Когда вся их компания достигла дверей тронного зала, Суверенные Защитники встретились со своими коллегами. Несколько минут обе группы молча стояли, очевидно общаясь по внутренней связи, после чего те, что охраняли вход в помещение, взяли пики на караул. Лица их, скрытые за гладкими пластинчатыми шлемами, не выказывали никаких чувств.

Тяжелые двери распахнулись, медленно и величественно. Джерард, удивленный тем, что никто не сопровождает его внутрь, перешагнул порог. Его взгляд сразу же напоролся на Императора. Сидя на троне, расположенном на возвышенности, правитель Империи, облаченный в черную, будто сам космос, рясу, казался непоколебимой глыбой, основой, хребтом Империи.

Его желто-красные глаза мерцали двумя углями на фоне непроглядной тени мантии и мрака интерьера, окружающих Императора. Тень, отбрасываемая на верхнюю часть лица капюшоном, едва ли могла скрыть ассоциацию: как будто эти глаза на старом человеческом лице казались заимствованными у змеи.

Сегодня Император казался больным: кожа его вздыбилась пузырями, покрылась складками, словно бы сырое тесто налепили на императорские кости. Как будто гниение началось еще до прихода смерти. Слухи о том, что Палпатин продлевает себе жизнь с помощью тайных знаний, возможно, даже клонирования, появляясь перед сановниками то в обличие молодого, то старого, знакомого всей галактике, человека.

Но Вейнара не слишком-то волновали неприятные мысли сейчас, когда он стоял на полированных плитах каменного пола покоев Императора. Он изящно и сдержанно отвесил почтительный поклон.

— Мой Император, — начал он, — я прибыл по вашему приказу и готов служить вам и Империи.

— Я знаю это, Вейнар, — ответил Палпатин скрипучим, чуть дребезжащим голосом, и взмахнул пальцем с длинным когтем. — Вся Империя готова служить мне, каждый человек в ней. Но, слишком многие подводят меня в последнее время.

Джерард проследил за направлением, куда указывал Император.

К своему удивлению, он увидел, что в полированном полу в десяти метров от него, имеется прямоугольное отверстие. Когда он подходил к тому месту, где преклонился перед Императором, то не заметил его. Вероятно, какая-то игра света и теней. В таком огромном помещении, как тронный зал, это можно легко сделать…

Присмотревшись, Вейнар увидел несколько гибких, но прочных тросов, которые медленно поднимались из проема вверх. Как если бы из проема что-то поднималось…

«Ох, мать твою!» — едва сдержался от выкрика офицер, увидев, наконец, что именно поднимается из инженерной ямы. Кубическая клетка с гранью около двух с половиной — трех метров. Каждая грань — это армированная дюрасталь, а плоскости выполнены из тонкой металлической клетки. Размер ячеек был таким маленьким, что сквозь них едва ли можно было просунуть палец.

А вот стекать ручьям крови оттуда размер ячеек совсем не мешал.

Вейнар почувствовал как его колени предательски дрожат. По спине пробежал сильнейший холод, тело покрылось мурашками.

В клетке, истекая кровью, лежали человеческие останки. Офицер быстро сосчитал черепа. Примерно с десяток. И, какой бы комплекции не были эти люди, их буквально силком затолкали в клетку.

— Простите, Император? — непонимающе пролепетал он, сдерживая шок. — Я не понимаю… — офицер снова судорожно сглотнул.

Перед глазами стояли мастерские, в которых Везиль Ривз и сотни других ученых и инженеров препарировали клонов, пересаживая их мозги в корпуса теневых дроидов

— Да, мой слуга, — ответствовал Палпатин, — ты волен не понимать. Потому что ты служишь мне верой и правдой. В отличие от них. Они — подвели меня.

— О… — не нашел ничего лучшего сказать Джерард. — Могу ли я сделать что-то, чтобы исправить их промах, мой Император?

Палпатин в упор смотрел на него немигающими глазами без выражения.

— За этим ты здесь, Вейнар, — его голос казался патокой, втекающей в уши. — Знаешь ли ты, кто находится в этой клетке?

— Нет, господин.

— Умак Лет и его помощники. Слышал ли ты об этом инженере?

— Боюсь, что нет, мой господин.

— Умак Лет занял место Бевила Лемелиска, построившего обе «Звезды Смерти», — пояснил Император. — Он возглавлял Имперский департамент вооружений здесь, на Биссе. И работал над моим супероружием. Я уже казнил его и его соратников по ложному наговору предательницы Айсард. Но, как оказалось, он не внял предупреждению. Более того, возвращенный к жизни моей волей, он продолжал трудиться над моим супероружием. Несколько недель назад Убикторат обнаружил утечку наших данных по защищенным каналам. Что считалось невозможным, — желтые глаза Императора вспыхнули как сверхновые. — Кто-то внедрился в нашу информационную сеть, перехватывает наши сигналы. Умак Лет разработал наши защищенные ретрансляторы, и он виновен в том, что хатты получили доступ к чертежам «Звезды Смерти».

— Хатты, господин? — удивился Рейнар. — Зачем им чертежи нашего супероружия?

— Мое супероружие держит галактику в страхе и порядке, — голос Императора стал грозным. — Хатты… Мы слишком долго списывали их со счетов. Сейчас, когда я решил навести порядок, они сопротивляются. Бросают вызов мне. Мне! — Император стремительно поднялся со своего трона и быстро зашагал вниз по ступеням. — Этому должен настать конец, адмирал Вейнар. Твой корабль подготовлен, твой флот ждет тебя у Имперского Центра. Отправляйся к хаттам и сожги их планеты. Убей каждого, кто стоит на твоем пути. Опустошай их города и планеты. Женщины, дети, старики — никто не должен остановить тебя. Моя кара обрушится на хаттов и раздавит их под грузом ответственности, которую они понесут за свое вероломство. А тех, кто стоит за похищением чертежей «Звезды Смерти», ты должен доставить ко мне живыми. Я хочу, — Император подошел вплотную. В ноздри ударил запах озона и старости, гниющего изнутри тела. Впервые Джерард оказался так близко от императора. Он видел красные прожилки в его глазах. Вздувшиеся вены на старческом морщинистом лице. Кривые, покрытые черно-желтым налетом зубы. Но ничто их этого не вызывало в нем отвращения. Потому что сейчас Джерард больше боялся, чем мог позволить себе испытывать другие эмоции. — Чтобы ты нашел хатта, который возомнил себя способным присвоить мою собственность. Доставь его мне живым, чтобы я мог совершить свой суд. И всех тех, кто помогает ему в этом.

— Взломщиков тоже? — сглотнул Вейнар.

— Нет, — император круто развернулся на пятках, его темная мантия едва не ударила офицера по лицу. — Убикторат уже ищет их. Они умело заметают следы, но мы найдем их. Пусть думают, что смогли нас обмануть, но им так же не скрыться от возмездия. Как только Умак Лет и его люди вернутся к жизни, я заставлю их изменить архитектуру безопасности таким образом, чтобы взломщики были схвачены. И, как только больше ни одна крупица информации не покинет наших хранилищ, мы обрушим на врага наше законченное супероружие. Да! — Император остановился, снова обернулся и посмотрел на Вейнара. — Сперва нужно исправить безопасность и наказать заказчиков покушения. Затем — закончить супероружие и расправиться со всеми врагами. Да будет так!' Свободен, адмирал Вейнар! Приведи ко мне хаттов, иначе тебя ожидает судьба хуже смерти!

— Да, мой господин, — поклонившись, немного сбитый с толку офицер развернулся, чтобы уйти.

Но в этот самый момент в тронный зал распахнулась дверь. Ведя под руки людей, в одном из которых он узнал Умака Лета, Суверенные Защитники, не обращая внимания на Вейнара, протащили пленников и бросили их у подножия трона, где снова взгромоздился Император.

— Мой господин! — раздался голос лета. — Я не понимаю, чем прогневал вас!

— Не понимаешь? — Ноги как будто приросли к полу. Вейнар пытался понять, что же здесь происходит. Слова Императора о том, что он казнил Лета и его подчиненных сейчас казались просто шуткой. Как он мог казнить их, если они тут же…

А потом все встало на свои места. Император говорил не только о казни, но и о том, что вернет ученых к жизни. Похоже, что таинство воскрешения. Которым воспользовался Император, чтобы продлить свое существование, было применено и в это раз. Неизвестно, кто стоял сейчас перед Императором — клоны или иное второе воплощение ведущих ученых Имперского департамента вооружений, но они были здесь. И явно не для праздного разговора.