– Ах! – застонала она.

Закрыв глаза, тихо зарычал.

Продев руку под колено, положил ладонь ей на бедро, притянул максимально близко к себе.

– Мэдок. – Ее шепот прозвучал так похотливо. Фэллон полностью отдалась моменту, отчаянно желая все больше и больше. Запустив руку под джинсы, она схватила меня за задницу. Я поморщился, когда ее ногти впились в кожу. Мне это понравилось.

– Да, вот так, – выдохнул, быстро двигаясь в ней. – Дотронься до меня, Фэллон.

Сжав пальцами мою плоть, Фэллон затем провела ладонью вверх по спине, до затылка, и притянула мою голову, чтобы наши губы встретились. Она была неистова. Ее язык скользнул по моей шее. Потом Фэллон прикусила мочку моего уха. И в итоге глубоко поцеловала меня.

– Быстрее, Мэдок, – прошептала она мне на ухо. – Кончи жестко.

Отстранившись назад, продолжал поддерживать себя одной рукой, а второй сжал ее грудь. Фэллон обхватывала мои бреда все сильнее с каждым толчком. 

Ее волосы рассыпались по холодной траве. Я завороженно наблюдал, как ее тело приподнималось вверх и опускалось каждый раз, когда я входил в нее.

Она поглотила меня. Хоть и знал, что выживу без Фэллон, просто не хотел этого. Я хотел видеть ее в своей кровати, за обеденным столом, у себя на коленях, ходить с ней под руку везде и всюду каждый чертов день отныне.

Фэллон – моя девочка. Я наконец-то понял, почему Джаред так нуждался в Тэйт. Почему он причинял ей боль, когда думал, что не мог ее любить.

Он просто хотел ее.

Фэллон посмотрела на меня, прикусив нижнюю губу. Ее взгляд стал напряженным. Ощутив, как ее мышцы сжались вокруг моего члена, понял, что она вот-вот кончит.

– Останься со мной, – потребовал я, не сводя с нее глаз. 

Она приглушенно постанывала от каждого толчка. Смотрела на меня с мольбой в изумрудных глазах. Я сжал челюсти.

Наконец, Фэллон зажмурилась, вскрикнув, и я тоже последовал за ней. Ее мышцы начали сокращаться вокруг меня. Резко войдя в нее еще пару раз, кончил и рухнул вниз.

Я лежал, уткнувшись лбом Фэллон в плечо. В парке было тихо, если не считать наших неровных вздохов.

Черт.

Я даже не хотел оглядываться, чтобы посмотреть, не застукал ли нас кто. Она кричала довольно громко. Мой пульс участился, и я почувствовал, как разгорячилась моя кожа.

Фэллон повернула голову ко мне. Я приподнялся; наши рты разделяли считанные сантиметры. Она разомкнула губы, глядя на меня умоляюще, с болью и наслаждением во взгляде.

Приняв приглашение, поцеловал ее, обхватил голову руками, полностью накрыв Фэллон своим телом.

Ее губы изо всех сил прижались к моим, она углубила поцелуй.

– Мэдок. – Фэллон вздрогнула, не отрываясь от моего рта. – Я…

– Шшш, – перебил я, вновь ее целуя.

Остались вещи, которые нам предстояло обсудить. Но не сегодня.

***

Этой ночью я спал на диване в доме моего отца, потому что решил не давить на Фэллон раньше времени. Нашей полуночной возни в парке было вполне достаточно, чтобы ее спугнуть. Меня раздражала необходимость осторожничать с ней.

Я никогда так не заботился о других девушках и не мог понять, в ком дело – во мне или в Фэллон. Мы с ней сошлись, будучи слишком юными. Может, она уничтожила меня для остальных женщин. Я не знал. И был не в настроении раздумывать, любил я ее или нет.

В конечном счете, пришел к выводу, что пока просто не закончил с ней.

Поэтому отступил, не стал настаивать на том, чтобы мы разделили постель, решил предоставить ей возможность отдохнуть. 

Тэйт с Джаредом уже были дома, когда мы с Фэллон вернулись. Я их не видел, но судя по тихим звукам, доносившимся из их комнаты, мог с точностью сказать, что они не спали.

Прежде, чем пожелать Фэллон спокойной ночи, неспешно ее поцеловал.

Следующим утром меня разбудил Джаред.

– Эй, мы скоро собираемся выезжать, – предупредил он.

Я потер глаза ладонями.

– Все проснулись? – спросил, сев.

Он бросил две спортивные сумки возле двери в фойе.

– Да, только Фэллон уже уехала.

Опустив ноги с дивана на пол, уперся локтями в колени.

– Что? – выпалил я, явно намекая взглядом, что будет лучше, если это окажется ложью.

– Похоже, она разбудила Джекса рано утром, чтобы отремонтировать машину. – Джаред многозначительно посмотрел на меня. – Разумеется, на ремонт не потребовалось много времени, ведь ему пришлось лишь подсоединить обратно дроссельную заслонку. Фэллон уже час в дороге. – Он замолчал и уставился на меня в ожидании ответа, жуя жвачку.

– Невероятно, мать твою! – заорал я. Подхватив вазу с кофейного столика, запустил ее через комнату. В результате она разбилась о противоположную стену.

Откинувшись назад на спинку коричневого кожаного дивана, раздраженно провел ладонями по лицу.

Какого хрена?

– Что случилось? – спросил вышедший из-за угла Джекс.

Запрокинув голову, закрыл глаза и сплел руки на макушке.

– Ничего, – ответил Джаред. – Я сам разберусь.

Я не слышал, как ушел Джекс, но, когда опустил руки и отрыл глаза, его уже не было. Джаред обогнул кофейный столик и сел в кресло.

– Она останется в Шелбурн-Фоллз до конца выходных. Ее мама прислала ей сообщение, сказала, что им надо встретиться, или типа того, – сообщил он.

От злости голову заволокло туманом, мешавшим думать.

Джаред сунул руку в карман толстовки, похоже, пытаясь выудить один из своих ключей.

– Мы уезжаем сейчас, – сказал он, продолжая поиски. – Навестим родителей. И у Тэйт сегодня вечером гонка. Ты тоже должен приехать.

Я покачал головой, не глядя на него.

Он совсем спятил?

Джаред протянул мне ключ.

– От дома Тэйт, – пояснил он. – Фэллон ночует там. Мистер Брандт вечером отправляется в командировку. Я буду держать Тэйт в нашей комнате у тебя дома. А ты разрули эту ситуацию.

Я снова покачал головой.

– Ни за что. С меня хватит.

Черт, Фэллон вообще хоть что-нибудь ради меня делала? Это стало последней каплей. Если она не могла открыться и вести себя нормально, значит, она того не стоила.

Поднявшись, Джаред швырнул ключ мне в грудь.

– Приезжай, – распорядился он. – Разберись с этим дерьмом. Я хочу, чтобы мой друг вернулся.

– Нет, – повторил я. – Я не буду вновь за ней гоняться.

– Я рассказал всей школе про своего плюшевого медведя, чтобы вернуть Тэйт. – Джаред посмотрел на меня хмуро. – Гонись. Упорней.

Но я не мог.

Фэллон знала, что я ее хотел. Должна знать, что небезразлична мне. Однако я ей не доверял. Она играла со мной, и я понятия не имел, почему.

Когда Фэллон будет готова поговорить, она меня найдет.

21

Фэллон

– Папочка? – Смотрю вверх. Я только что проснулась на больничной койке. Папа стоит надо мной в кремовом вязаном свитере и коричневой кожаной куртке. От него пахнет кофе и одеколоном Ralph Lauren.

Он окидывает мое тело взглядом, полным боли и измождения.

– Посмотри, что ты с собой сделала.

Мое лицо искажается, глаза заполняются слезами.

– Папочка, прости. – Гортань сковывает от подступающих рыданий. Я смотрю на папу в надежде, что он меня обнимет.

Он мне нужен. Кроме него у меня никого не осталось.

Пустота. Одиночество. Я совершенно одна. У меня нет никого. Мамы нет. Она даже не звонит. Ребенка нет. Инстинктивно кладу руки на живот, но чувствую лишь тупую пульсацию вместо любви.

В глазах жжет; я отворачиваюсь, начинаю плакать в тишине темной палаты.

Это не моя жизнь. Не так должно быть. Я не должна была полюбить Мэдока. Не должна была сломаться.

После аборта меня словно в болото засосало; я не могла ходить. Не могла есть. Боль в груди только усиливалась. Я чувствовала постоянную усталость из-за беспокойства и горя. Где он? Пытался ли он связаться со мной? Думал ли обо мне?

Я не осознавала, как сильно люблю Мэдока, пока нас не разлучили.