычайные времена порождают чрезвычайные меры. Через местную газету шериф обратился к банде Пиппи. Каждый, кто добровольно сдастся, получит шанс вступить в ряды народного ополчения. Когда вся эта история закончится — шериф лично будет просить судью скостить ему срок. Остальные остаются врагами государства со всеми вытекающими последствиями.
Пронеслась волна доносов, за ними последовали аресты. Косоглазый Пиппи бесновался и в конце концов попался на мякине. Он лично хотел размозжить голову очередному члену банды, заподозренному в предательстве. К шерифу в кабинет забежал испуганный до жути приятель несчастного. Он сообщил, где Пиппи собрался учинить показательную казнь. Уже через сорок минут вооружённые до зубов ребята окружили заброшенный дровяной сарай у пруда. К сожалению, спасти несчастного не удалось. Зато бойцы покрошили в конфетти всех, кто присутствовал на казни, в том числе и самого Пиппи. Молодой парень, новичок в их отряде, опустив дымящийся ствол, робко заметил:
— Они же сдавались, сэр. Может следовало их арестовать?
Шериф лучезарно улыбнувшись, погладил парня по голове.
— Возвращайся домой, сынок. Возьми мамку за сиську, к Рождеству я пришлю тебе погремушку. А ещё лучше, — он указал концом ружья на пленника, которому Пиппи размозжил голову, — сходи к родителям этого парня. Пусти слезу и скажи, что просишь прощения, за то, что немного продырявил бешенную собаку, отправившую их сына на тот свет.
Поднялся дикий гогот, парень оправдывался, но его не стали слушать. Подняв ружьё вверх, шериф добился тишины.
— Сынок, это война. Ты бы струсил на войне?
Парень, зардевшись как провинциалка, промолвил:
— Никак нет, сэр.
Шериф указал на трупы.
— На войне гибнут ни в чём неповинные люди, солдаты, которых страна послала выполнить свой долг. Здесь лежат те, кто в мирное время угрожает простым людям, насилует, убивает, грабит. Это наша земля, сынок. Это наша страна. Покажи, кто здесь хозяин. Теперь эти твари будут знать своё место.
Банда была обескровлена, оставшиеся либо подались в бега, либо сдались. В один из дней Пейн поднял Рори по тревоге. Один из членов банды, ранив конвоира, сбежал в лес. Рори, не задумываясь, бросился в погоню. Они шагали широкой цепью, преследуя отморозка. На коротком привале к Рори подошёл неприметный с виду парень и спросил, может ли его патрон поговорить с шерифом. Рори, думая, что это кто-то из новичков, махнул рукой. Когда парень ушёл, Рори на всякий случай пошёл за ним следом. Пейн не говорил по-испански. А Рори немного понимал. Парень привёл с собой человека в белой рубахе и широкополой шляпе. Длинные, тонкие усы на толстом лице делали его похожим на сома. Он начал быстро что-то говорить, а парень только и успевал переводить:
— Моего патрона зовут Альваро. Он восхищается вами. Вы — настоящий мужчина и хозяин края. Тот пёс, что прячется как трусливый шакал в лесу — личный враг Альваро. Он отправил на тот свет брата моего патрона. Теперь Альваро просит шерифа дать ему право застрелить отморозка.
Помощник добавил, что кровь стоит денег, а риск — вознаграждения. Альваро очень щедрый человек. Он хочет сказать спасибо шерифу, но не знает языка. Но патрон точно знает как будет «спасибо» на любом языке мира.
Альваро хищно улыбнулся, раздвинув челюсти словно акула. Он протянул шерифу пухлый конверт, который шериф взял скорее от растерянности. Через пару часов всё было кончено. Беглец с простреленной головой валялся в прорезиненном мешке. Альваро подарил шерифу серебряную гильзу от патрона, размозжившего мерзавцу череп. На ломанном английском он сказал:
— Синьор. Вы оказали мне богатый услуга. Рамон, — он указал пальцем на небо, — сегодня радуется. Успокоение получила его душа. Я рад знакомиться с такой человек. Если ещё какой-то мерзавец рискует бежать, зовите меня. Буду рад кооперациён.
Шериф поделился частью денег с Рори, хотя тот и не собирался требовать своей доли. В беседе за бутылкой рома шериф сказал, что не чувствует себя виноватым. Он избавил общество от заразы, которая терроризировала целый округ. Он рисковал своей жизнью, тратил силы и смог довести дело до конца. В конверте было десять тысяч. Неплохие деньги, за честно выполненный долг. Если его подстрелят на работе, кто позаботится о детях? Не те ли горлопаны, что жалуются прокурору на каждую мелочь?