— Девочка моя, — шепчу, поворачивая Эльнару лицом, откидывая волосы, что прилипли к щекам. Я чувствую, как горит её тело, словно моя девочка — горящий факел. Даже кожа стала смуглой.

— Эльнара, ты слышишь меня? — я тряхнул её, ещё раз, но прекрасные глаза сомкнуты, словно юная баронесса крепко спала и не желала просыпаться. Я осторожно поднял её на руки и зашагал к усадьбе, которая, как призрачный мираж, расплывалась впереди тонкой чёрной полосой. Дождь то с остервенением бил крупными каплями по лицу, то утихал. Высокую худощавую фигуру, шагающую навстречу, и жеребца, которого вёл под уздцы мужчина, увидел не сразу.

— Мрак накроет чёрную долину и небеса извергнут молнии! — громко выкрикнул граф, отпуская жеребца.

— Вы нашли время цитировать Великие тексты драконов. Она умрёт? — я держал её на руках и старался гладить руку. Словно касался пламени.

Кейн пожал плечами и обхватил седую голову руками.

— Почему ты не приставил к ней охрану, Дар? — спросил севшим голосом.

— Вы лучше меня знаете Эльнару. Упрямее неё я никого не встречал. Я не могу её потерять, Ильдар. Что делать? — я опустился на колени и уставился на графа.

— Ждать, милорд, — ответил обречённо граф Кейн. — Мы бессильны. Баронесса в любом случае умрёт этой ночью.

— Что ты мелешь? Есть противоядие?

— Ни одно из известных противоядий не поможет. Ни одно растение не пересилит мощь чезера, милорд.

Эльнара слабо застонала и открыла глаза. Испуг овладел мною. Даже в тусклом свете я увидел, что зрачки Эльнары стали чёрными.

— Дар… Как хорошо, что ты рядом… — почти беззвучно прошептала Эльнара. — Я люблю тебя. Возможно, это лучший конец для нас.

— Не смей так говорить, Эль.

— Я не чувствую своего тела, Дар… Только огонь. Если бы ты видел, что стало с Гепарди, — Эльнара горько усмехнулась. — Фредерик убил моих родителей и сам сгорел в пламени своей злобы.

— Ожидаемый конец для твоего дядюшки. Рано или поздно боги Драконьей горы его покарали, — бросаю взгляд на гору Чес.

— Я не стала тебе говорить, потому что не была уверена… Но теперь я чувствую его, — Эль спустила ладонь к животу. — У нас был бы малыш, милорд.

— Эль, я люблю тебя, девочка моя, — я склонился над её лицом.

Эльнара тяжело задышала, и её тело выгнулось дугой, руки и шея покрылись чёрной чешуёй.

— Чес раскроет пасть и примет в своё логово двойного, — Ильдар вскочил с сырой земли. — Вот что они имели в виду! А выпустит дракона! Так появились первые драконы… — граф Кейн прикрыл рот руками. — Вот что они имели в виду!

— О чём вы, Ильдар?

— Двойной… — снова повторил аптекарь. — Эльнара беременна, милорд. Возможно, это ключ к перерождению… — прошептал Ильдар.

По телу Эльнары пробежала огненная искра, и руки в одно мгновение растянулись в длинные крылья. Я отлетел в сторону и осторожно приподнялся в мокрой траве, которую колыхал ветер долины. В свете Юдании, которая вышла из-за тёмных облаков, чтобы полюбоваться рождением дракона, чего так долго не видела долина, расставив крылья в стороны, стояла драконица. Повернув голову ко мне, уставилась вертикальными голубыми зрачками. Молчание окутало долину, и в краткие мгновения все звуки природы застыли. Ветер приклонил голову, а деревья и травы заблестели слезами, что пролились с небес.

— Эль? — ошеломлённо произношу и делаю робкий шаг навстречу.

Высоко подняв голову, драконица издаёт громкий рык, который поплыл по склонам горы Чес и долины Сэлл.

Шаг, другой. Чёрной тенью в оглушительной тишине в небо взмыла драконица.

Поле в одно мгновенье стало размытым пятном перед глазами, и я устремил свой взор на плавные движения крыльев драконицы.

— Эль… Пьянящая… — пронеслось в голове.

— В пещеру зайдут двое, и миру явится дракон, — шёпотом произнёс Ильдар, провожая взглядом две чёрные фигуры, которые закружились в небе.

Сириус расплылся первыми лучами по долине и ворвался утренним светом в большое окно на втором этаже замка. Снег большими хлопьями падает и окутывает долину белым покрывалом. У окна мой любимый супруг наблюдает за любимой долиной, скрестив руки на груди.

— Проснулись? — Дариан повернулся ко мне лицом, и на губах расплылась улыбка.

Я смотрю в его красивые синие глаза и таю от чувств, которые заполняют душу, и мир вокруг перестает существовать. Только он… И наш маленький малыш.

Мне всегда хотелось взмыть вверх и почувствовать, как потоки воздуха окутывают твоё тело, а города становятся меньше напёрстка и пролетают вмиг. Я не просила, но судьба подарила испытание и щедрые дары.

Первое время я поднималась в небо каждую ночь, сейчас это становится всё труднее. Моё имя изменили, а моему появлению придумали легенду, и в храмах Аххама лорд-дракон обменялся клятвами с некой неизвестной драконицей из дальнего дракара Лэй у Хамийской пустоши.

Слышать все звуки мира разом оказалось трудным испытанием, и я долго привыкала к этой особенности драконов, стараясь из общей громкой мелодии выловить нужные ноты. Мощь распирает грудь, а звуки крыльев — самая приятная музыка для моих ушей.

Опускаю ноги на ковер с мягким ворсом и медленно подхожу к Дариану, который заворачивает меня в свои объятия. Перевожу взгляд на усадьбу на другой стороне долины Сэлл. Через несколько недель она заживет новой жизнью лекарского корпуса, и в стенах дома из серого камня, где когда-то легкой поступью шагала известная травница дракара Селиос, будут лечить людей. Думаю, мои родители одобрили бы это решение.

— Люблю тебя, — шепчет мне на ушко Дар.

— Люблю тебя, — повторяю за своим мужем.