Глава 52

ЛУННОЕ ЗАТМЕНИЕ

03.23. Остров Ольхон

Дрова и хворост для большого погребального костра заготовили с вечера. Связав более-менее ровные ветки с руку толщиной, сделали наверху кострища плоский помост, вроде аранга, на который Василий Шарменев аккуратно выложил все до последней кости Баташулууна Шагланова.

Ориентировались во времени по сотовым телефонам. Диск полной Луны периодически прятался за облаками, а потому наступление частных фаз лунного затмения определить было проблематично.

Ровно в 3 часа 23 минуты шаман сперва щелчком пальцев поджег костер (теперь его магия снова действовала), потом перерезал горло жертвенного белого барана из отары заарина, возопив на бурятском языке, что жертву эту он посвящает Эрлен-хану, владыке Царства Мертвых, и просит с подобающим почетом подготовиться к встрече с духом Баташулууна Шагланова, заарин-боо.

Никаких видимых последствий не произвели ни действия шамана, ни его слова. Огонь, потрескивая, пожирал дрова вместе с человеческими останками, а дыма почти не было, ничего сырого в костер не попало.

Ученик шамана хоть и хвалился, что пять суток может обходиться без сна, однако молодой организм требовал отдыха, и прилегший у костра Иван задремал-таки и увидел во сне (в бреду ли?) Джину Луневу в образе огромной Матери Хищной Птицы, раскинувшей крылья со стальным оперением над всем Срединном миром. Грандиозное, надо заметить, зрелище, но дерзкого ученика оно впечатлило не слишком.

— Вроде бы твой дядя Вася на дона Хуана не похож и галлюциногенным сладким перчиком меня на ужин не кормил, — усмехнулся юноша. — Чего тебе надобно, Птичка?

— Ты, оказывается, трепло вроде Стаса, придурок. — Птица покрутила стальным когтем у виска. — Некогда мне с тобой шутки шутить. Значит, так, ты немедленно садишься в машину и едешь на заброшенную ферму. Боюсь, пацанам одним не справиться.

— В какую машину? — уточнил Иван.

— Выбирай, какая тебе больше нравится, — позволила добрая Джина-Птица.

— Тогда я поеду на красной спортивной иномарке! — объявил нахальный ученик.

— Губа не дура…

— Спрашиваешь…

— Постой, ты, поди, по малолетству и водить не умеешь! — спохватилась Птица.

— Умею, — успокоил ее Иван, — Ну а встретить инспектора почти в четыре утра, да еще на богом забытом острове, вот оно, настоящее чудо!

— Удачи тебе, Ваня, — пожелала Птица уже с интонацией Джины, без инфернального выпендрежа.

— Спасибо, — поблагодарил Иван, мгновенно просыпаясь.

Он тут же рассказал остальным о своем видении и был отпущен с богом. Перечить всесильному мистическому существу — себе дороже.

— Лучше на УАЗе поезжай, — посоветовал шаман, — в иномарке, может, и ключей нет.

Разборчивый юноша отказался категорически от шедевра отечественного автопрома.

— Подумаешь, проблему нашли — ключи, — усмехнулся он, запуская двигатель, напрямую закоротив провода. На пассажирском сиденье Иван обнаружил маркер для игры в пейнтбол и расхохотался. — Абсолютное оружие!

Стас Кузнечихин с Артемом Беликовым, вооруженные точно такими же маркерами, еще с вечера расположились на пологой вершине той самой сопки, с которой несколькими часами ранее за заброшенной фермой наблюдали следователь с «аномальщиком».

За время наблюдения большая группа заложников вернулась на КамАЗе из ближайшего леса с полным кузовом дров, вываленных на вершине соседнего холма, где отец и сын Хандагуровы уже успели выкопать узкую яму глубиной не меньше двух метров.

Этим активные действия ограничились, и заложники, раздевшись до трусов, присоединились к возлежавшей на сухом сосновом стволе Нине Павловне. Вели они себя будто курортники на берегу теплого моря.

Охранников или надзирателей среди заложников парни не заметили. Если они и были, а их не могло не быть, по внешнему виду от заложников они не отличались. Никто никуда не бежал, соответственно, никто ни за кем не гнался. Парни наверняка знали лишь трех злодеев: двух полицейских, бурята и русского, плюс восьмилетнего мальчишку, что видом напоминал ангелочка без крылышек, но никто из них им на глаза не попался.

С наступлением сумерек «отдыхающие» вместе с незримыми надзирателями вошли в дом, сделалось тихо, и более на берегу Байкала вообще не ничего происходило.

Лишенные связи с остальными, парни лежали на холме уже больше девяти часов. Единственная рекомендация от Василия Шарменева, привезенная Артемом, присоединившимся к другу чуть позже, сводилась к тому, что их неприятности, если вообще они будут, начнутся в 3 часа 23 минуты, когда полутень Земли упадет на лунный диск, а возле белой юрты сожгут останки заарина. Часы на экране сотового показывали четыре пополуночи, однако ничего не происходило.

— Слушай, Артем, — обратился к другу Стас, — я все равно не понимаю, как Джина, будучи простой смертной, оказалась одновременно в нескольких местах. Это могут лишь шаманы на высшей ступени посвящения, да еще боги Верхнего мира. Уж не вознеслась ли Джина при жизни на Небеса?

— Шаман с «аномальщиком» пришли к выводу, что нет, не вознеслась, — ответил Артем. — Они считают, что ее способности временные. Они получила их только для того, чтобы сохранить в равновесии мироздание.

— Хорошо бы так, — кивнул Стас, — пусть она лучше остается простой девчонкой, как-то, знаешь, глупо и бесперспективно влюбляться в богиню, да и взаимность маловероятна.

— Не скажи, — Артем усмехнулся, — в мифологии древних греков олимпийские боги сплошь и рядом влюблялись в смертных и даже имели общих детей, например…

— Ладно-ладно, полубоги от Геракла до Тесея, слышали, знаем, — перебил друга Стас, — только вот мы с тобой в Сибири, вместо Олимпа у нас Байкал с Ольхоном, а боги здесь не олимпийские, а бурятские.

Он погладил лежащий перед ним на земле пистолет с длинным стволом, на обычный, стреляющий пулями, похожий не слишком.

— Расскажи-ка мне лучше, как эта хрень действует. Ты вроде занимался пейнтболом?

— Недолго, — ответил Артем, — у меня тогда машины не было по малолетству, а мотаться в Иркутск да обратно на маршрутках желание быстро пропало, но ликбез провести могу. Во-первых, эта «хрень» называется даже не «пистолет», а «маркер».

— Понятно почему, — догадался Стас. — «Убитых» в игре он метит цветной краской.

— Правильно, — кивнул Артем и продолжил: — Нам досталась неплохая модель «Planet Eclipse», электронно-пневматический, стреляет в любом режиме, как одиночными, так и очередями, калибр шарика шестьдесят восемь сотых дюйма.

— Кстати, — блеснул эрудицией Стас, — дословно слово «пейнтбол» переводится с английского как «шар с краской».

— А стоит эта твоя «хрень с краской» около штуки евро.

— Сколько-сколько? — с ужасом переспросил Стас.

— Сколько слышал, — усмехнулся Артем. — Есть, правда, модели и подешевле…

— Прости меня, неразумного, о сокровище! — с деланым подобострастием произнес Стас, осторожно коснувшись маркера одним только пальцем. — Никогда больше я не назову тебя «хренью», я стану называть тебя «драгоценной Хренью»! Так и только так, с заглавной буквы!!!

— Еще неизвестно, как шарик с краской подействует на боохолдоев, — выразил сомнение Артем.

— За такие бабки он их прямиком в ад отправит!

— Может, и в рай, — предположил Артем. — При жизни они могли быть достойными людьми, зловредными их сделал дух заарина.

— Мне безразлично куда, лишь бы их здесь не было, — сказал Стас, — а если серьезно, Джина сказала, что шарики подействуют не хуже каменной соли и осиновых стрел. Как же ей не поверить, небожительнице нашей?

— Ладно, хватит трепаться. — Прихватив с земли свое оружие, Артем приподнялся. — Пойду-ка я на разведку до фермы, посмотрю, что там делается.

— Зачем? Тихо же все, — возразил Стас.

— Это и настораживает. — Пригнувшись, Артем пошел к дому, оглянулся. — Если что, подай мне знак.

— Какой?

— Филином кричать умеешь?