– Тайрон, посмотри на это!
– Да, – сонно ответил маг и плавно поднялся со своего «лежбища».
Взгляд Тени мгновенно прояснился, когда он увидел проплывавших мимо шлюпа мертвецов. Он с интересом ухватил одного из них за ногу и, втащив на шлюп, долго разглядывал тело. Потом Тайрон столкнул тело за борт и задумчиво произнес:
– А вот и она – загадочно исчезнувшая команда каравеллы.
– Что с ними произошло? – испуганно воззрился на него Гимзи.
– Скорее всего, – рассуждал маг, – они попали под воздействие того самого «искрящегося тумана», о котором говорил Караннон. На их телах нет признаков насильственной смерти, а выпученные в ужасе глаза свидетельствуют либо о сумасшествии, либо о неописуемом страхе умирающих. Я еще немного посплю, а ты, будь добр – не проворонь эту искрящуюся напасть…
После этих слов Тайрон вновь преспокойно завернулся в свой плащ и мгновенно уснул, оставив спутника наедине с покачивающимися на волнах трупами.
Гимзи испуганно взглянул на проносящихся мимо судна мертвецов, и его слегка замутило. «Слегка» вскоре перешло в более обостренную степень – и уже через мгновение гном перегнулся через борт, освобождая свой желудок. После того, как его вырвало, гном в очередной раз с завистью взглянул на Тайрона, спокойно спящего на своем плаще, и торжественно поклялся самому себе: «Придет время, и я тоже стану воином, спокойно относящимся к подобным мелочам!» После этой пафосной мысли Гимзи смело взглянул в глаза покойника, проплывавшего мимо, и вновь перегнулся через борт. Оттерев усы и бороду, он хотел было сполоснуть руки в воде, но очередной покойник, проплывавший мимо, отвернул его от этой мысли.
Что за новая напасть, заставляющая людей бросаться в воду, ожидала их впереди? Гимзи тщательно всматривался вперед, но ничего подобного на туман, да еще искрящийся, не видел. Потом до него дошло, что раз покойники уже всплыли, то времени прошло немало. Гном немного успокоился – может статься, что они повстречают этот самый туман во время вахты Тайрона.
Пытаясь поддержать это воодушевление, он выудил из мешка бутыль вина и сделал из нее большой глоток. Вот так-то будет лучше! Гном отпил из бутыли еще пару раз, и на душе у него совсем повеселело. Он уже с улыбкой посматривал на проплывающие трупы и даже бросал в их сторону шутливые реплики. Только бы не переборщить с коварным напитком! Гимзи сделал еще приличный глоток и на всякий случай убрал бутыль подальше от себя. Но, как он ни крепился, вино в глиняной емкости убывало, а разум гнома накрывала волна хмельного тумана…
– Подъем, проклятый ты пьянчуга! – Тайрон тряс осоловевшего гнома так, что тот мигом протрезвел.
Гимзи взглянул прямо по ходу движения, и от ужаса у него затряслись поджилки – прямо перед шлюпом стояла стена искрящегося белоснежного тумана. Тень протянул ему шелковый платок и крикнул:
– Замотай органы дыхания и уши! Эта шаль не пропускает никакую магию! И ни в коем случае не открывай глаза!!!
Гимзи поспешил выполнить этот категоричный приказ и с головой обмотался шалью, отчего стал напоминать ничего не смыслившую в моде гномиху. Сам Тайрон прикрыл лицо полой своего плаща и подозрительно смотрел на мерцающие в воздухе мельчайшие частицы влаги. Он извлек из кармана «Тревожный амулет» – тот не то что мерцал – он пылал подобно свету звезды!
– Ляг на палубу! – скомандовал маг перепуганному гному. – И ни в коем случае не шевелись!
Тень распахнул рубаху – Гиней на его груди призывно мерцал, предоставляя своему хозяину неисчерпаемую мощь. Лицо мага покрылось мраком, как будто ушло в глубокую тень, а очи зажглись огнем подземного царства.
– Ну, иди же ко мне! Кто бы ты ни был – я окажу тебе теплый прием!
Тайрон ожидал чего угодно – от демонов подземного мира – до несметных полчищ Шенка, но только не этого! На борт шлюпа легла нежная женская ладонь…
– Разве так принято у истинных рыцарей встречать прекрасных дам?
Ее голос, чуть капризный, с чувственной хрипотцой затронул определенные струны души Тени.
– И что же такое прекрасное создание делает в водах Драйоны в столь раннее время? – галантно спросил маг.
– Как – что! – расхохоталась прекрасная нимфа и широко раскрыла свои изумрудные обольстительные очи, глядя на собеседника. – Я купаюсь!
Раздался громкий всплеск, и прелестница легла на воду, явившись Тайрону во всей своей неповторимой красе. Тень – без преувеличения тонкий знаток красоты женского тела буквально обомлел – перед ним было само совершенство. Плещась и переворачиваясь в воде, красотка показала ему всю себя: и налитые упругие груди, и сердцевидной формы ягодицы, и то, сокровенное, что находилось меж ее бедер. Маг с трудом совладал с собой, чтобы не броситься в воду и не овладеть ею прямо там.
Гиней пульсировал на его груди, предупреждая об опасности, но глаза Тайрона словно остекленели – в них горела лишь всепожирающая похоть. Совсем кстати зашевелился на палубе Гимзи. Сбросив с головы свой дурацкий тюрбан, он шаловливо поинтересовался:
– У нас намечается вечеринка? А почему не пригласили меня?!
– О, да ты не один?! – пропела обольстительница. – Мы быстро подберем тебе подружку! Кого предпочитаешь: блондинку, брюнетку или рыженькую?
Гном улыбнулся тому, как призывно всколыхнулись груди красотки в прозрачной воде. В это время к шлюпу со всех сторон уже подплывали прелестницы всех мастей, призывно маша руками и напевая ангельскими голосами дифирамбы путешественникам. Две или три из них уже поднялись в лодку и нахально полезли под плащ Тайрона.
– Стоп-стоп-стоп! – развел руками рассудительный гном. – А не вы ли, дорогие мои, ублажили команду каравеллы, которая попалась нам по пути?
– Мы ничего не знаем ни о какой каравелле… – капризно надула губы рыжеволосая красавица и попробовала освободить Гимзи от его костюма.
Внезапно глаза гнома сверкнули, он схватил свою палицу и с размаху ударил собеседницу по прелестной голове. Череп речной нимфы разлетелся, словно спелая тыква, залив палубу зеленой слизью.
– Тайрон, очнись! – возопил гном. – Это – речные монстры!
Но маг уже не нуждался ни в каких увещеваниях – в его руках был меч, тот самый – купленный в Конхарне, которым он с поразительной скоростью рубил тела красавиц, которые в мгновение ока превратились в отвратительных чудовищ. Глаза русалок глубоко запали, так что были едва видны из покрытых глубокими морщинами черепов. Прелестные зубки обратились клыкастыми оскалами, а нежные руки выпустили крепкие зеленые когти.
– Тайрон, помоги!!! – раздался полный отчаянья крик.
Тень обернулся и увидел исчезающую за бортом заднюю часть своего спутника. Всепожирающий гнев овладел магом, и, зажав Гиней в ладони, он выпустил его мощь на волю. Мгновенно вокруг шлюпа образовалось некое подобие торнадо, в котором кружились еще целые, безголовые и разрубленные пополам русалки. Чудовищный водный вихрь непрестанно увеличивал свой диаметр, разбрасывая монстров по сторонам и разбивая их тела о скалы. Вокруг слышалось шипение, крики, от которых стыла кровь в жилах, и вопли раненых речных чудовищ. Но все эти звуки перекрывал ужасающий рев воды, которая коконом окутала шлюп, защищая его от возможных посягательств. Тайрон чувствовал приближение отката, сознание его уже меркло, и последняя его мысль была о Гимзи, которого утащила за борт цепкая когтистая лапа…
– Вот так тебе будет куда удобней! – кто-то подкладывал Тайрону под голову что-то мягкое.
Маг разлепил глаза и обнаружил над собой улыбающееся лицо Гимзи. От избытка чувств Тень вскочил и, подняв Гимзи на руки, закружился с ним по палубе. Ошарашенный таким поведением спутника, гном не знал уже, что и подумать: то ли Тень во время схватки потерял разум, то ли, что уж совсем ни в какие ворота не лезет, сменил ориентацию.
– Ну-ну! – пробурчал гном. – То, что я положил тебе под голову одеяло, не обязывает нас ни к каким особым отношениям.
