— Что ты наделал? Что ты натворил, глупец?
Лакус лишь развёл в отчаянии руками.
— Я не знаю как они меня нашли.
Госпожа прислушалась. Страшная опасность, от которой не будет спасения. Люди, пришедшие за ней, сильны. Их не обманешь, от них не спрячешься. Они уничтожат её и неосторожного Лакуса. Что же делать? Есть лишь один способ спастись. Сколько усилий, трудов, боли и ради чего? Она до сих пор не оправилась от ран. Враги ещё живы. Их души были нужны для великого дела, но за всё приходится платить. Надо быть стойкой. Ничего не поделаешь — она начнёт всё сначала.
— Спрячься поглубже в пещере и не вздумай смотреть. Что бы ни случилось, не выходи и не делай резких движений. Лежи, уткнувшись лицом в пол и трепещи. Малейшая ошибка и мне тебя не спасти.
Лакус долго не хотел оставлять её одну. Когда он, наконец, покинул её покои, Госпожа зашептала:
— Урдорх, хаере маи ки ки ау. Ко те тангата и хо май э ла ки охау, нана охау, и вхакарока. Тиакина и ти хоарири. Тцеталь хиа нга ора руа мо те уту. Котахи мо коэ. Котахи — мутунгэ.
Невыносимый запах разлагающейся плоти заполнил нутро пещеры. Она не смела повернуться, лишь умоляла в благоговейном страхе:
— Враги наступают. Защити меня от них.
— Что дашь взамен?
— Душу! — она исторгла из себя душу Саймона.
— Мало!
— Мало?
— Котахи мо коэ. Котахи — мутунгэ. Одну — мне, одну — моему отцу, — Урдорх плотоядно облизнулся.
— Будь ты проклят! Подавись и сдохни в мучениях.
Она исторгла душу Хогга. Чудовище с ужасным свистом поглотило добычу.
— Маловато.
Госпожа начала спорить, но Урдорх крепко схватил её за шею. Он злобно заревел, тряся её словно тряпичную куклу.
— Не перечь мне, ведьма! Ты знала, на что идёшь, когда принимала мой подарок. Или ты хочешь встретиться с…
— Нет! Нет. Нет! Прости меня. Просто раньше ты брал только две…
Урдорх прервал её грубым хохотом.
— Времена поменялись. Всё кругом дорожает. А людишки, напротив, дешевеют с каждым веком. Души этих мерзавцев не стоят почти ничего.
Она случайно подняла глаза, чтобы немедленно опустить их. Смотреть на это омерзительное создание было выше её сил.
— Да будет проклято твоё ненасытное чрево!
Госпожа исторгла оставшиеся души Рори и Пейна. От слабости она осела на каменный пол. Урдорх, проглотив души, в ярости зарычал:
— Кого ты хочешь обмануть, ведьма? Я забираю лишь близких. У тебя есть близкие? Если нет, прощай.
Она не могла сопротивляться. Лишь защищалась ладонью от его ужасного взора. Она скулила, умоляя вернуть ей души. Урдорх бросился на неё, схватив за волосы.
— Хочешь отправиться в царство Вечных Мук?! Только посмей ещё раз попросить свой дар назад. Плата за беспокойство. Считай, что легко отделалась. Справляйся с врагами сама.
Урдорх схватил её за руку и откусил огромный кусок плоти. У ведьмы не было сил даже кричать. Она повалилась на пол, словно рыба, раскрывая рот.
— Что? — Урдорх приблизился к ней, пригнув к старческим губам своё мохнатое ухо, — не слышу. Громче!
Госпожа, быстро прошептав что-то, закрыла от бессилия глаза. Монстр дико захохотал.
— Сделка принята. Не выполнишь обещания — пойдёшь вместе со мной. Прощай!
Вбежавший Лакус ощутил лишь запах тлена и горелой плоти, он бросился к своей Госпоже. Обливаясь слезами, Лакус обнимал её, не зная что делать. Кое-как перевязав рану, он попытался помочь ей подняться:
— Вставай, уходим. Враги прибудут с минуты на минуту. Да вставай же!
Но она не могла встать. Собрав последние силы, промолвила, едва шевеля губами:
— Враги…не…придут. Мне…нужно…
И тут же потеряла сознание.
***
— Группа Альфа на позиции, сэр.
— Отлично.
— Это группа Чарли, наблюдаем расщелину.
— Приготовиться к штурму.
— Группа Фокстрот, прикрываем с реки. Все готовы, командир.
— База, готовы к штурму, светите.
Спутник, выпустив мощный импульс, отправил картинку на портативный экран, встроенный в массивный браслет на руке Рикардо.
— Вижу проходы, пустоты и большую камеру. Справа, ближе к реке — наблюдается биологическая активность. Разрешите применить гранату?
Рикардо дал знак, к нему приблизился солдат с гранатомётом. Рикардо выбрал из ящичка продолговатую, похожую на грушу болванку, зарядил её в ствол и приказал стрелять прямо в расщелину. Пламя вырвалось из сопла, раздался свист и граната полетела внутрь. Скала слегка задрожала. Через несколько секунд они услышали отвратительный гул, от которого затряслись внутренности. Жуткий грохот, последовавший за гулом дал понять, что в пещере вряд ли кто-то уцелел.
— Мы разворошили осиный улей, сэр. Если кто и остался — сейчас начнут выскакивать.
Рикардо не боялся выживших. Он переживал о заложниках, если таковые имелись. Но приказ есть приказ. Свидетелей не оставлять.
А потом наступила мёртвая тишина. Словно все звуки в мире перестали существовать. Странное, необъяснимое напряжение исходило от скал, заставляло вибрировать землю и витало в воздухе. Двое бойцов попятились назад.
— Куда?! А ну стоять!
Рикардо не знал, услышали ли его солдаты. Он приготовил винтовку и ждал.
— Не вижу цели! Не вижу цели! Подтвердите цель.
— Цели не вижу!
— Цель не обнаружена.
Вокруг стояла хрустальная тишина, пахло жухлой листвой. Рикардо потрогал в кармашке резинового мишку — талисман, подаренный ему дочерью много лет назад. Впервые за годы службы Рикардо захотел очутиться дома, на широком плюшевом диване и чтобы дочке было снова три года.
Солдат слева бросил винтовку и побежал назад. Солдат справа открыл огонь по странному, неуклюжему пятилапому созданию, вывалившемуся из невесть откуда взявшегося облака грязного дыма. Существо шло медленно, разрывные пули совсем не беспокоили его. Бабахнули гранаты, они взрывались, разнося на десятки ярдов зловонное месиво из кусков плоти. Монстру всё было нипочём. Чудище шло в сторону Рикардо, который выпускал в него уже второй магазин. Диковинный зверь не атаковал и не прятался, а лишь протяжно, словно нехотя скулил и от этого звука солдаты падали на землю, в ужасе затыкая уши. Приблизившись к Рикардо, чудовище посмотрело на него. Уродливая голова, похожая на морду муравьеда с кривыми злобными глазами. Рикардо выхватил пистолет и выпустил всю обойму, целясь в глаз, фиолетовую пасть и обвислую мохнатую щёку. Патроны разорвали морду в клочья, но существо не обратило на это внимания. Маленькие сплющенные кусочки свинца вместе с багровой жижей стекли на землю. Рикардо подумал, что не сможет найти слов описать эту тварь. Чуждая нашему миру, ужасающая в своей неторопливости, она была настолько удивительна и неприятна, что Рикардо вырвало несколько раз. Существо продолжило свой путь. Солдат справа с выпученными от ужаса глазами остался лежать на земле. Лицо вздулось и стало фиолетовым. Глаза налились кровью и вылезли на целый дюйм.
В полном ступоре и недоумении Рикардо двинулся за существом, совсем не понимая что делает. Оставляя за собой трупы солдат, тварь неторопливо обнюхивала их, откусывала части тел, жуя больше из любопытства. Затем, поднявшись на задние три ноги протяжно завыло, точнее засвистело омерзительным свистом, от которого Рикардо начал царапать лицо. А потом у него сильно закружилась голова.
Рикардо лежал, захлёбываясь собственной кровью. Боли не чувствовал. Крепкий бронежилет был разорван в клочья, половина тела превратилась в рыхлую красную массу. Было похоже, что его провернули в мясорубке, предварительно накачав обезболивающим. Чёрт возьми, что оно с ним сделало? Рикардо мог поклясться, что даже не дотронулось. Он вызывал ребят по рации, но никто не отвечал. Неужели конец? Неужели так бездумно и глупо кончилась жизнь? Он погубил ребят. Почему, чёрт возьми, он умирает в тишине. Рикардо пытался кричать, но ничего не услышал. Последнее, что запомнил Рикардо — стремительно носящееся по лесу серое пятно и дрожь деревьев там, где оно настигало очередную жертву.