Я строго взглянула на него.

– Брачной ночи у нас не предвидится, ваша светлость. Я устала.

– Неужели?

– И у меня болит голова!

Кейран покачал головой без улыбки.

– Да что вы говорите!

– У меня был тяжёлый день! – подчеркнула я. Такое ощущение, что все мои доводы отскакивали от него, как от стенки.

– Бывает.

Мы застыли, глядя друг на друга. И – неожиданно для меня – одновременно улыбнулись.

– Чудесный торт, – тихо сказала я.

– Рад, что смог угадать ваши вкусы.

Мы замолкли. Кажется, дистанция между нами сократилась ещё на пару локтей, но я не обратила внимания.

– А ведь прежний вы не стали бы со мной церемониться, – проронила я. – Прижали бы меня к стене, задрали бы платье и…

– Хм. – Кейран откинул назад волосы мокрой рукой. – Вы серьёзно так думаете?

– Слухи о плетях на пустом месте не рождаются! – парировала я. – К тому же сразу после свадьбы вы были весьма… настойчивым новобрачным.

– А вы оказались весьма голосистой невестой.

Я поперхнулась. Это он нашу брачную ночь вспоминает, с моими притворными ахами и стонами?

– Могли бы не смущать невинную девушку, – пробормотала я.

– Хотите сказать, будь вы не невинной девушкой, мы бы наслаждались этим разговором куда сильнее? – Кейран пробежал пальцами другой руки по бортику, и в этом жесте было нечто очень чувственное. Я представила его пальцы у себя на спине и сглотнула. – Это можно устроить.

Может, ему мало обратного эликсира налили, а? Ведь ничего не стесняется, герцог этакий!

– Я подумаю, – обтекаемо проронила я.

– Подумайте. Кстати, вам, должно быть, ужасно неудобно в этом мокром платье.

Тут он был прав. Я опустила взгляд в тёплую воду. Промокший подол лип к ногам, и действительно было бы здорово избавиться от верхнего наряда. Минус был в том, что и промокшее бельё будет почти прозрачным, а значит…

Я покосилась на Кейрана.

– Если вы готовы меня слушаться и исполнять мои желания, – произнесла я с суровыми нотками в голосе, – значит, вы наверняка не будете подглядывать. Верно? Будь на моём месте королева Валери, вы бы точно не ослушались её приказа.

– По другой причине, – покачал головой Кейран. – Обнажённые формы королевы меня не интересуют. Её величество не вполне соответствует моему чувству прекрасного.

Я поперхнулась.

– А я, значит, соответствую?

Медленная улыбка проявилась на лице Кейрана.

– Хотите, чтобы я сказал это вслух?

«Мне хочется, чтобы вы сняли сорочку, Тиса. Для меня».

Я почувствовала, что чудовищно краснею. Ну уж нет! В краснеющую девственницу я превращаться не буду! Дайте хоть вечер побыть властной герцогиней, когда ещё такое счастье выпадет?

– Тогда я воспользуюсь своим правом вашей жены и повелительницы, – с достоинством произнесла я, – и сниму… гхм, платье. И не только платье. А вы совсем, совершенно, абсолютно, точно и наверняка… – Я сделала глубокий вдох. – Не. Будете. Подглядывать. Вы согласны на эти условия, лорд Кейран?

Лорд Кейран даже не моргнул.

– Совершено, леди Тиса. Абсолютно, точно и наверняка.

Ни малейшей иронии в его тоне. Но если бы я не знала, что он по уши вляпался в обратный эликсир, я бы готова была поклясться, что слышу в этом голосе сдержанный смех.

Ладно. Главное, у меня есть его слово не подглядывать.

Я выпрямилась в воде и, сделав глубокий вдох, быстро стянула платье через голову, оставшись в мокром белье, противно облепившем тело.

И, бросив быстрый взгляд на отвернувшегося Кейрана (ох, что я делаю!), стянула с себя и всё остальное.

– Вот теперь вы точно не имеете права подглядывать, – проронила я. – Иначе моё доверие к вам сильно уменьшится, а без доверия не бывает…

– Брачной ночи?

– Ну… – Я замялась. – Пожалуй, и её тоже.

Кейран запрокинул голову, устроившись затылком на бортике. Смотрел он на алые искры в струйках. Часть свечей уже погасла, и только дюжина огоньков мерцала в гроте вместо сорока. Приятный уютный полумрак. Почти… супружеский.

Вот только мы были очень необычными супругами.

– А ведь я совсем вас не знаю, – произнесла я неожиданно для себя. – Если бы вы оставались прежним собой: резким, властным, решающим всё для себя, не подпускающим меня близко, – вряд ли я смогла бы вас узнать. Может, я и была бы вашей союзницей, но подчинённой союзницей. «Подай графа, принеси герцога, сбрось вон ту баронессу с пьедестала тщеславия».

Кейран хмыкнул.

– А такие бывают?

– Ещё бы! – Я невольно поёжилась. – Когда я оказалась в покоях королевы, меня здорово облили презрением и всем остальным. Было ужасно трудно встать и сказать, что я о них обо всех думаю.

– Но вы это сделали, – голос Кейрана прозвучал очень серьёзно. – Я горжусь вами.

Правда? Теперь мои щёки порозовели. На миг я даже забыла, что одета лишь в прозрачную тёплую воду.

– А я вами, наверное, – нерешительно сказала я. – Вы очень здорово держитесь, ваша светлость. По крайней мере, со мной. И… – я кашлянула, – не боитесь.

– Возможно, я к вам привык, – последовал невозмутимый ответ. – А может быть, очень сложно бояться красивой обнажённой женщины, которая не опасается раздеться догола при мне.

Ощущение обнажённости тут же вернулось с новой силой. Я чуть не закрыла себя руками… но не стала. Мне почему-то было уютно с этим новым Кейраном.

– Перед свадьбой вы говорили, что только вы можете обеспечить мне безопасность, – произнесла я. – Что никто не может защитить меня против убийц-сиенцев, только вы.

– И моя охрана, – легко поправил Кейран. – Та, что охраняет этот грот прямо сейчас, между прочим.

– И спасибо вам за неё. Но наши роли всё равно поменялись, правда? Теперь, кажется, я защищаю вас от королевы и ваших врагов при дворе.

– Прекрасно защищаете, – кивнул Кейран, всё ещё глядя на потолок грота. – Сегодня у вас это особенно хорошо получилось. Из-за занавески, как я помню.

Ещё и издевается! Я ему жизнь спасаю по его же собственному плану, а он!..

Я уже открыла рот для возмущённой отповеди, но поймала на его лице улыбку и, не удержавшись, улыбнулась сама.

– Хорошенькая из нас вышла парочка, – произнесла я вслух.

– А вы сомневались?

Я хотела уже сказать, что ничуть не сомневаюсь и мы ещё натянем нос королеве по полной программе, как вдруг поняла, что мы смотрим друг на друга. То есть Кейран смотрит на меня. А на мне ничего, совсем ничего не надето.

– Ох, – выдохнула я. – Вы же обещали…

– Не подсматривать, – кивнул Кейран. – Я и не делаю этого. Я смотрю вам в глаза, Тиса, неужели вы не заметили?

Он действительно смотрел лишь мне в глаза. Не на обнажённую грудь и живот под водой и не на всё остальное. В мои глаза. В моё лицо.

И, кажется… нет, совершенно определённо – испытывал ко мне чувства. Не подчинение, как с королевой в казематах, и уж точно не страх. Нет, это было нечто другое. Тепло. Радость обладания, пусть и весьма призрачная. И просто наслаждение от моего общества.

Я улыбнулась и вдруг поняла, что чувствую то же самое.

– Здорово, – прошептала я.

Кейран не ответил. Но я знала, что он знает, о чём я думаю.

Ещё одна внезапная мысль вдруг пришла мне в голову.

– Ох! Погодите, я ведь совсем упустила из вида ваш план! Если вы хотите сделать меня королевой… ведь вы всё ещё хотите сделать меня королевой? Вы обещали, я помню!

Кейран поднял бровь.

– А вам этого по-прежнему хочется?

– Я не об том, хочется мне или нет! – Я с досадой махнула рукой. – Само собой, горячего желания я не испытываю! Я о вашем плане! Вы хотели свергнуть Эдарда и королеву, и убрать королеву почти получилось. Но что вы будете делать, если Эдард выздоровеет? И если Эдард всё-таки умрёт, что тогда? Вы ведь не оставите Гиллиана королём, вы знаете, насколько он неопытен и может прогнуться под Брайского! И что тогда? Будете свергать его тоже?

Кейран помолчал. Теперь он смотрел на дно бассейна.