— Не важно, насколько сильно ты хочешь оправдать свое развитие в моих глазах, — тихо произнес Деймос. — Стать лучше ради того, чтобы кто-то признал тебя равным или превосходящим себя — очередная мелочная цель, это не стоит того, чтобы действовать. Развитие себя — это то, что ты делаешь в первую очередь рад себя. Ради того чтобы стать сильнее, успешнее справляться с поставленными задачами и устранять угрозы, многие из которых не по зубам большинству из нас. Пока что, во всяком случае, — добавил он. — Не меняй себя ради кого-то. Меняйся в лучшую сторону ради себя. Потому что все живое стремится к развитию. И только развитие в своих интересах преобразует мир вокруг тебя в ту картину, которая перестает тебя пугать и становится приемлемым злом, с которым ты можешь справиться.

— А вы философ, учитель, — отчасти восхитилась Алиссия.

— Может быть, — молодой мужчина пожал плечами. Пусть бледность его кожи практически ушла, но казалось, будто его лицо вовсе перестало радоваться. Или же… Девушка вспомнила, что не видела лица своего наставника до тайной крепости Датки Грауша. Что если он и раньше был таким? Просто маска скрывала его лицо… а вокодер — безжизненный голос…

— В любом случае, я благодарна вам за ценный совет, — произнесла Алиссия. — Я… Мне нужно о многом подумать. Если не возражаете, я была бы рада, чтобы мы почаще разговаривали, а не только тренировались.

— Да, в этом есть определенный смысл, — подумав, согласился Деймос, вызвав у девушки внутреннюю улыбку. Кажется, она смогла, а он не понял…

— Так у тебя будет больше возможности найти нужные триггеры, которые развяжут мне язык, — спокойно продолжил Деймос, бросив на девушку скучающий взгляд. — Надеюсь, что к следующему откровенному разговору ты научишься получше маскировать свои эмоции в Силе.

— Не беспокойтесь, учитель, — хищно улыбнулась девушка. — Я подготовлюсь как следует. И буду гордиться тем, что смогла победить вас в этом маленьком состязании. И буду гордиться своим достижением…

— Ну, посмотрим, — хмыкнул Деймос, откидываясь в кресле и закрывая глаза. — Это будет интересная тренировка.

За свою жизнь она побывала во многих лабораториях. Все как одна они были связаны с медицинской частью, несмотря на то, что в Люмии осталось меньше человеческого, чем машины.

Лежа на металлической кушетке, вглядываясь в потолок, она словно не замечала снующих вокруг дроидов. Не замечала она и того, что сейчас ее кибернетическое тело подвергалось значительной реконструкции. Так повелось довольно давно — сразу же как она получила первые кибернетические импланты, с каждым новым поражением в ней оставалось все меньше человеческого. И все более безжалостной к своим врагам она становилась.

Уже не к «врагам Империи», а к ее личным. Империя уже мертва, и даже с клонами Палпатина во главе, даже с большим количеством супероружия, Император проиграет. Так предначертано.

Крошечный укол нервов заставил ее отвлечься от раздумий о судьбе Империи и обратить внимание на подключенный протез.

— Проверьте общий функционал, — попросил дроид, откатываясь в сторону. Люмия сжала металлические пальцы в кулак. Посмотрела на то, как мизинец продолжает топорщиться, даже не подумав сгибаться. — Проблема обнаружена. Требуется доработка. Пожалуйста, не шевелитесь.

— Или ты ускоришься со своими манипуляциями, или я сожму тебя в шарик, который зашвырну куда-нибудь подальше, — пообещала Люмия. — Ты слишком долго возишься.

— Прошу меня простить, — извиняюще развел манипуляторы дроид-протезист. — Я никогда ранее не работал с технологией такого уровня. Я стараюсь адаптироваться для вашего комформа.

— Адаптируйся быстрее, — с угрозой в голосе повторила Люмия, уловив Силой приближение еще одного органика к месту своего ремонта. — Что случилось?

— Ничего, — молодая женщина в имперской униформе оперлась на край стола, сложила руки на груди. — Все идет по плану. Но, на мой взгляд, раз уж Хейпанский Консорциум стал твоей базой, то следовало позаботиться о том, чтобы разместить тут необходимый для твоего ремонта персонал. Тогда бы мы сократили время на протезирование — Хейпс отстает от всей галактики в технологическом уровне.

— Не припомню, чтобы я разрешала тебе критиковать меня, — произнесла Люмия, даже не посмотрев на собеседницу. — Я подобрала тебя, брошенную всеми, лишенную перспектив и дала работу. Весьма уважаемую, кстати говоря…

— Захват Хейпанский правящей четы это не совсем уважаемая работа, — возразила женщина в форме. — На каждой планете, входящей в Консорциум, за такое казнят. На иных — даже дважды.

— Дикари, — спокойно констатировала Люмия. Дроид-протезист снова подал знак, и она повторила сгибательный жест. На этот раз все пальцы последовали команде как и было приказано.

— Может и так, — согласилась собеседница, — но вы все же решили создать здесь свою ставку. Благодаря недоступности Консорциума для остального мира. Раз так, то принимайте бразды правления дикарями.

Люмия усмехнулась.

— У меня не было никакого желания захватывать Консорциум, — произнесла она, отмечая, что второй имплант встал на место и функционирует без эксцессов. — Но, так получилось.

— И это проблема, — подала голос собеседница. — Сейчас мы контролируем Хейпс только благодаря тому, что королева-мать и ее дочь в наших руках. Король-консорт покорен, но он не настолько идиот, чтобы оставить все как есть. Я не сомневаюсь в том, что он уже готовит восстание, чтобы сбросить наши силы.

— Он может попытаться, без сомнения, — левая нога встала на место, дополнив ощущение целостности кибернетического организма. — Однако, флот Альянса, на помощь которого он мог рассчитывать, покинул территорию Консорциума. Даже с новыми технологиями, полученными от мятежников, хейпанцам потребуется время, чтобы создать более мощные орудия и щиты. У нас есть время для того, чтобы продолжать держать их за горло.

— Если только Изольдер не пожертвует своей королевой и ребенком, чтобы поднять восстание.

— Он никогда этого не сделает, — заверила Люмия. — Мужчина никогда не будет править этим государством. Даже сейчас, будучи консортом, он не пользуется большим авторитетом среди правительственных кругов. Если он поставит под угрозу жизнь своей жены, королевы, и дочери, будущей королевы, его голова упадет следом за их. Нечего переживать по этому поводу. Но, думаю, ты права — следует усилить их охрану, мало ли до чего его доведет отчаяние.

— Сделаем, — пообещала собеседница. — Люмия, ты же понимаешь, что у меня копится все больше вопросов относительно того, зачем мы в Хейпском Консорциуме?

— И ты решила, — вторая нога так же подсоединилась к общей сети и платформа Люмии стала цельной, полностью функциональной. — Что я побегу тебе рассказывать о том, почему мы здесь?

— Было бы неплохо, — призналась женщина в имперском мундире. — Потому как все то, что мы тут делаем, не похоже на оккупацию: твой флот держится ближе к туманности, чтобы его было невозможно обнаружить, мы не получаем никаких дивидендов от оккупации — путешествие на планету, разрабатывающую оружие против джедаев — не в счет. Как будто мы здесь просто тратим время. Как будто, — девушка прищурилась, — ждем чего-то. Или кого-то?

— Тебя это в самом деле волнует? — поинтересовалась Люмия.

— Да, и очень сильно, — призналась собеседница. — Раз уж ты сделала меня своей правой рукой, раз я управляю всем этим балаганом…

— Иного от сестры Киртана я и не ожидала, — хмыкнула Люмия, заканчивая облачение в боевой костюм. — В чем дело, Элизабет? Ты же не думала, что я не смогу найти и раскусить крохотные подделки в документах, которые касались твоей биографии?

Собеседница смотрела на Люмию с прищуром.

— С твоей стороны было похвально, изменить фамилию, чтобы не использовать при зачислении на службу лавры своего брата, Киртана Лоора, — продолжала Люмия. — Благодаря этому удалось создать собственную карьеру, причем, весьма и весьма выдающуюся. Правда, после поражения Империи служила ты по большей части различного рода дегенератам, мечтающим лишь о своих триумфах. Собственно, по этой причине ничего и не получилось.