Рамир опустился передо мной на одно колено.

—Отныне и вовек клянусь пламенем своей жизни, что до последнего вдоха своего я буду защищать потомков Эдара, я буду защищать тебя… — ритуальная клятва Дракона отдавалась невероятным эхом в темных сводах, словно сама сила этого мира подхватывала каждое слово. —Именем Дракона клянусь в преданности и верности. И клятва эта нерушима, пока само мое пламя не угаснет.

Огонь заполыхал в его глазах так, словно в них отразилось первозданное пламя вечности, давшего начало всему сущему. Крепко подхватив меня, Рамир взмыл в воздух, и лава под нами едва не успела напоследок лизнуть наши ноги.

По-прежнему со всех сторон на нас неслись сотканные из тьмы твари, но сгорали не долетая. Сгорали в огненных крыльях… Клянусь я и вправду будто бы видела эти крылья… И где-то в глубине души какая-то еще детская часть меня оттаивала, повторяя, что все, как и должно, что настоящая Принцесса обрела своего Дракона… И что мой Дракон, ненавидящий и эдариенов, и саму эту клятву, все равно принес ее здесь и сейчас… И не из-за угрозы неминуемой смерти… А просто ради своей Принцессы…

Сильнейшим потоком магии скалу над нами пробило. Мы вырвались в ночное небо прямо над вулканом, и поднимающаяся внизу лава походила на яростный глаз неведомого монстра.

— Крылья… — выдохнула я, все еще не веря в происходящее. — Рамир, у тебя сотканные из магии огненные крылья… Как у Дракона…

— Скажи спасибо, что у меня не появилась чешуя как у Дракона или, к примеру хвост.

Нет, он даже в такой ситуации умудряется иронизировать!

Ну а я уже не сдержалась. Слабая беззащитная принцесса во мне победила. И я просто разрыдалась в объятиях своего спасителя.

Это уже после я узнала, что пока Рамир искал меня, Вернон организовал спасение жителей города. И что от пробудившегося вулкана никто не пострадал. Маги успели создать барьеры, оградившие строения от потоков лавы. Какие маги, спросите вы? Да те самые, хваленные, в подчинении у Нейритана. Того самого принца Нейритана, которого моя деятельная сестра притащила сюда с целой армией!

Вот так-то.

В итоге я только всего и сделала, что толкнула старичка. А с последствиями пришлось разбираться тут всем миром…

Но все это было после. А сейчас вокруг царило ночное небо, и яркий свет Эдара озарял нас, делая огненные крылья Рамира почти невидимыми.

— Ты все-таки принес эту клятву… — почему-то в такой момент казалось кощунством говорить в полный голос, вышло лишь шепотом. — Ты спас нас…

— Я дал клятву не ради спасения, Сати, ты же понимаешь.

И я понимала. И вправду понимала!

— Но теперь уже без вариантов, — с хитрой улыбкой смотрел на меня Рамир, крепко держа в объятиях. — Ты как-то во сне бормотала, что каждой принцессе положен Дракон. Но я вот считаю, что тут взаимно. Каждому Дракону в награду положена своя собственная принцесса.

— Даже если она совсем уж неправильная?..

— Особенно, если неправильная, Сати…

И тут же на всех правах самой неправильной на свете принцессы я счастливо рассмеялась и поцеловала своего спасителя первой.

Эпилог

Нормальные герои после победы над злодеем обычно живут долго и счастливо.

Но то ли сказалось, что от злодея избавились абсурдно легко и просто. То ли мы изначально к нормальным уж никак не относились. В общем, все пошло не так. Ага, традиционно.

Начать хотя бы с того, что нам с Рамиром крепко досталось. Пакостные крылатые твари зацепили и его, и меня. Просто в тот момент среди царящего светопреставления было не до них. В итоге, спасибо Ламине, до магического целителя мы дожили. И, спасибо Нэйритану с его коллекцией разных камней-порталов, этого магического целителя мы нашли в окрестностях амадорской столицы, до которой, собственно, и телепортировались.

Ни я, ни Ламина не горели желанием возвращаться в королевский дворец. Да даже близко приближаться к нему! К счастью, неподалеку имелась вполне себе роскошная летняя резиденция, мало чем уступающая по размаху столичному обиталищу. Тут мы и разместились. И сюда же был срочно вызван магический целитель.

Старенький и весьма милый старичок (хотя с некоторых пор я к старичкам отношусь с предубеждением) ужаснулся, но помог. Прописав в итоге нерушимый постельный режим. Ну а то, чтобы этот постельный режим провести вместе, уже была наша с Рамиром идея…

На второй день после победы над Лезаром поздно вечером наша дружная четверка заседала в небольшой гостиной. Горел камин, ведь несмотря на теплую ночь за окном, в каменных стенах было зябко. Несколько свечей добавляли уюта в сумрачной комнате. Но все равно слова сидящего рядом со мной на диване Рамира прозвучали весьма зловеще:

— Нас будут преследовать.

— Кто? — Ламина даже чуть в кресле привстала.

Сидящий прямо на пушистом ковре у ее кресла Вернон, в весьма расслабленной позе беззаботного человека, выдал ни разу не беззаботное:

— Ну-у…примерно…все, — и при этом так ей виновато улыбнулся, будто считал исключительно собственным промахом существование этих «всех».

Я перевела вопросительный взгляд на Рамира.

— Дело даже не в тех порождениях тьмы, которых по-прежнему манит ваша магия. Многим мы теперь поперек горла, Сати, — мой Дракон говорил с привычной невозмутимостью.

— Но Нейритану мы точно не поперек горла! — мигом вмешалась Ламина. — Хотя прощаясь с нами, он был немного грустненький…

«Немного грустненький» он был оттого, что с ним о чем-то в сторонке поговорил Рамир. Вероятнее всего, речь шла обо мне, ведь принц все бросал быстрые взгляды в мою сторону. Боюсь, Рамир весьма красноречиво Нейритану перечислил, на сколько ненужных запчастей он принца разберет, так что бедняге только и оставалось, что забыть обо всех своих поползновениях. Так и представляю, как в мыслях он сетовал, мол, и помогай после этого людям, только и добился, что торговых пошлин…

— Начнем с того, что орден не оставит нас в покое, — продолжал Рамир хмуро. — Они уничтожают все, что так или иначе связано с эдариенами. Фанатично и бескомпромиссно. Что я, что Толмач связаны магическими клятвами, данными еще в детстве, потому нам необходимо держаться подальше от бывших собратьев.

— А еще есть король Пасир! — подхватил эстафету плохих новостей Вернон. — Последний из троицы заговорщиков, желавших переделать мир. Но тут дело даже не в его властолюбивых планах. Он точно не простит смерть единственного сына и наследника. Хотя наверняка даже он сам прекрасно понимает, каким ничтожным отбросом был Геон.

О смерти Геона я и так уже знала. Погиб он в Дагрене. И даже не от рук Рамира. В том столкновении, когда противоборствующие силы сошлись по мою душу, амадорского принца убили. Но, естественно, Пасир винил во всем нас. И даже сейчас, оставаясь на территории Амадора, мы сильно рисковали. Наемные убийцы, отравители или еще кто — на свете много способов тайно отомстить.

— К тому же у Лезара, как выяснилось, были сообщники, — добавил Рамир. — Преданные ему и верящие в исключительность и избранность своего предводителя. И пусть сосуд с магией Афнера погиб в вулкане, но ваша с Ламиной сила все же цела. Так что охота не прекратится.

— И снова мы вчетвером против всего мира, да? — даже если Ламина и старалась придать трагизма голосу, но глаза у нее с предвкушением блестели.

— Это уже традиция, — с улыбкой смотрел на нее Вернон.

Мы с Рамиром переглянулись. Несмотря на все сказанное мне ничуточку не было страшно. И не потому, что уютный полумрак небольшой, озаренной светом от огня в камине, гостиной расслаблял и умиротворял. И даже не потому, что меня пока еще до конца не отпустила слабость после ранения тварями, из-за чего я могла вяло все воспринимать. Нет. Я не боялась просто потому, что рядом со мной сидел самый замечательный на свете мужчина. Самый отважный и надежный. Он крепко держал меня за руку, и это простое прикосновение было для меня куда большей гарантией, чем любые магические клятвы.