На кухне я оказалась не одна. К моему удивлению, за столом для завтрака сидели четыре женщины, пили кофе и смеялись над какой-то шуткой. Все в коротких юбках, на высоких каблуках и в откровенных топах. Когда я вошла и направилась к холодильнику, они уставились на меня.

— Ты новенькая? — неприветливо спросила одна.

— Глянь на её волосы, — прошептала другая. — Такой рыжий натуральным не бывает.

Стервы.

— Ещё как бывает, — возразила я, доставая из холодильника молоко и ставя его на стол. Сверхъестественно рыжий для меня тоже натуральный. — А вам какое дело? — Я открыла шкафчик, пытаясь сообразить, где здесь держат печенье.

Высокая, худая девушка с бледной кожей и пышной копной тёмных кудрей — самая красивая из них и, на мой взгляд, главная — презрительно скривилась.

— Делила не говорила, что у нас будут новенькие.

— Может, я нравлюсь Делиле больше, чем вы. — Хотя вряд ли. Мы с ней ладили примерно как два бешеных вомбата. — А вы кто такие? Поклонницы вуду?

Девушки только злобно посмотрели на меня. Вздохнув, я продолжила поиски еды. В шкафчике нашлась исключительно полезная пища: пшеничные макароны, диетический попкорн, запечённые соевые чипсы, рисовые хлебцы. Фу. Можно подумать, суккубу нужна диета. Я схватила хлебцы с шоколадным вкусом и разорвала упаковку. М-м-м, гадость какая. Пришлось запить двумя большими глотками молока.

Я как раз сделала очередной глоток, когда главная снова окинула меня взглядом и недовольно уставилась на мою грудь.

— На всех сегодня клиентов не хватит.

Молоко брызнуло у меня изо рта. Прокашлявшись, я вытерла мокрый подбородок.

— Что?

Она вздёрнула подбородок.

— Ты слышала.

От ответа меня спасла открывшаяся дверь кухни. Впорхнула Делила, вытирая уголки рта. Её глаза выцвели до серебристого, а следом за ней шёл красавец-дворецкий со светлыми волосами и криво застёгнутой рубашкой. Увидев женщин, он опустил голову и проскользнул мимо Делилы, заливаясь румянцем.

Когда он проходил, она шлёпнула его по заднице и улыбнулась девушкам.

— Привет, девочки.

Странно. Слишком уж юной выглядела Делила, чтобы обращаться с мужчинами как с куском мяса. Хотя глаза у неё казались древними, как мир.

Главная кивнула в мою сторону.

— А это что за новая шлюха?

— Шлюха?! — возмущённо выпалила я.

Делила расплылась в лучезарной, довольной улыбке.

— Она из наших, так что не волнуйтесь. Есть предварительные записи на сегодня?

Пока я жевала отвратительные хлебцы, девушки обсуждали клиентов, уже забронировавших время на этот вечер. Значит, Делила не только жрица вуду, но и хозяйка борделя. Совсем забыла. Что ж, за столько лет у неё появились кое-какие увлечения.

В заднюю дверь постучали, и вошла ещё одна девушка с растерянным лицом. Она держалась за шею.

— Опаздываешь, Люси, — резко сказала Делила. — Ещё раз опоздаешь — вычту заработок за целую ночь.

Ничего себе, строгая начальница. Бедная Люси выглядела совсем потерянной.

— Простите, мисс Ди, — проговорила она, едва не плача. — Я шла к дому, а тут какая-то женщина меня задержала.

— Опять одна из этих с листовками? — нахмурилась Делила. — Вызвать полицию?

Ого, Делила прямо деловая женщина. Я с интересом запихнула в рот ещё хлебец. Лучше телевизора.

Люси снова коснулась шеи.

— Нет, какая-то ненормальная. Глаза красные.

Горло у меня мгновенно пересохло, и хлебец застрял поперёк. Пока я кашляла, пытаясь вдохнуть, Делила покачала головой.

— О чём ты говоришь?

— О девушке с красными глазами, — растерянно пояснила Люси. Снова дотронулась до шеи — ее пальцы оказались в крови. — Она меня укусила.

Я протиснулась мимо Люси и выскочила за дверь. Во дворе Делилы царила тишина, кусты олеандра и магнолии заслоняли улицу. Я сбежала по ступенькам на узкую дорожку через газон, оглядываясь по сторонам.

— Отстаньте от меня, женщина! — закричал на улице мужчина, и я рванула на голос.

Там стояла Реми. С ярко-красными глазами она обхватила туриста в рубашке поло. Лысеющий мужчина вырывался, явно напуганный её взглядом. Вокруг замедляли шаг прохожие, глазея на них.

Я подбежала и схватила Реми за руку, пытаясь отцепить её от туриста.

— Извините, — сказала я, дёргая подругу. — У неё неудачный кислотный трип.

— Скажите ей, чтобы отстала! — взвизгнул мужчина, отталкивая Реми ладонями в лицо. Из её горла вырвался совсем нечеловеческий смех.

— Иоахим, — сказала я ей на ухо, пытаясь отвлечь духа, который ею завладел. — Прекрати! Устроишь скандал — тебя запрут. И тогда ты вообще никого не сможешь кусать.

Реми разжала руки и отпустила мужчину. Он отлетел назад, а мы с ней рухнули на проезжую часть. Загудел автомобиль.

Я вскочила и подняла на ноги Реми-Иоахима. Она улыбнулась мне, жутко сверкая красными глазами, и попыталась притянуть для поцелуя. Я отбила её руки.

— Ты что делаешь?

— Надо питаться, — прохрипел из её горла низкий голос. — Кровь. Секс. Надо. — Она снова потянулась ко мне.

Та-а-ак. Люди останавливались прямо на улице и таращились. Я схватила Реми за руку.

— Кровь. Секс. Конечно. Пойдём в дом и устроим безумный секс. Дам тебе искусать меня вдоль и поперёк. Договорились?

Реми вцепилась в мою руку и потащила к дому Делилы. Хватка у неё оказалась куда крепче, чем должна была: пальцы больно впивались в кожу, пока она волокла меня через задний двор.

Когда мы вошли через парадную дверь, девушки выглянули из кухни и стали наблюдать, как красноглазая Реми тащит меня наверх.

Я вцепилась в перила, пытаясь остановиться.

— Может, кто-нибудь поможет?

Реми дёрнула так, что, казалось, рука сейчас оторвётся. Интересно, смогла бы я отрастить новую? Проверять не хотелось.

Делила шагнула к нам, недоумённо нахмурив юное лицо.

— Что с Реми?

Очередной яростный рывок одержимой подруги едва не опрокинул меня навзничь. Я обхватила стойку перил рукой и сцепила ладони в замок. Если так пойдёт дальше, она сломает мне руку.

— Долго рассказывать, — пропыхтела я, когда Реми снова дёрнула и зарычала. Её пальцы вцепились мне в волосы. — В неё вселился дух.

Девушки отступили. Делила развернулась и убежала на кухню.

Они бросают меня здесь с Реми? Одну? Пальцы соскользнули с перил, и я повалилась на спину. Реми одобрительно хрюкнула и потащила меня вверх за волосы.

— Эй! — крикнула я трусихам, прятавшимся на кухне. — Помогите!

Реми с грохотом ворвалась в коридор второго этажа, волоча меня следом; я беспомощно брыкалась. Свободной рукой она схватила меня за блузку и затащила в мою спальню, первую по коридору.

Надо мной нависло её лицо: красные глаза и жуткая улыбка.

— Кровь и секс. Сейчас.

Я отпрянула, втянув голову в плечи, чтобы защитить шею от её зубов. Они не были длинными, как у вампира, но какая разница. Отсутствие клыков с лихвой компенсировалось полным безумием, а мне совсем не хотелось, чтобы меня растерзали. Или заниматься сексом с лучшей подругой. Фу. Когда она склонилась ближе, я зажмурилась и упёрлась ладонью ей в лицо, пытаясь оттолкнуть.

Тихо зашипело что-то горящее, запахло дымом, и Реми взревела мне прямо в лицо. Я распахнула глаза. Над нами стояла Делила с большим серебряным крестом в одной руке и стеклянной банкой чего-то белого — в другой.

Она снова прижала крест к плечу Реми, и от ее кожи пошёл дым. Из горла подруги вырвался нечеловеческий вопль.

— Назад, — спокойно сказала Делила.

Реми отпрянула, шипя и пуская слюни. Оскалила несуществующие клыки и низко зарычала.

— Назад, — повторила Делила настойчивее, выставив перед собой крест.

Я поняла, что она обращается ко мне, и на четвереньках отползла по деревянному полу ей за спину, пока она теснила Реми. Шипение и рычание не прекращались. Добравшись до двери, я встала и уставилась на них.

Делила загнала Реми в угол комнаты. Та замерла в дверях гардеробной и с шипением пятилась от креста.