— Хоть в этом барон разбирается, — пробормотал я, отправляя в рот очередной кусок.

При этом расслабляться я не спешил. Ел, пил, делал вид, что просто изучаю ассортимент, а сам наблюдал за остальными.

Большинство гостей были хмурыми, собранными и слишком задумчивыми. Сухой мужчина с тростью стоял у окна и почти не притрагивался к еде. Женщина в синем платье что-то быстро чертила пальцем по пустой тарелке, явно прикидывая схему. Бородатый владелец механической птицы разговаривал с другим участником вполголоса, но выражение лица у него было совсем не праздничное. Даже те, кто пытался шутить, делали это как-то натянуто.

Судя по всему, не один я сомневался в том, что фраза «церковь разрешила» действительно снимала все риски. Слишком уж удобно звучало: сегодня разрешила, завтра уточнила формулировки, послезавтра оказалось, что запуск был не в тех пределах, не той категории или с недостаточно благочестивым выражением лица, а дальше — здравствуй, палач, давно не виделись.

Я взял ещё один пирожок и мысленно вздохнул. Турнир начинался замечательно: задача невозможная, правила мутные, а я изображаю человека, которого, возможно, кто-нибудь всё-таки знал лично. Хорошо хоть кормили вкусно.

Утро началось с того, что турнир из красивой угрозы превратился в рабочую проблему. Правила принесли прямо в дом, аккуратно переписанные, с печатью барона и отдельной короткой припиской от церковного наблюдателя. Смысл сводился к тому, что каждому участнику выделялся собственный участок для работы. Изготавливать составные части можно было в предоставленном доме, на прилегающей территории или в назначенной мастерской. По запросу выдавались инструменты, материалы, доступ к литейной кузнице и даже персонал для помощи. Очень заботливо: примерно как вручить человеку лопату, показать яму и сказать: «Не волнуйтесь, мы официально разрешили вам копать себе могилу».

Двое инженеров, судя по всему, решили именно так: к обеду стало известно, что два соседних дома опустели. Их владельцы собрали вещи и покинули город, не дожидаясь начала первого этапа. Формально по личным причинам, по факту же потому что не все люди мечтают экспериментировать с големами под взглядом церкви, даже если рядом стоит барон и улыбается так, будто всё уже предусмотрел.

Я их понимал, но сам уходить не стал. Во-первых, мне всё ещё нужно было как-то легализовать Барсика. Просто вытащить чёрную пушистую катастрофу из леса и сказать: «Это мой домашний котик, он только выглядит как хищник, способный откусить руку вместе с плохим настроением», — казалось слабым планом. А турнир давал доступ к людям, связям и, возможно, разрешениям. Во-вторых, задание было слишком интересным. Это, конечно, звучало как диагноз, но я уже давно подозревал, что нормальный человек на моём месте просто сбежал бы. Я же вместо этого сидел над списком запрошенного оборудования и прикидывал, сколько шарнирных соединений понадобится для маленького боевого конструкта.

— Ты улыбаешься так, будто тебе только что разрешили разобрать замок барона. — заметила Кристина.

— Не весь замок, — поправил я. — пока только голема.

Кристина посмотрела на лежащие передо мной бумаги, потом на список материалов.

— Ты правда собираешься участвовать?

— Хочу попробовать. — кивнул я, — тем более, что конкуренции стало меньше.

— Это всё-таки запрещённая область, — тихо сказала Кристина. — Патрик может сколько угодно говорить, что всё согласовано. Этот церковник может стоять рядом и кивать, но если что-то пойдёт не так, если кто-нибудь пострадает и об этом узнают более высокие чины… он просто скажет, что не давал разрешения на подобное.

— Понимаю, — сказал я уже серьёзно. — Поэтому моя конструкция никому не навредит, по крайней мере при нынешнем размере.

— А если заставят делать больше?

— Вот тогда я уже не уверен, что справлюсь с управлением.

Кристина нахмурилась ещё сильнее, но немного подумав успокоилась и уже другим тоном заявила.

— Чем тебе помочь?

Вот за это я её и ценил: Кристина могла спорить, переживать, злиться, но если решение принято, она не стояла в стороне и не изображала бесполезную тревогу. Она включалась в работу, иногда даже слишком активно.

Как раз к полудню нам доставили первую часть запрошенного: металл в слитках и прутках, набор инструментов, кучу нужных приспособлений и предоставили доступ к общей кузнице на соседнем участке. Кроме того, пришли двое помощников.

Я посмотрел на них и решил, что помощников лучше использовать осторожно. Пусть таскают тяжёлое, подают заготовки и занимаются там, где не нужно понимать, что я делаю на самом деле. Потому что настоящие рабочие решения, особенно связанные с управляющими узлами, я собирался держать при себе. Да и Кристина рядом была надёжнее любых помощников.

— Это больше похоже на маленького злого человека. Задание же было про собаку? — спросила она, рассматривая мой первый набросок.

— Это ограничения по размеру, а не форме. К тому же собака на четырёх лапах потребует более сложной синхронизации движений. Человекоподобная схема проще для управления через интерфейс.

— Ты только что сказал, что собрать маленького человека проще чем собаку? — нахмурилась девушка.

— С точки зрения шарнирной кинематики — да. — я показал на чертёж. — Мне нужен небольшой конструкт. Вес деталей около пяти килограммов. Подвижный, устойчивый, с возможностью держать оружие. Не сильно большой, но достаточно крепкий, чтобы пережить удар.

— И победить чужих големов. — добавила Кристина.

— Желательно, но сначала — не убить зрителей, создателя и представителя церкви.

Работа началась с каркаса. Сначала я сделал формы для основных деталей: тазовый узел, грудную раму, плечевые блоки, бедренные и голенные сегменты. Отливать всё одной монолитной фигурой было бы глупо. Красиво, конечно, но неподвижно, мне же нужен был скелет, одетый в броню, а не статуэтка для каминной полки.

Кстати, местный нагреватель на пироне оказался куда удобнее обычной печи. Температуру можно было регулировать достаточно точно, если понимать, куда крутить. Интерфейс тут же начал подсвечивать зоны перегрева, предупреждать о плохом распределении потока и выдавать короткие замечания, будто всю жизнь мечтал стоять рядом с литейной формой и критиковать мои руки.

[Температурный режим нестабилен.]

— Сам вижу, — проворчал я.

Кристина, державшая щипцами небольшую форму, посмотрела на меня.

— Это ты мне?

— Нет, браслету.

— Уже ругаешься с украшениями?

— Это не украшение, а вредный консультант. — я хотел продолжить, но в этот момент металл засветился равномернее, и пришлось признать, что вредный консультант всё-таки был полезен.

Первые заготовки получились грубыми и их пришлось обтачивать, выравнивать, снимать лишнее, подгонять по размеру. На этом этапе Кристина помогала неожиданно уверенно. Она держала детали, подавала инструмент, отмечала мелкие перекосы и несколько раз спасала мои пальцы от встречи с горячим металлом.

— Осторожнее, — сказала она после третьего раза.

— Я контролирую процесс.

— Ты только что почти взял раскалённую деталь голой рукой.

— Почти — ключевое слово.

— Когда-нибудь я прибью тебя. — вздохнула девушка.

— Но ведь не сегодня?

— На сегодня у меня другие планы. — она сказала это совершенно спокойно, но уголки губ дрогнули.

Я на секунду отвлёкся, получил от интерфейса красное предупреждение о смещении заготовки и понял, что флирт во время точной обработки — это отдельный производственный риск.

К вечеру второго дня на столе уже лежали первые элементы будущего конструкта. Маленький металлический скелет пока больше напоминал недособранного солдатика из фильмв ужасов. Грудная рама, позвоночный стержень, таз, шарнирные гнёзда для ног и рук. Отдельно — пластины будущей брони, кистевые фиксаторы и крепления под оружие.

Оружие я решил делать простое: небольшой клинок на правую руку, сменный шип на левую и возможность закрепить короткое копьё. Никаких встроенных огнемётов, прыгающих пил и прочего счастья, которое могло бы привлечь слишком много внимания. Для первого этапа мне нужен был управляемый, быстрый и надёжный конструкт, а ещё блок питания, но об этом я старался пока не думать. Потому что сам корпус я мог собрать здесь, в доме. Проверить подвижность — тоже. Подогнать шарниры, отбалансировать, рассчитать центр тяжести. А вот полноценный запуск, по правилам, должен был происходить уже на арене, в отведённом месте и под наблюдением. Значит, непосредственно там придётся устанавливать питание и каким-то образом оживлять эту железную куклу.