— Ты спятил, что ли?! — возопил Нэш. — Я сам решаю, куда мне ехать, а куда не ехать! А ну-ка останови фургон!..
— Никак не могу, метен Нэш! — упрямо помотал головой возница. — Метен Томази сказал ехать и не останавливаться. А я честный, я приказы выполняю!
— Ты идиот?! — взревел Нэш, внезапно осознав, что ему «повезло» столкнуться с человеком, больным на всю голову. — Я сказал: останови!
— Я не буду приказы нарушать… — буркнул возница и тут же снова скрылся.
— Метен! Метен, смотри мне в глаза!!! — заревел Нэш, дёрнувшись наружу.
И с удивлением понял, что застрял в оконном проёме фургона.
Это было так глупо, так невероятно, что прямо-таки вывело землянина из себя… Нэш опять заревел, задёргался, но всё было тщетно: его пузатое тело застряло в проклятом окне. Голова и живот выглядывали наружу, а ноги и то пухлое место, откуда они растут, бессильно болтались в фургоне. И не за что было зацепиться руками, чтобы впихнуть себя обратно!..
Нэш дёргался, как упавший на спину жук. Он пытался выбраться хотя бы на одну из сторон, чтобы опять коснуться ногами земли, но рама крепко держала его…
«Успокоиться, Мэйсон! Надо успокоиться! — подумал он. — Подумай, прикинь варианты… И только после этого дёргайся!.. Убью этого придурка, говна он кусок!..».
Мэйсон с трудом протиснул пальцы между рамой и телом, а затем старательно выдохнул — и резко дёрнул. Раз!.. И его тело свалилось на пол фургона, наконец-то освободившись от позорного плена неказистой постройки.
А Мэйсона охватила ещё большая злость и раздражение. Один придурок что-то за него решил, другой — выполняет эти тупые приказы… А ему всего-то и надо, что добраться до корабля! Вот! Вот где его безопасное место! А не там, куда везёт его этот…
И тут Мэйсон вспомнил, что совсем недавно требовал от Томази. «Место для базы! Вот, значит, куда везёт меня тупой абориген!..» — наконец-то догадался Нэш. Он засмеялся, и сам не веря тому, что ничего не понял сразу. А затем, подойдя к двери, подёргал её, но та была заперта.
«Понятно… Этот придурок закрыл её, чтобы я не вылезал из фургона!» — подумал очевидное Нэш.
А потом потянул стол к стене, которая выводила к козлам, и встал на него.
Примерился…
И саданул всем телом по доскам, упираясь ногами.
Фургон не был касадорским — это была обычная, но всё же крепкая деревянная конструкция для длительных путешествий. И потому все стены его были сделаны из досок. Но что может обычная доска против мышечных усилителей земного производства, вживлённых в организм Мэйсона Нэша?!
— Метен, да не буяньте вы! Чего зря о стены биться!.. — попробовал успокоить его возница.
Игнорируя этого тупицу, Нэш снова замахнулся и саданул собой об стену.
Доски затрещали.
— Метен, ну хватит! — попросил возница, и в этот момент Нэш примерился и саданул по стене в третий раз. — Господи Иисусе!..
Доски, не выдержав, сломались, а из тёмного зева фургона с перекошенным от злости лицом выбрался метен Нэш.
И первое, что он сделал — это вырвал револьвер у возницы из кобуры, убрав его себе за спину. А затем схватил испуганного парня за горло и приказал:
— Останови-ка своих кляч, тупой придурок!
И возница впервые оценил фантастическую силу этого вечно улыбающегося, почти скалящегося, человечка. Сначала он, конечно, попытался расцепить захват толстеньких рук, но пальцы Мэйсона Нэша были будто из железа сделаны. А воздуха в лёгких оставалось совсем мало…
Выпустив вожжи и закатив глаза, несчастный принялся дёргаться. И это его внезапно спасло. Воллы, почувствовав свободу, сразу же начали замедляться, а вскоре и вовсе встали. Мэйсон Нэш так и душил бы ненавистного идиота, но решил, что раз фургон остановился, то его требование формально выполнено. А значит, можно оставить придурка в живых…
Возница отпрянул от него, сжавшись на самом краю сиденья и хватая ртом воздух.
— Так-то лучше… — пробурчал Нэш и огляделся.
Фургон стоял на лесной просёлочной дороге. Как смутно припоминал Мэйсон, именно по ней он ехал к бухте Печальной, да и в Грисглад вообще, от места приземления своего корабля…
— А теперь слушай сюда, мистер! — Нэш окончательно забыл эти смешные местные обращения. — Это я здесь отдаю приказы, а ты — просто кусок дерьма, понял? И это я решаю, когда мы едем, и куда мы едем, а когда стоим и ждём, факингбарбариан! Куда ты меня завёз, писофщит?! Куда ты меня завёз?!
Видя, что возница не отвечает, метен Нэш привстал с лавки. После чего замахнулся и отвесил парню такую оплеуху, что его голова дёрнулась и приложилась о сломанную стену фургона.
— Я задал вопрос! — рявкнул Нэш. — Куда ты меня завёз?!
— Метен, прошу, не надо!.. — взмолился возница, осознав, что с этим милым толстяком не стоит спорить. — Просто везу вас к Глотке Дьявола, как и сказал метен Томази. Вы же сами просили…
Нэш сурово глянул на возницу, и тот сразу же осёкся.
— Как тебя зовут, метен? — спросил Мэйсон, заставив себя немного успокоиться.
— Эмеральд! Эмеральд… — договорить вознице Нэш не дал, резко оборвав.
— Сраный придурок!.. Ты и вправду думаешь, что я буду запоминать дебильную фамилию какого-то идиота?! — удивился Нэш. — Если я захочу, то тебя будут звать «эй ты!». Всё понял, говна кусок?
— Да, метен! Я всё понял!
Эмеральду было страшно. Так сильно он не боялся, даже когда пришлось стрелять в накачанного специями касадора. Да, конечно, это было страшновато, но всё-таки понятно и объяснимо! В мире Эрфы специи были нормой, с которой приходилось считаться.
А вот пузатые господа, которые и без специй в три удара выносят толстые деревянные доски… Нет, это в мире Эрфы не было нормой. А всё, что выходит за привычные и понятные рамки, пугает людей.
И молодой дельтианец отчаянно боялся. Боялся странного господина Нэша, который только что наглядно показал ему, вооружённому лбу, почему с этим пузаном считаются опытные бойцы. И почему его уважает даже метен Томази.
Поэтому Эмеральд готов был и отзываться на новое имя «эй ты!», и подробно отвечать на все вопросы. Лишь бы не злить это подозрительное существо, которое по ошибке принимают за человека…
— Значит, ты вёз меня в то место, которое нашёл для меня Томази? — уже спокойнее переспросил Нэш.
— Да, метен! В Глотку Дьявола, метен! Но… — Эмеральд замолчал, увидев, как его собеседник поднял пухлую руку.
А тот лишь удовлетворённо улыбнулся: хорошо, когда тебя слушаются.
— Карта у тебя есть? — спросил Нэш.
— Нет, метен! Нет карты… Я туда с картой ездил! А теперь её нет! — с готовностью отозвался дельтианец.
— И где она? — кисло спросил Нэш.
— Осталась у метена Томази в кабинете, метен! Он её на стол кинул. Сказал, что выдаст, когда повезу вас к Глотке Дьявола… — Эмеральд снова замолчал, увидев, как Нэш саданул кулаком по сиденью, и тяжёлый фургон угрожающе затрясся.
— Проклятье! — проговорил Мэйсон. — Парень… А как ты собирался меня везти?!
— Так я помню дорогу, метен Нэш! — спешно затараторил тот. — Один раз проехал и сразу запомнил! С закрытыми глазами, конечно, не дов…
И снова Эмеральд не сумел договорить, прерванный жестом собеседника. А Нэш задумчиво оглянулся на фургон и спросил:
— А на моей карте сумеешь отметить точку?
— Да, метен! Непременно, метен! — обрадовался Эмеральд.
В этот момент молодой дельтианец думал о том, а не зря ли он согласился на задание Ульриха Томази? Конечно, ему обещали за него просто фантастические деньги. Однако сначала надо было добраться до отвратительного места, а потом вернуться, а потом ещё сопроводить это дьявольское отродье назад…
Впрочем, когда Эмеральд вспоминал сумму награды, то сразу успокаивался. Ведь каждый дельтианец знает, что Томази всегда платит обещанное. А сумма была такой, что можно было все мучения вытерпеть. Ну а теперь у него и вовсе появился шанс не ехать в Глотку Дьявола — и не везти туда страшного Мэйсона Нэша.