Настороженно зайдя во двор, троица ожидающих подвоха китайцев, очнувшийся парень до сих пор нервно озирался, выискивая причину недавнего ужаса, сразу же захотела ознакомиться со способом прямо сейчас получить заветную печать.

– Хорошо, – с улыбкой огладил безбородый, гладкий подбородок. – Ты, – ткнул пальцем в самого мелкого парнишку, лет четырнадцати, – наруби дров и растопи печку за летней верандой. Теперь ты, длинный, носатый парень.

Тот, кого я недавно приласкал страхом, выглядел самым взрослым и крепким из них. Должен выдержать. Надеюсь.

– Натаскаешь воды из колодца. Теперь ты, девочка, – снисходительно на неё посмотрел, с насмешкой, отчего у рассердившейся китаянки дёрнулась бровь, и плотнее сжались губы, – сходишь на огород, нарвёшь капусты с луком. Справишься? – смерил её сомневающимся взглядом, провоцируя ещё больше.

– А нет ничего более… достойного нас? – проявив похвальную выдержку, впрочем, опалив меня злобным взглядом, «вежливо» попросила девушка.

– Вы сначала с этим разберитесь. Потом решу, чем ещё вас озадачить, – ласково улыбнулся, не поддавшись на очарование милого личика. – Верю, быстро справитесь с этими простыми заданиями. Или вы из павильона наслаждений? Тогда станцуйте что-нибудь не тошнотворное.

Кажется, они всерьёз обдумывали возможность свернуть мне шею, сообщив своему мастеру, что, когда пришли, так оно и было. Ну-ну. Трясусь от смеха. Пакостно ухмыляясь, перестав обращать на них внимание, вернулся к своему лежаку, установленному в тени раскидистой яблони. Улёгшись, беззаботно подложив руки под голову, приготовился к развлекательному шоу. Ребят ждёт большая неожиданность, если так можно выразиться.

То, что я больше не способен накапливать ци, вовсе не означало, что я её не производил. Моя сильно изменившаяся под воздействием загадочного плода духовная сила, которую они не способны заметить на своих начальных ступенях развития, довольно своеобразно влияла на окружающий мир. Разорванные меридианы постоянно сливали её в окружающее пространство. Печально, но ничего не поделать. Я теперь как ходячий источник заражения местности. К счастью, не радиацией. Учитывая, сколько лет здесь живу, в несколько слоёв обложившись защитными формациями, наивные птенцы ещё не догадывались, что их ждёт. Кстати, это одна из главных причин, почему я осел на окраине некогда малонаселённой, никому не интересной, вымирающей Мухоморовки, а не в большом городе. Кто же знал, что недавний бум окрестного строительства приведёт к значительному подорожанию этой земли. Естественно, сюда потянулись состоятельные люди, а за этими людьми, их проблемы, коллеги, родственники. Не зря же говорят: беда не приходит одна. Жаль, не украли больше при строительстве федеральной трассы, положившей начало этому увлекательному процессу. По крайней мере, так говорят. Ещё от всезнающих бабок слышал, скоро у нашего болота собираются чуть ли не гольф-клуб строить. Я в изумлении* (тут должно быть матерное слово). Лягушки в изумлении*. Наши старушки в изумлении*. Бурёнки из ближайшего совхоза вообще в панике. Их теперь собираются чуть ли не всем стадом на мясо пустить. Наш председатель рассудил, в Мухоморовке выгоднее разводить пожилых политиков и бизнесменов, нежели коров. А молоко, стесняюсь спросить, кто давать будет? Впрочем, сначала разберёмся с непугаными ещё туристами.

Первым в бессмысленности своего существования убедился шестнадцатилетний парень. Не ожидав подвоха, он беззаботно закинул ведро на длинной цепи в бревенчатый колодец. Приготовившись тянуть, как следует ухватился за цепь… Взвыв от боли, он одним прыжком отскочил на несколько метров. Ошеломлённый китаец с крайним недоумением, шокировано уставился на свои дымящиеся до самых локтей руки, частично покрывшихся ледяной коркой. Я довольно оскалился. Ожоги от обморожения — довольно неприятная штука.

Вторым удивился младшенький в группе, попытавшийся ребром ладони расколоть первую же берёзовую чурку. Через минуту усердной работы он потрясённо разглядывал распухшую, покрасневшую, трясущуюся кисть. Деревяшка оказалась куда крепче, чем он думал. Она даже не треснула, хотя последними ударами Джао можно было вбивать в землю сваи.

Однако больше всего досталось девушке, как самой сильной в группе. Через минуту, распахнув спиной калитку в дощатом заборе, ведущем на огород, она словно запущенный из катапульты мешок картошки, пролетела довольно приличное расстояние. Потом ещё несколько метров кувыркаясь по земле, сшибая всё на своём пути. Немного до лейки с ведром не дотянула, а так был бы чистый страйк.

Поднявшись с очумелым и растрёпанным видом, вымазавшаяся в грязи китаянка широко раскрытыми глазами посмотрела на оторванный рукав, а также широкую резанную прореху в лёгкой толстовке. В этом году молодая капуста у меня уродилась на славу. Про лук, вообще, молчу. Кажется, она до него ещё не успела дойти, иначе бы летела по дуге, а не по прямой. Причём, вероятнее всего, по частям. Смотреть же нужно, с кем связываешься. Правильно оценивать свои силы. Как она дожила до достижения большого успеха построения духовных основ, если не умеет этого делать? Одной зубрёжки теоретического материала тут недостаточно. Нужен полноценный практический боевой опыт. Неужели у них в секте так сильно упали стандарты обучения? Как же тогда обстоят дела с выживаемостью? Чем этот лысый сверчок занимается?

Переглянувшись, оценив свой внешний вид, практики поёжились от запоздалой тревоги. Ничего страшного, ребята они крепкие, и не к такому привычные. Как справляться со своими слабостями и страхами знают хорошо, поэтому пусть развлекаются, а я пока отдохну. Только ещё немного на них полюбуюсь, чтобы лучше спалось. Это гораздо лучше, чем считать овец, прыгающих через забор. У меня они уже со второй дюжины начинают показывать тоби маэ гэри или тоби йоко гэри*.

(*удар ногой в прыжке).

– Кажется, у нас проблемы, – мрачно подытожил раздетый до пояса здоровяк Ли, обмазав обожжённые руки вонючей мазью, дополнительно наклеив поверх бумажные печати рассеивания ци.

Он старался их беречь, поэтому держал локти приподнятыми, из-за чего выглядел довольно забавно, как будто держал в руках что-то невидимое.

– Почему ты так решил? – ехидно поинтересовался широко улыбающийся, чумазый Джао со всклоченными волосами.

Правая рука остряка тоже была перебинтована и воняла мазями, только другими. Кроме того, у Джао сгорели брови и чёлка, а на лице остались следы копоти.

– Заткнулись. Оба, – не повышая голоса приказала злая Тао.

Задумчиво прикусив губу, девушка с повышенной подозрительностью разглядывала землю. Если бы это не выглядело странно, ещё и понюхала бы. Китаянка уже успела переодеться, а то могло показаться, что она побывала в жестоком, неравном бою, в котором её будто протащили лицом по грядкам. Хотя, почему будто? Хорошо, что в пространственном кольце девушка хранила запасы на все случаи жизни, а то сгорела бы со стыда. О том, с чем ей пришлось столкнуться, Тао категорически отказалась рассказывать. Все вопросы на эту тему просто игнорировала, чем ещё больше разжигала любопытство парней. Они гадали, был ли это гигантский медведь, свирепый тигр или бамбуковый дракон.

Догадываясь, о чём эти идиоты думали, Тао хотелось избить их до полусмерти, громко топать ногой по земле, и материться на диалекте провинции Шаньси. Ей легче было избавиться от напарников, а потом вернуться в секту с выдуманной историей о проделках дьявольского культа, чем признаться, что она была избита какой-то капустой. Причём даже не пекинской! Под конец схватки, разбушевавшаяся, сгорающая от унижения девушка в попытке отомстить злобному овощу уже совсем не сдерживалась, применяя против него всё, что умела. Даже обнажила меч. Однако после того, как у капусты появилось ещё и трофейное оружие, Тао благоразумно решила «пощадить» подлое растение, и вообще, больше с ним не связываться. По крайней мере, до тех пор, пока не придумает, как незаметно вернуть любимый меч. Ещё её интересовало, можно ли купить в хозяйственном магазине огнемёт. Не покажется ли продавцу эта просьба странной.