Каждое слово для принцессы меча превращалось словно в пощёчину. Аура Бэй Нинг угрожающе вскипела от избытка эмоций. Ещё немного, и во дворе разразится настоящий шторм из беспощадной, разрушительной ци меча, способной разрезать всё, чего коснётся.

– Тао, будь любезна, сделай, как в прошлый раз, – бесстрастно попросил ничуть не испугавшийся Матвей, с развивающимися на поднявшемся ветру волосами.

Команда Ло Шианга замерла в противоречивых чувствах, не зная, что делать в этой ситуации. Нужно ли принцессу меча поддержать, защитить или остановить? Выводить ли Тао Линь из опасной зоны? Или разумнее всего ни во что не вмешиваться, смирившись с тем, что они герои второго плана, от которых ничего не зависит. И это в лучшем случае! Если бы хозяин дома проявлял былую враждебность, принять решение было бы проще. Однако, казалось, он смотрел на Бэй Нинг с жалостью, что окончательно ту взбесило.

В ответ на обеспокоенный взгляд удивлённой Тао Линь, лихорадочно обдумывавшей, а не прикинуться ли мёртвой, упав в живописной позе, чтобы не попасть под раздачу вместе с высокомерной дурой, Матвей спокойно пояснил.

– Встань за спиной этой ненормальной и приготовься ловить.

Впрочем, как вихрь ци внезапно появился, поднимаясь до самого неба, столь же внезапно и пропал. Контроль над эмоциями принцессы меча был восстановлен. Либо же, о чём никто не подумал, не терялся вовсе. Возможно, это была только короткая демонстрация кошачьих коготков, выпущенных для предупреждения о том, что ей не нравятся поглаживания против шерсти. Сразу же после этого Бэй Нинг сделала то, чего от неё никто не ожидал.

Принцессу меча заката не зря называли гением. Она всегда была очень умным, наблюдательным ребёнком, развитым не по годам. Порой даже слишком, в ущерб себе. Выпустив разрушительную ауру, превратив её в оружие, вроде как разозлившаяся Бэй Нинг тем не менее сохраняла удивительную для такого состояния собранность и осторожность. Она внимательно отслеживала реакцию непонятного человека, чьё объяснение вовсе не пропустила мимо ушей. Напротив, теперь принцесса меча на восемьдесят процентов была уверена в том, что он с самого начала точно знал, что делает и с кем говорит. Специально пытался спровоцировать конфликт, чтобы получить преимущество при переговорах, которые, очевидно, состоятся. Он же понимал, что они не могли просто так уйти, проделав такой долгий путь.

Кроме того, даже после наглядной демонстрации её возможностей, мало ли, вдруг ему в глаз что-то попало, со стороны хозяина дома переоценка потенциала Бэй Нинг не произошла, а значит, чего сильно не хотелось признавать, этот человек вполне мог оказаться правым. Да что там, его это ничуть не обеспокоило, будто он встречал мошек и помельче. Возмутительно… Возмутительно интригующе! У принцессы меча даже ладони зачесались от желания доказать обратное, пробуждая дух соперничества. В секте давно уже всё и всем было доказано, лишая интереса процесс самосовершенствования. На её реакцию также наложилось то, что этот человек совсем не выглядел почтенным белобородым старцем в опрятных одеждах бессмертных практиков. С виду чужеземный варвар казался лишь немногим старше её, вводя подсознание в заблуждение относительно уровня своего развития. Про его манеры даже не стоило упоминать.

В следующее мгновение внезапно прекратив изображать извергающийся вулкан, девушка неожиданно поклонилась, уважительно сложив руки, чем ввела всех в изумление.

– Прошу простить меня за вспыльчивость. Почтенный, эта скромная ученица благодарит за беспокойство и разделяет опасения мастера. Но теперь её не отпустит глубокая тоска, если она не удовлетворит своего любопытства, проделав столь долгий путь. Ожидания переполняли её, подобно водам Янцзы, – привела здешнюю поговорку. – Позвольте хотя бы увидеть то, ради чего она проделала столь долгий и трудный путь, – неожиданно перешла на устаревший, возвышенный стиль речи, говоря о себе в третьем лице.

Когда нужно, Бэй Нинг могла изъясняться и так. Обычно этим приёмом пользовалась против суровых старейшин или отца, добиваясь уступок после очередных провинностей.

У Матвея дёрнулась бровь. Неужто нашёлся кто-то ещё более бесстыдный, чем он? Какой ещё долгий и трудный путь? Она что, через Тибет пешком шла, без денег, голодная и замёрзшая? Да её разве что с ложечки мёдом не кормили, опахалами не обмахивали, причём прямо в паланкине. Однако не зря говорят: улыбающегося человека обидеть труднее всего. Хотя на столь вежливую просьбу, дополненную низким поклоном, трудно было ответить отказом, но он сумел. Пусть и после короткого замешательства.

– Нет.

– А мне? – Ванван с невинной детской улыбкой присоединилась к подруге, так же низко поклонившись. – Пожалуйста, мастер, – жалобно попросила, сделав добивающий удар прямо в сердце.

Сообразительный Йанг немедленно поддержал девушек, жестом выразив почтение, и смиренную просьбу практика, обращённую к более мудрому, благородному собрату по великому искусству, усиливая психологическое давление. Тао Линь просто укоризненно посмотрела на хозяина дома, используя всю силу обаяния своего кукольного личика. В умелых руках – это страшное оружие.

– Чего тебе? – из принципа недовольно проворчал мастер, уже прекрасно понимая, что проиграл.

Он не хотел опускаться до уровня собаки. При этом Барбос как-то странно на него посмотрел, снизу вверх, двигая одними глазами.

– Взглянуть на артефакт, – девушка кокетливо захлопала ресничками, усиливая нажим через симпатию.

– Тц, – недовольно цыкнул Матвей куда-то в сторону. – Поэтому я и не хотел никого пускать, – едва слышно пробурчал. – Много вас таких ходит посмотреть, а потом вещи из дома пропадают. Хорошо. Будь, по-твоему, – вернул голосу прежнюю твёрдость, сердито посмотрев на девушку. – Ей нельзя, тебе можно. Посмотришь и сразу уйдёшь. И друзей своих сладкоголосых заберёшь, – понадеялся, что это кого-то обманет, включая его.

– Да, мастер, – легко согласилась Ванван, говоря только за себя.

Бэй Нинг постаралась скрыть победную улыбку. Она мысленно похвалила себя за предусмотрительность. Не зря позволила Ли Ванван и Йанг Чжану пойти с ней. Как чувствовала, что они помогут увидеть новые пути там, где она останется слепа. Компенсируют недостатки, а ещё с ними будет не так скучно.

«Секундочку!» – улыбка Бэй Нинг внезапно застыла, став натянутой.

– А почему ей можно, а мне нельзя? – не поняла шутки.

– Потому что она глупая. Поковыряет в носу с глубокомысленным видом, издаст какой-нибудь звук восхищения, потеряет интерес и уйдёт невредимой, оставив тайны нетронутыми, – не раздумывая ответил мастер.

Теперь и у Ванван лицо стало уродливым, с узкими, сильно прищуренными глазами. Тао Линь тихонько закашлялась, глядя в сторону. Ускорившиеся мысли Бэй Нинг вновь приняли кровожадный оттенок. Ей очень захотелось, чтобы в этот момент её кто-нибудь крепко держал. Всемером!

– Так мне нести? – с надеждой на обратное уточнил Матвей, видя искреннее желание девушек сорвать переговоры, чтобы побыстрее перейти к их любимой части, снимающие все вопросы, снятию скальпов.

– Да. Тащи её сюда! Быстро… ум-ном-ном, – запыхтела побагровевшая Бэй Нинг, дёргаясь в объятых побледневшего Йанга, подскочившего сзади и усиленно зажимающего ей рот.

«Нет! Всему же есть предел! Почему этот ублюдочный, вонючий практик всё ещё жив с таким-то грязным ртом? Неужели на его пути не попалось ни одного достойного, праведного мечника? Они что, все разом оглохли и поглупели, обменяв у него свои мечи на ржавые, тупые железки на пилочки для ногтей?» – буйствовала принцесса, взглядом метая убийственные молнии.

С недоумённым видом поковыряв в ухе, будто там что-то зазвенело, Матвей огорчённо попросил их подождать. Ушёл в сарай, из которого некоторое время раздавался грохот, непонятные звуки, скрипы, вылетали облака пыли. Вскоре вынес оттуда знакомую Тао доску. С лёгкостью воткнув в землю, устало на неё облокотился, скрестив на груди руки.