Глаза Дэниела закрыты, но при скрипе двери его веки поднимаются. Он улыбается мне, отчего я тоже сияю улыбкой, способной посоревноваться со всеми улыбками, которые он мне подарил. В груди все сжимается, а на глаза наворачиваются слезы.

– Я в порядке, – хриплым голосом говорит Дэниел, когда я подхожу к кровати. – Не плачь.

– Не буду, – отвечаю я, хотя готова в любую секунду разреветься.

Пытаясь совладать с эмоциями, я сажусь возле кровати и кладу ладонь на руку Дэниела.

– Я так рада видеть тебя, – говорю я.

Его голова побрита наголо, а на месте раны виднеется небольшая повязка. Он лежит в футболке, похудевший и осунувшийся.

– Я тоже рад тебя видеть. – Он пожимает мою руку.

– Я собиралась написать тебе, но это показалось мне каким-то безличным. А отвечаешь ли ты на телефонные звонки, я не знала. Ужасно волновалась.

– Знаю. Но мне очень повезло.

– Сколько ты еще пробудешь здесь?

– Около трех недель. Затем меня ожидает ежедневная амбулаторная терапия. Многим вещам придется учиться заново, а левая часть тела пока очень слабая. Восстановление будет идти довольно медленно.

– Тебе очень больно?

– Немного. Иногда больше, иногда меньше.

– Мне так жаль второго офицера.

– Мне тоже, – кивает Дэниел.

– Кто о тебе заботится? – спрашиваю я.

Мне невыносима мысль, что он один.

– Родители приходят каждый день. Даже Дилан заехал.

– Ах, очень хорошо.

– И еще Джесси, – говорит он.

Я вспоминаю блондинку, которую заметила в коридоре. На вид она была похожа на меня.

– Она по-прежнему числится в моих контактах на экстренные случаи, так что ей позвонили, когда меня привезли. Джесси была первой, кого я увидел, придя в сознание.

– Это чудесно, – говорю я.

Крепко сжимаю ладонь Дэниела и больше не пытаюсь подавить слезы, которые льются по щекам. Может, Джесси так и не встретила никого после разрыва с Дэниелом. А может, ей этого и не хотелось. Может, время и впрямь лечит все раны.

– Она скоро вернется, – говорит Дэниел.

Лишь бы она осталась рядом с ним.

– Клер, я очень ценю, что ты пришла.

– Как же иначе? Я должна была убедиться, что с тобой все в порядке. – Наклоняюсь и целую Дэниела в лоб. Выглядит он уставшим. – Пожалуй, я пойду, чтобы ты смог отдохнуть.

Он напоследок пожимает мою руку и прощается.

– Береги себя, – говорю я.

После я еду домой, уверенная в том, что все идет как надо.

Нахожу Криса на кухне.

– Привет, – говорит он. – Ты вернулась. Я так и не спросил, куда ты едешь.

– Я навещала Дэниела в реабилитационном центре.

Крис не шевелится, его лицо ничего не выражает.

– Не знаю, сможешь ли ты понять, но мне нужно было убедиться, что с ним все в порядке. Чтобы он знал, как я переживала и думала о нем. Прошлое не вернется, но мне нужно было поставить точку.

– Он поправится?

– Да, – еле сдерживая слезы, говорю я. – У него все будет хорошо.

Крис не улыбается, однако кивает:

– Рад это слышать.

Подхожу к мужу и прячу лицо у него на груди. Он обнимает меня, крепко прижимает к себе и целует в щеку.

– Спасибо, – говорю я.

* * *

Просыпаюсь посреди ночи. Открываю глаза и прислушиваюсь, но вокруг ничего, кроме темноты и полнейшей тишины. Обожаю это время суток – незадолго до того, как на горизонте забрезжит рассвет, принося с собой солнце и новый день.

Рядом спит Крис, обняв меня одной рукой за талию. Слышу его мерное дыхание. Рука мужа, словно якорь, приковала меня к этой кровати, к нему самому и к нашей совместной жизни.

Переворачиваюсь со спины на бок, ближе к Крису, к этому мужчине, которого не смогла бы оставить. Он что-то бормочет во сне, а я утыкаюсь носом ему в шею и крепче к нему прижимаюсь. Запах его кожи, столь мне знакомый, успокаивает, как ничто другое.

Я действительно верю в то, что можно любить больше одного человека и что нашу любовь можно перенести или разделить с другим. Но не потерять. По крайней мере, не навсегда.

От моих легких поцелуев Крис медленно пробуждается, однако я прекрасно знаю момент, когда он полностью приходит в сознание, – его пальцы вплетаются в мои волосы, он притягивает меня ближе, впиваясь губами в мой рот, не скрывая охватившего его желания.

Возможно, любовь как маятник: качается взад и вперед, медленно, непрерывно, и никогда не знаешь, где она остановится.

Мы столкнулись с первым серьезным испытанием нашего брака, нашей совместной жизни. И вышли из него отнюдь не целыми и невредимыми. Мы вряд ли когда-нибудь забудем то, что было.

Но мы оба можем простить друг друга.

Благодарности

Во-первых, я бы хотела поблагодарить своего мужа Дэвида и детей, Мэтью и Лорен. Вы терпеливо ждали меня, пока я часами напролет сидела в своем кресле, общаясь с вымышленными людьми. Хочу, чтобы вы знали: эти люди никогда не станут для меня важнее вас троих.

Моему редактору в Америке Джилл Шварцман: спасибо за превосходное наставничество и дружбу. Также спасибо за то, что прочитали про меня в «Вэрайети» и взялись за работу со мной. Я верю, что все в мире неслучайно. А также – Брайану Тарту, Бену Севьеру, Кристин Болл, Кэрри Светоник, Филу Буднику, Стефани Хитчхок, Эрике Фергюсон и остальным членам команды издательства «Penguin»: спасибо, что преисполнились такого же энтузиазма, как и Джилл, а также за то, что среди вас мне было очень уютно.

Моему редактору в Великобритании Сэму Хамфризу: спасибо за ваши чудесные наблюдения и непоколебимую поддержку.

Джейн Дистел, Мириам Годерих и Лорен Абрамо: я не могла даже надеяться на лучшее литературное представление моих интересов. Спасибо за все, что вы сделали для меня.

Аманде Уокер и Элизабет Кинан: спасибо, что вы такие потрясающие публицисты, о которых только может мечтать писатель.

Я особо признательна тем людям, которые любезно согласились жертвовать своим временем ради меня. Офицер Джефф Кейси из участка округа Урбандейл, штат Айова, поделился знаниями о полицейских делах и ни разу не пожаловался, когда я заваливала его сообщениями вроде «и еще одна вещь».

Трейси Банистер и Кристи Слайнинг: спасибо за консультации по поводу диабета первого типа. Я очень ценю ваш вклад.

Джули Гизман: спасибо, что продемонстрировала мне все тонкости использования инсулиновой помпы.

Элизе Эбнер-Ташер: спасибо за моральную поддержку и за то, что ты такой великолепный человек.

Колин Гувер: спасибо за то, что прочитала первоначальный черновик «Желания», и за то, что подарила мне замечательную мысль, когда я писала варианты концовок. Цепь обратной связи поистине уникальная вещь.

Моему литературному редактору Микаиле Бутчарт: спасибо за потрясающее внимание к деталям. Теперь я буду всегда писать слово «барбекю» правильно.

И последнее, но не менее важное: спасибо всем читателям, с помощью которых это все стало возможным.