— Наш новый транспорт, — поправил я девушку. — На нём нам никакой лось не страшен!

Алена бросила на меня убийственный взгляд, который я предпочел не замечать.

— Ну пошли…

Тяжело вздохнув, девушка направилась к одиноко стоявшей в поле махине. Добравшись до комбайна, мы поднялись по лестнице, ведущей в центральную кабину. Алёна уселась на центральное кресло, а я — на откидное сиденье возле двери.

Справа от Алёны находились три экрана, которые показывали круговую панораму. Девушка склонилась над приборной панелью, и уже через минуту комбайн, натужно взревев, покатил в сторону трассы.

— Мы же выплатим компенсацию его владельцу? — на всякий случай уточнил я, перекрикивая рёв комбайна

— Разберёмся, — пообещала Алёна и, сняв со специального крючка наушники, протянула мне одну пару. Стоило их надеть, как уши, избавленные от дикого рёва, тут же сказали мне спасибо.

Выбравшись на шоссе, комбайн довольно бодро устремился вперёд. Но не успели мы проехать и пары километров, как нас догнал свет синих мигалок.

Нас было хорошо видно в кабине комбайна, и в следующий миг догнавшая нас полицейская машина перекрыла дорогу. Из неё выскочили два парня в форменной одежде и замахали светящимися палками.

Мы сняли наушники. Сквозь адский шум двигателя с трудом пробивался крякающий звук спецсигнала. Алёна вновь склонилась над приборной доской, и наш комбайн заглох.

Полицейские, не будь дураками, тут же отключили светошумовой сигнал. Один из них вернулся в машину, а второй, поднявшись по лестнице, вежливо постучал в закрытую стеклянную дверь.

На его груди сияла бляха с волком, кусающим цифру «три». Алёна молча продемонстрировала свой амулет с цифрой «десять».

Как парню удалось вытянуться на лестнице по стойке «смирно», козырнуть и при этом не навернуться, даже предположить не могу.

— Миша, здесь меня подожди, — проворчала Алёна, поднимаясь с кресла. — Протокол составим, и они нас за пять минут доставят до блокпоста.

Полицейский ловко спрыгнул с лестницы и застыл в ожидании Алёны. Я же пересел на кресло водителя, откуда было хорошо видно, как они садятся на заднее сиденье полицейской машины.

Но не успел я расслабиться, как двери распахнулись, и выскочившие из машины служители закона направили в мою сторону футуристического вида бластеры.

Я мгновенно нырнул под приборную панель, и практически одновременно с этим пришло Слово:

Обнаружено два сгустка энергии.

Поглотить? Да/нет

«Да!!!» — мысленно заорал я.

Я не видел, что происходит снаружи, но на помощь вновь пришло Слово:

Полученная энергия смерти вступает в конфликт с энергия данного тела.

Прошу указать место сброса.

«Эти двое!» — мысленно приказал я.

Снаружи донёсся звук упавших тел.

Не медля ни секунды, я выпрыгнул из комбайна и бросился к машине. Возле неё вместо служителей порядка на дороге лежали экстравагантно одетые, почти как я, пожилые джентльмены. Вместо бляхи с волком у них была книга с цифрой шесть.

Не переставая удивляться этому миру, я открыл заднюю дверцу машины. Алёна сидела, словно закаменев. Не моргала и не дышала. Совсем как в столовой…

— Знакомая ситуация, — пробормотал я.

Дотянувшись до её руки, отдал Слову приказ:

«Снять негативный эффект с тела спутника».

Последовал ответ:

Для запуска энергопотоков истрачено четырнадцать процентов энергии.

Алёна, отмерев, сделала глубокий вдох. Посмотрела на меня.

— Я не против быть младшей сестрёнкой… — протянула она. — Спасибо, Миш.

— Обращайся, — усмехнулся я.

Алёна выбралась из машины и с удивлением уставилась на трупы.

— Ты что, решил всех заслуженных учителей Российской империи на тот свет отправить? — усмехнулась Алёна.

— Да нет, просто как бывший ректор кардинально уволил нарушителей трудовой дисциплины, — отшутился я.

— Кроме шуток, — нахмурилась девушка. — Как тебе удалось их нейтрализовать?

Рассказывать о Слове-чипе мне не хотелось, поэтому дал стандартный ответ:

— Бог его знает. Выскочили двое полицейских, наставили на меня странные бластеры, потом —бац! — оружие рассыпается, и появляются два трупа.

— Ладно, — поморщилась Алёна, — не хочешь говорить — не надо. Но объясни хотя бы, как ты второй раз снимаешь полную блокировку с магопотоков⁈ Ведь это считается невозможным! Даже император не сможет ничего в этих случаях сделать!

С каждой фразой её голос становился всё громче. Под конец девушка перешла на крик.

Видя, что Алёна вновь находится на грани истерики, я наскоро просчитал варианты и гаркнул в ответ:

— Эти вопросы я должен задавать тебе! Кто из нас воин десятого ранга⁉ Я вообще пустышка с потерянной памятью!

Мы, сверкая глазами, как два рассерженных кота, настороженно уставились друг на друга.

Первой дала задний ход Алёна. Отведя взгляд, она пару раз глубоко вздохнула и примиряющим тоном произнесла:

— Прости, нервы.

Я тоже выдохнул в ответ:

— Ладно, проехали.

Мой взгляд зацепился за бляхи.

— Алёна, — я показал на бляхи заслуженных учителей, — будь добра, объясни назначение этих значков.

Девушка села за руль полицейской машины, дождалась, когда я займу место рядом, и, с пробуксовкой газанув, начала просветительскую деятельность:

— Любой гражданин в 18 лет может прикоснуться к Стеле. Она выдаст этот индивидуальный артефакт. Он намертво связан с тобой. В чужих руках рассыпается в пыль.

— Что он делает?

— У артефакта лишь одна функция. Он указывает ранг и способности одарённого. У тех двух идиотов, которые прикинулись полицейскими, была книга с цифрой «шесть». Это иллюзионисты. При работе со своим даром они почти не затрачивают энергию, и им не нужно пользоваться мудрами. Шестерка же означает, что они выполнили шесть заданий Стелы и имеют соответствующий объём внутренней энергии.

— А как ты определила по артефакту, что это заслуженные учителя?

— Да эти два предателя уже пять лет преподают в школе, находящейся под патронажем нашего рода. И ведь действительно классные учителя были. Многие гильдийцы из-за них в нашу школу своих детей возили.

В её рассказе что-то резануло мне слух. Пока девушка собиралась с мыслями, чтобы продолжить свой рассказ, я прокрутил в голове полученную информацию.

— Стоп, — прервал я Алёну, видя, что она собирается продолжить. — Ты сказала — любой гражданин может прикоснуться к Стеле. Почему тогда существуют пустышки?

— Тут несколько причин. Первое — в мире много пассивных людей, не желающих нести ответственность за силу и уж тем более — прикладывать усилия для возвышения. Втрое — аристократия не рада конкурентам. Ну и третье — страх. Если не пройдёшь испытание — погибнешь.

Алёна бросила на меня быстрый взгляд и, не дождавшись реакции, снова уставилась на дорогу.

— Обнулённые, Миш, всегда гибнут. А вообще, предлагаю заканчивать ночь вопросов и ответов. Доберемся до родовой усадьбы, отдохнём, а затем уж займемся твоим просвещением.

— Последний вопрос, — протянул я. — Что даёт тебе десятый ранг?

— Мой десятый ранг воина дает максимальное усиление тела и бешеную регенерацию. Я своего рода неубивашка, — с гордостью ответила Алёна.

— Это ты неубивашка⁈ — удивился я. — Да за одни только сутки ты дважды чуть концы не отдала!

Алёна, не глядя на меня, глухо ответила:

— Оба раза были использованы артефакты, подконтрольные только императорской семье.

Дальнейший путь мы провели в тишине. Ехали недолго. Не прошло и пяти минут, как мы свернули с трассы под информационным щитом. Я успел прочитать:

Частная территория рода Арзамасских.