* * *

Поезжайте на Камчатку, на Курилы. Поживите там.

Постарайтесь побывать и на Карашире. Удостоверитесь на месте — события, о которых я рассказал, не выдумка. Там все про них знают. Если погода позволит подняться в долину Эрбеко, вы увидите и дуб с ободранной по плечи корой, и молодую, зеленую поросль возле него, и закаменевшие следы босых ног вблизи фумарол.

Б. Сопельняк

В САНТИМЕТРЕ ОТ СМЕРТИ

Рассказ

Приключения 1968 - img_17.jpeg

Очень хотелось пить. В пересохшем рту тяжело ворочался шершавый язык. До ближнего родника — часа два ходьбы. Да и то неизвестно, сохранился ли он. Можно, правда, вернуться к Таш-Кудуку, но это значит потерять весь день. Нет, только вперед! Туда, где начинаются заросли шиповника и тамариска! Чабаны врать не будут. А они говорили, что гюрзы там живут чуть ли не под каждым кустом.

Андрей шел по стиснутому скалами саю[4]. Даже в тени — градусов сорок пять. При каждом вдохе раскаленный воздух ошпаривал гортань, а мелкий колючий песок сыпался прямо в легкие.

«Глоток, всего один глоток!» — билась мысль. Но аварийный запас воды трогать нельзя. Ведь если родник пересох, тогда у Андрея останется только эта фляжка жидкости, теплой и красноватой от марганцовки.

И вдруг за поворотом — пятнышко свежей зелени. Крошечный родничок! Тоненькая струйка просочилась сквозь трещину и спрыгнула вниз, выбив в скале небольшую ямку.

Чуть ниже к гранитной стене прилип большой куст шиповника. Куст как куст: зубчатые листья, чуть тронутые желтизной яркие красные ягоды и колючие ветки.

«Пошарю потом, — решил Андрей. — Сперва пить».

Он лег на грудь, прильнув губами к воде, и… Только познавший настоящую жажду может понять, какое наслаждение испытывал Андрей.

Но его не покидало странное чувство: казалось, кто-то за ним подсматривает. Не отрываясь от воды, Андрей скосил глаза и тут же увидел гюрзу. Она лежала в глубине куста. Тупая жабья башка. Мерцающие холодной злобой глаза. Вздутое узлом брюхо выставлено на солнце…

«Все ясно. Кого-то сожрала, — подумал Андрей. — Что ж, сытую брать легче… Хороша зверина! Метра на полтора. Эх, жаль, хваталки нет! Ну да ладно, я тебя, милая, крючком… Вот так!»

— Э-э-э, да куда же ты? — закричал Андрей. — Стой, тебе говорят!

Крючок прижал удиравшую змею к камню. Она резко изогнулась и схватила железо.

— Умница. Только держи подольше!

Андрей просунул руку между ветками и крепко взял змею у основания головы.

— Так. Теперь будем вынимать… Осторожно, толстушка, не уколись! Тут кругом колючки!

Но гюрза не сдавалась. Длинное тугое тело напряглось и рванулось в сторону. Вверх! Вниз! Потные пальцы скользнули по шее, и змея мгновенно вцепилась в рукав. По ткани расплылось мокрое желтоватое пятно.

— Ну и дуреха же ты! Только яд зря теряешь… Все равно я хитрее.

Андрей чуть ослабил натяжение и тут же рванул змею вниз… Острая боль пронзила кисть!

«Не заметил вторую, — мелькнула страшная мысль. — Потревожил — и она ударила».

Машинально Андрей разжал пальцы и выпустил змею. Не родился еще человек, который смог бы безнаказанно отдернуть руку от рассвирепевшей гюрзы. Она бьет зубами со скоростью пули и только потом удирает.

Так случилось и сейчас. Два здоровенных саблевидных зуба вонзились в запястье. Пасть сомкнулась мертвой хваткой. Андрей вскрикнул и отскочил в сторону… На руке висела большущая гюрза.

Даже укушенный, Андрей не мог допустить, чтобы она ушла. Он быстро поймал змею и посадил ее в мешок.

— Так… Теперь займемся рукой… Надо спустить отравленную кровь…

Острый нож глубоко рассек тело чуть выше места укуса. Хлынула и тут же свернулась черная, как деготь, кровь…

— Скверно… Значит, яд уже впитался.

Андрей отбросил нож и зубами вгрызся в руку. Боль была адская. Но он заставлял себя стискивать зубы сильнее и сильнее. Андрей рвал неподатливое живое тело до тех пор, пока не почувствовал, как ровной широкой струей потекла кровь.

— Отлично… Теперь — укол.

Андрей достал аптечку. На самом дне коробочки лежала жизнь, запаянная в стеклянную ампулу. Он обломал кончик ампулы и втянул противозмеиную сыворотку в шприц. Потом закатал рукав. Примерился. Резкий взмах и… Хр-р-р-умк!!! Стеклянный шприц ударился о рукоятку ножа и с глухим хрустом развалился на части.

Андрей бережно собрал осколки. Пересчитал их. Сбился. Начал снова… В каком-то жутком оцепенении он снова и снова пересчитывал осколки. Ни одной мысли. Ни капли страха… Вдруг он дернулся… Внутри что-то оборвалось, и его вырвало.

«Готово… Яд уже действует… Надо идти в лагерь… Ребята помогут. Останусь здесь — умру».

Больше часа Андрей шел вниз к Таш-Кудуку… В палатке пусто. Олег и Виктор еще не вернулись. Андрей сел у палатки. Больная рука горела. Голова кружилась. Какие-то красные круги плыли перед зрачками. Они дробились, удалялись, потом снова соединялись, пытаясь втиснуться в глазницы. Андрей хотел приподнять руку. Она не повиновалась. Сильная судорога сотрясла тело, и Андрея вырвало кровью.

«Вот и все, — словно во сне подумал Андрей. — Как просто и глупо!..»

Кровь снова хлынула изо рта, и Андрей потерял сознание.

В жизни Андрея все происходило «вдруг». Еще два года назад он был самым обычным аспирантом и заканчивал работу над диссертацией. И вдруг Андрей прочитал, что один американский ученый, который, как и он, работал над проблемой стимулирования обмена веществ, очень успешно применяет препараты змеиного яда.

Это было настолько интересно и неожиданно, что Андрей решил как следует изучить свойства этого яда.

Но где его взять?.. О том, чтобы купить, не могло быть и речи — так баснословно дорого он стоил.

Выручил один знакомый зоолог.

— На днях еду ловить гадюк, — сказал Алексей. — Фармацевты налаживают производство какого-то нового лекарства, поэтому нужно очень много змеиного яда. А я знаю один приличный очаг. В общем договор в кармане, рюкзак упакован. Если хочешь, поедем вместе, И яду себе добудешь и змей научишься ловить.

Андрей согласился. А через месяц в институтской газете появился рассказ Андрея о его первой охотничьей экспедиции.

«Как вы думаете, что легче — поймать змею или удрать от нее?.. Наверняка большинство ответит: если отпустит, то удрать. Я тоже так думал, пока не стал змееловом.

Представьте такую картину. По утыканному моховыми кочками болоту бредет человек. Ни один пень, корень дерева или разросшийся куст не ускользает от его внимания. Ноги отмеривают уже тридцатый километр. Присесть бы! Вылить воду из сапог. Достать термос с чаем… А вот и отличный пень. Решено: привал.

И вдруг человек замечает змею! Она черной лентой распласталась на солнцепеке и, кажется, ни на что не обращает внимания. Змея таких внушительных размеров, что лучше с ней не связываться. Но в кармане у него договор, где сказано, что он обязался поймать ни много, ни мало пятьсот гадюк. А в мешке пусто. Куда уж тут бежать…

И вот я крадусь к змее. Она забеспокоилась, подняла голову. Потом злобно зашипела и стремительно бросилась к норе.

Тут уж приходится переходить к насилию. Прыжок! Гадюка прижата крючком. Она мгновенно изворачивается и кусает крючок, сапог, все, что может достать, оставляя капельки смертоносного яда!

Щелк! Я зажал пасть пинцетом и взял змею в руки. Она яростно бьет хвостом, обвивает кисть! А страшные ядовитые зубы всего в сантиметре от пальцев.

Наконец змея в мешке! Первая змея, пойманная самостоятельно! Я вытер со лба прохладный пот. Убедился, что в луже, куда забрел, уже не идет от ног мелкая рябь. Гордо поднял голову, расправил плечи и эдаким орлиным взором окинул болото.

«Ух, проклятые! Испугались! Попрятались! Ничего, я еще до вас доберусь!..»

вернуться

4

Сай — ущелье.