Бесцельно гуляя по улочкам города, зашёл в маленький домашний ресторанчик на четыре столика. Сейчас они были пусты.

Выбрал место возле окна витрины. В зал вошла седенькая старушка в явно традиционной национальной одежде – белая рубашка с кружевными манжетами, красная жилетка, шерстяная юбка в пол, косынка, завязанная хитрым узлом на затылке. Чем ближе она подходила, тем больше её доброжелательная улыбка менялась на злобный оскал.

– Вон! Вон! Пошел вон, убийца!!! – завизжала вдруг старушка.

На её вопли из неприкрытой двери выскочили две молоденькие фурии, одетые в том же стиле. Бабуля, неприлично тыкая в мою сторону, заголосила:

– Убейте! Убейте!

Девчушки хаотично замахали руками и выдали скороговорку:

– Цапля чахла, цапля сохла, цапля сдохла.

В глазах потемнело, мысли стали путанными, по ощущениям – я брёл куда‑то в темноте. Очнулся, лёжа на холодном камне пирса. Прислонившись к металлической тумбе, принял сидячее положение. Солнце давно перевалило за вторую половину дня. На горизонте портовые краны разгружали контейнеры с широкой баржи. Вокруг не наблюдалось ни одной живой души. Только серые коробки зданий без окон стояли мрачными рядами в поле моего зрения.

Сидевшая напротив здоровенная крыса внимательно вглядывалась в меня.

«Ты решил все проклятия собрать?» – ворвалась в голову чужая мысль.

«Пошла на…» – сформулировал я ответ.

«А почему 'пошла?» – возмутился голос.

«Потому что крыса‑а‑а‑а‑а…»

«Я не понял, ты чего обзываешься?»

Во время этой фразы крыса, поняв, что ей ничего не обломится, гордо удалилась за мусорную кучу. Я громко подумал, что слуховые галлюцинации – предвестники шизофрении.

«Мишенька, это я, Потапыч», – голос стал ласковым, как при разговоре с психом.

Тут словно туманную плёнку сдернули с моих воспоминаний. Правда, они прерывались на том моменте, где две вредные девушки бормочут речитатив.

«Потапыч, как я здесь оказался?» – интересуюсь я у своего фамильяра.

«Это было проклятие полного забвения. Но ты уже побывал под ним. И организм выработал иммунитет. Вместо распада тебя начало глючить. Ведьмочки после его применения потеряли сознание. А старая карга не сумела догнать тебя, когда ты вышел через витрину. Зато побочный эффект потрясающий, – с энтузиазмом вещал Потапыч. – Теперь при минимальных затратах энергии в твоих каналах я могу видеть всё, что видишь ты. И общаться, пока…».

Его речь прервалась. Я почувствовал ещё большее истощение. Перед глазами мелькали светящиеся мушки. Достал из инвентаря термос с кофе и сделал пару глотков. Организм более‑менее пришёл в норму.

Убрал обратно термос. Чувствую, он мне ещё пригодится.

Время на переговорнике – семнадцать тридцать одна. Надо срочно выбираться. К сожалению, вспомнил, что забыл вбить навигатор по Выборгу. Решил поискать местных аборигенов.

Пройдя в сторону серых зданий, на пороге слышимости уловил богатую на непечатные выражения критику. Используя эти звуки, как путеводную нить, забрёл в тупик. Там два здоровенных детины в матросской форме пытались взять на нож паренька моего нынешнего возраста. Тот ловко отмахивался металлическим прутом.

Кашлянув пару раз, я привлёк их внимание:

– Господа, не подскажете, как пройти в библиотеку Алваро Аалто?

Нервные они какие‑то. Все трое заорали, потрясая своим оружием:

– Не подходи, убьём!

Я на всякий случай достал из инвентаря пистолет и посетовал:

– Ребята, вы чего такие неприветливые?

Они переглянулись и бросили оружие на землю. Туда же полетели деньги из карманов и разная бижутерия.

С удивлением я смотрел на этот перформанс, приподняв левую бровь. Один из матросов просипел:

– Всё, студент. Больше ничего у нас не найдёшь. Отпусти. Нас наши с корабля искать будут. Зачем тебе нужны проблемы?

– Вы местные? – поинтересовался я.

– Мы – нет, он – да, – кивнул на парня другой матросик.

Парень вжался в стену и с безнадёгой в глазах смотрел на меня и мою бляху с медведем.

– Вы свободны, – кивнул я матросам.

Они бочком по стеночке пошли на выход. Дробный стук их подошв быстро затих вдали.

Я сконцентрировал внимание на парне. Его глаза переполняла ненависть.

– Ну и чего эти нехорошие люди от тебя хотели?

Взгляд парня метнулся к куче барахла, покинувшей карманы матросов.

– Одноразовый артефакт «Остров сокровищ», – сквозь зубы процедил он.

– Забирай этот мусор – и проводишь меня до библиотеки.

Мне казалось, я сделал шикарное предложение. Но, на удивление, паренёк повёл себя неадекватно. Издав визг загнанной в угол крысы, он извернулся, подхватил нож и прыгнул на меня.

Я шагнул ему навстречу. Перехватил руку с ножом. Резкий рывок впечатал паренька в каменную стену. Сползя по ней, он сел, баюкая вывернутую руку и тихо подвывая.

– Ну и зачем? – спросил я, рассматривая клинок.

«Ширпотреб», – подумал я и кинул его в кучу.

– Чего молчим? – пристально всмотрелся в парня.

– Хватит болтать, кончай уже. – прошипел тот.

– А это обязательно?

– Хочешь, как сестру, инвалидом сделать? Давай. Мне терять нечего. Думаешь, умолять буду? Да пошёл ты!

После этих слов он закрыл глаза и даже чуть отвернулся.

«Да уж, что‑то мне сегодня везет на неадекватов», – подумал я, выбираясь из тупика и пытаясь хоть как‑то сориентироваться.

Решил направиться в сторону порта. Кран работает, значит, люди есть. Минут через десять за спиной раздались торопливые шаги.

Пистолет сам прыгнул мне в руку. Парень, придерживая больную руку, пытался меня догнать. Подождал.

Он остановился, не доходя двух метров.

– Куда тебе надо?

– Библиотека Алвара Аалто.

– Пошли, сам за руль сядешь. У меня рука бо‑бо.

И, развернувшись на девяносто градусов, двинулся между вытянутыми зданиями. Я убрал пистолет и направился вслед за ним.

Через двадцать минут мы подошли к собранному из различных деталей транспортному средству, похожему на мотоцикл.

– Эмм, ты предлагаешь мне сесть за руль этого драндулета? – не веря в благополучный исход поездки, возмутился я.

– Ты мне руку вывихнул. Другого транспорта нет. Пешком три часа. Устроит? – с кривой усмешкой прокомментировал ситуацию этот нехороший мальчик.

– Не, давай попробуем привести тебя в порядок. – предложил я ему.

– А давай.

Он поднял грязную палку с земли и, зажав её зубами, уселся на валяющееся рядом бревно. Просипел:

– П‑иступай.

В прошлой жизни на занятиях спортом нам давали основы первой помощи, чтобы даже без магии решать внештатные ситуации.

Зафиксировал его руку, плавно, но сильно дёрнул вниз. С явственным щелчком сустав встал на место. У парня на лбу выступил пот. Сквозь почти перекушенную палку раздался стон.

Я достал термос с остатками чудо‑кофе и передал ему. Парень, делая небольшие глотки, стал восстанавливаться прямо на глазах.

Опустился рядом с ним на бревно.

– Хорошо сидим, – выдал я, прикидывая, что минут через десять можно будет отправляться в путь. – Давай, что ли, познакомимся. Михаил.

Протянул ему руку.

– Тайво.

Он левой рукой стукнул по моей кисти. Правая ещё плохо работала.

– Тайво, а чего ты с матросиками не поделил?

– Они, псы, решили артефакт без денег отжать.

– Что за артефакт? Первый раз о таком слышу.

– От деда по наследству достался. Он был артефактором восьмого ранга. Артефакт кладут на карту. После активации он показывает нахождение клада в радиусе трёх километров. Засада в том, что не угадаешь. В указанной точке может быть сундук с золотом, а может быть юбилейный рубль.

Тайво начал постепенно разрабатывать руку.

– А чего ты решил продать артефакт?

Его взгляд опять стал злым.

– Три года назад грёбаный аристо из Академии в пьяном угаре сбил на машине мою сестру. – Тайво перешёл на крик. – Да, он выплатил символическую виру. Только сестра после этого инвалид, прикованный к креслу. А на целителя у нас денег нет. Стабильной работы у меня тоже нет. Даже на обезболивающие – и то нет. Думал, и ты такой же…