Следуя манипуляциям Трауна, искомые предметы искусства изменили свою ориентацию в пространстве.

— У гладких очень толстые стенки, массивные основания и небольшие полости в центре, — подметил Тшель. — У угловатых стало больше пустого пространства в центре и тоньше стены. А в непропорциональных — тонкие стены и очень много пустого пространства. Почти у всех у них так, но есть некоторые, которые отличаются от остальных.

— О, если углубиться в историю, то вы увидите, что те, что имеют отличия, но относятся к одному типу, созданы тогда, когда Кореллия стремилась расширить свое влияние вооруженным путем, — поясни Траун. — Практически всегда это приводило к поражению. Потому пустота внутри увеличивалась — это символ внутреннего опустошения. Кореллианцы — народ, обожающие триумфы. Личные и государственные. Но только, если это триумфы Кореллии. Чем меньше у них побед и личного участия в них — тем больше они несчастны. Чем больше они несчастны — тем сильнее разочаровываются в своих союзниках. Чем больше они разочарованы, тем большую вину возлагают на кого-то, кроме себя. Отсюда и восстания.

— После которых они объявляют о независимости и ищут новые союзы? — уточнил Тшель.

— Именно так. Догадываетесь почему?

— Потому что у них нет стратегии?

— Саббак, — улыбнулся Траун, отчего Тшелю стало не по себе. — Кореллианцы не хотят подчиняться. Тысячи лет они создавали легенды о себе и воспитывали на них свое потомство. Нечто вроде самостоятельного программирования, коллективного внушения. Они сами поверили в свою исключительность, кичась достижениями прошлого — достижениями монархической эпохи. К сожалению, не все кореллианцы способны сопоставить факты и понять — их успехи и достижения базируются исключительно на том, что у власти на протяжении долгих поколений стояла одна правящая семья, которая разрабатывала и продвигала единый стратегический курс. Последовательное и целенаправленное развитие. В то же время демократическое правительство, основанное на принципе сменяемости власти и заигрыванием с электоратом для возможности быть переизбранными, не может себе позволить принятие нужных, но непопулярных решений.

— Иначе просто не переизберут, — согласился Тшель.

— Демократии, которая в самом деле заботится о своих гражданах и укреплении государства, приходится постоянно лавировать на грани обвинений в деспотии и тирании, — произнес Траун. — Проблема в том, что ровно тем же арсеналом возможностей обладает и демократия, которая стремится к получению личной выгоды за счет использования бюрократических процедур в своих целях. Собственно, ни одна политическая система не застрахована от узурпации власти в личных целях. Некоторые политические исследователи указывают на то, что каждое государство должно проходить цикл диктатуры и демократии как необходимый факт своего существования в критические и спокойные периоды соответственно. Другие же указывают на то, что стабилизация положения в государствах при диктатуре сменяется пожинанием плодов и общим падением при демократии. Впрочем, существуют и обратные примеры. Взять, например, хотя бы Галактическую Республику. Несмотря на кажущийся неэффективным и излишне бюрократизированным государственный аппарат, Республика просуществовала тысячелетия. Империя же этим похвастаться не может. Однако, никто не смеет отрицать того факта, что поздние этапы существования Республики изобиловали множественными проблемами и кризисами. И большинство из них созданы ситами искусственно, ради уничтожения джедаев и расшатывания устоев Республики. При этом, несмотря на кажущуюся дряхлость Республики, ситам потребовалась тысяча лет, чтобы разрушит Республику изнутри. А ради захвата власти Палпатину потребовались десятилетия подготовки, раскол галактики и создание Конфедерации для того, чтобы получить возможность провести необходимые ему законы и избавиться от политических оппонентов вполне себе законным путем.

— Простите, сэр, но вы все же кое в чем неправы, — произнес Тшель. — Республика ведь развивалась не сколько сама по демократическим лекалам, сколько благодаря тому, что в критические периоды на посту канцлера оказывались разумные, которые переизбирались из раза в раз и смогли воплотить в жизнь свои изменения и добиться результатов.

— Все так, капитан, — подтвердил Траун. — Если мы обратимся к сохранившимся историческим хроникам тех тысячелетий, то сможем обнаружить немало противоречивой информации относительно сфальсифицированных выборов, подкупа избирателей, ошибок при голосовании и иных, более изысканных и менее законных способов победы. Так или иначе, но мы получаем подтверждение своих тезисов — как для правильной, так и для коррумпированной демократии не существует преград для достижения результатов.

— Как и для единовластия, — произнес Тшель.

— Верно, — кивнул гранд-адмирал.

— Сэр, разрешите вопрос? — поинтересовался капитан.

— Разумеется, капитан, — ответил Траун. — Нет, у меня нет готового решения долговременной политической системы Доминиона на случай моей смерти. Существующая система проходит испытания кризисами и соотнесением интересов между сферами влияния членов Триумвирата при надзоре медиатора с моей стороны. Как и любая система, эта имеет свои плюсы и минусы. Как только мы закончим эксперимент, будут сделаны выводы.

— Понимаю, сэр. Благодарю вас за откровенность.

— В любое время, капитан.

— Разрешите идти?

— Разумеется, — Траун поднялся из-за рабочей станции и подошел к командиру «Химеры». Протянув деку, он добавил:

— Благодарю за оперативный доклад. Нет необходимости запрашивать штаб-квартиру о состоянии дел в системе Танта Зилбра. Смею вас заверить — планета не пострадала, а вблизи нее не находился республиканский флот, скрывавшийся все это время у нас под носом.

— Да, сэр, — Тшель мысленно выругал себя. Он же для этого и пришел — доложить о действиях кореллианцев! — Но, Тракен Сал-Соло же…

— Господин Диктат Сал-Соло делает ровным счетом то, что должен делать кореллианский правитель, сплачивающий вокруг себя нацию, — спокойно произнес Траун. — В отличие от предыдущих Диктатов, действующих по указке корпораций или Имперского Центра, Сал-Соло в достаточной степени умен и коварен для того, чтобы действовать в интересах именно кореллианцев. Не забывая, конечно, и о своем благе. Уничтожение планетарной системы — поданный всей галактике знак того, что Кореллия — это весомый игрок на галактической арене.

— Сэр, но они взорвали нашу планету…

— Ни в коем случае, капитан, — Траун махнул рукой и голограммы произведений искусства сменились картой галактики. — Планета, известная Сал-Соло как Танта Зилба была уничтожена выстрелом суперлазера со станции «Балансир». В отличие от такового оружия на «Звезде Смерти» и супердредноутах типа «Владыка» или «Затмение», «Балансир» использует множественные системы ускорения частиц, благодаря чему галактика фактически не заметила колоссального размера луча яркого света, пронзившего вакуум. Единственное подтверждение уничтожения планеты — это прямая трансляция кореллианцев.

— Да, но они пробили «Периметр», сэр…

— Да, вся галактика считает, будто Кореллия смогла пробить периметр, — согласился Траун. — Ведь те немногие, кто владеют настоящими координатами Танта Зилба, знают, что эта система входит в состав Доминиона. Нанеся удар по территории Доминиона, Диктат, сопроводивший свой удар обвинениями во вмешательство во внутренние дела Кореллии, явно дал понять Доминиону и Новой Республике, что не состоит с ними в тайных или открытых сговорах. Более того, он продемонстрировал, что может уничтожать наши планеты за «Периметром», и гравитационные поля для его оружия — ничто. Император Палпатин на Биссе, тоже, вне всякого сомнения убедился в том, что гравитационные аномалии Глубокого Ядра не скроют его миры от ударов кореллианцев. А потому, надо полагать, что граждане Кореллии сейчас праздную и всецело гордятся тем, что их новый Диктат разом сумел охладить три крупнейшие военные силы в галактике. Тактическая победа такого масштаба привела Сал-Соло на вершину политического величия в Кореллианском Секторе. Если ни Новая Республика, ни Доминион не атакуют Кореллию в ближайшее время, избранный Сал-Соло курс на изоляцию сектора и его суверенитет, будет поддержан всеми кореллианцами. Вскоре мы сможем наблюдать активный экономический и военный рост Кореллии.