Разбил задачу на два этапа. С первым этапом выхода в астрал я успел познакомиться еще в прошлой жизни. Расслабившись и очистив голову от сумбурных мыслей, покинул свое физическое тело.

Зависнув в бесцветной пустоте, перешёл ко второму этапу, пытаясь представить себе, как выглядит нужный мне рынок. Картинки, возникающие возле моей проекции, постоянно менялись. Взгляд зацепился за осенний пейзаж огороженного забором парка.

На одиноко стоявшей скамейке сидело грустное привидение Алисы. Я с ней познакомился в хранилище артефактов рода Арзамасских. Сосредоточив взгляд на этой картине, я перенёсся к скамейке.

Она была всё в том же старинном платье и в шляпке с вуалью.

– Здравствуй Алиса, – вежливо поприветствовал я её.

Откинув вуаль, она подняла на меня заплаканные глаза.

– Я рада вас видеть. Чем могу помочь?

В этом приятном женском голосе отсутствовали эмоции.

– Алиса, что у тебя случилось? Может, я могу помочь?

– Нет, я просто грущу. Взяла кредит в банке межмирового рынка на создание своего маленького мирка.

Она обвела рукой пространство вокруг нас. Мир действительно был крошечным.

– Увлеклась и теперь не могу закрыть кредит.

– И сколько не хватает?

– Двадцать червонцев.

Вспомнил, как я потерял свой прошлый мир. Стало её жалко. Плюс подумал, что обязанный мне местный аналог искусственного интеллекта окупит все вложения в него сторицей. Протянул ей недавно затрофеенные червонцы.

– Спасибо. Я не могу принять бескорыстную помощь. В меня намертво вшиты три приказа: не вреди хозяину, не кради у хозяина, плата только за работу.

– А если я тебя найму на работу?

– Что нужно делать? – встрепенулась Алиса, с надеждой глядя на деньги.

– Быть моим проводником на межмировом рынке.

В её руке мгновенно материализовался договор о найме. Вписав туда обязанности и сумму, мы заключили контракт.

Передал деньги. Перед глазами появилась надпись:

Вы сделали третий шаг из десяти по пути Силы мысли.

Смахнул надпись. Взял Алису под руку. Мы шагнули за пределы её мирка и оказались на территории межмирового рынка.

Однажды в прошлой жизни я побывал на восточном базаре. Тогда он мне показался вселенским хаосом. Глядя на царящую здесь вакханалию, я понял, что восточный базар – просто образец порядка.

– Что вы хотели приобрести?

Мы стояли на пустой площадке. Существа, снующие вокруг, обходили нас с Алисой по большой дуге. Вопрос Алисы почему‑то вызвал в памяти лицо Лён.

– Как можно снять рабский ошейник с подобного мне существа в нашем мире?

– Вы ведь игрок? – задала вопрос Алиса.

– Не знаю.

Она провела руками вдоль моего тела.

– Очень странно. Вы фигура, но с расширенным функционалом, доступным только игрокам. Первый раз такое вижу.

Выдав эту информацию, Алиса ухватила меня за руку. Через секунду мы стояли у небольшой, покосившейся от старости лавочки. За треснувшим стеклом пыльной витрины просматривался тату‑салон.

Встретивший нас там карлик восточного типа быстро выяснил наши пожелания и затребовал четыре кристалла. Пришлось опять раскошеливаться.

Пока он тыкал мне в ладонь левой руки ржавой иглой, моя Сила духа поднялась ещё на единицу.

Алиса, уточнив, что мне больше сегодня ничего не надо, резким движением руки отправила мое астральное тело в реальное. На прощанье сказав, что будет рада видеть меня в своём мире в любое время.

Дверь в камеру распахнулась. На пороге застыла фигура Ольги Субудаевны. Видимо, я не успел отойти от иглотерапии, поэтому выдал:

– Стучаться надо.

Окинув камеру взглядом с недоброй улыбкой, она поинтересовалась:

– Вот та кучка серого песка тоже забыла постучаться?

Я уже более‑менее пришёл в себя, поэтому, поскрипывая суставами, принял вертикальное положение.

– Госпожа ректор, прошу прощения. После боя был в неадеквате.

Она прошла в камеру, поворошила ногой песок.

– Кристалл где? – жёстким тоном задала вопрос.

– Не могу знать! Бой этой кучи и шаровой молнии видел в самом начале. Потом был без сознания, – отрапортовал я.

– Какой молнии⁈

– Шаровой.

– Та‑ак, всё интереснее и интереснее. Докладывай, что здесь произошло.

– Я лежал, засыпал. Вон из того угла, – показал рукой, – выскочил этот в балахоне. Что‑то заорал. На меня хлынула кровь. Из того же угла вынырнула шаровая молния. Как бабахнет. Очнулся на полу. До сих пор плохо соображаю.

Я постарался изобразить бравого вояку и молча пожирал ректора преданным взглядом.

Ордынской быстро надоели наши гляделки.

– Так, абитуриент Михаил. Тебя обвиняют в нападении на руководящий состав Академии. Что ты можешь на это сказать?

– Минутку.

Метнулся к скинутым на пол тряпкам. Сделав вид, что достаю оттуда переговорник, незаметно извлёк его из инвентаря.

– Послушайте запись.

Найдя нужный блок, включил. Ордынская внимательно прослушала.

– Очень интересно, – наматывая на палец седую прядь, констатировала она. – Перешли на мой переговорник и забудь об этой записи. И объясни, как у тебя в камере оказался переговорник?

Её прищур левого глаза очень мне не понравился. Я опять принял стойку образцового новобранца.

– Не могу знать! Это мой переговорник. Он постоянно был у меня.

В общем, ещё чуток помурыжив, меня выпустили на свободу с чистой совестью и в залитой кровью форме. Арнольда обещали выпустить завтра.

Утомлённое солнце почти скрылось за горизонтом. Мимо обеда и ужина я пролетел, как лист на ветру. Лелея надежду на запасы Лён, рванул в сторону своего коттеджа. В гостиной на первом этаже за столом обнаружил трёх своих, можно сказать, приятелей: Вяземского, Мышина и Интарову. Друзья с грустными лицами доедали пирожки с большого блюда. От моего вида у них отпали челюсти.

Всех поприветствовав, я проследовал на второй этаж. В моей спальне сидела заплаканная Лён.

– Чё, красава, не весела? Чё голову повесила? – направляясь к ней, пропел я на старославянский манер.

Лён охнула, вскочила из кресла. Сделал шаг ей навстречу и, не откладывая, наложил руки на ошейник. Увидел в глазах девушки панику. Приложив минимальные усилия, разорвал ленту и отбросил в сторону.

– Ну вот. А ты не верила, что получится.

Лён, проводив взглядом отлетевшую в сторону ленту телесного цвета, потеряла сознание.

Я положил её в свою постель, привёл себя в порядок и спустился в гостиную. Там попал под перекрёстный огонь вопросов. В конечном итоге гости заметили мой утомленный вид и отправились к себе.

Взяв с подноса одиноко лежащий пирожок, я прикрыл глаза от предвкушения и откусил сразу половину. Меня накрыл океан боли. Затем холодный ветер серой пустыни встретил меня, как старого знакомого.

Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/

Шуршащий песок начал формировать «милого» трёхголового собакевича. Его торчащий вверх хвост заканчивался змеиной головой, умилительно покачивающейся из стороны в сторону. Средняя голова рыкнула:

– Кр‑р‑ристаллы.

Достал из инвентаря оставшуюся там янтарную фигурку. Подал на раскрытой ладони.

Правая голова, высунув раздвоенный язык, слизнула её с моей руки. Левая голова заскулила. От её неудовольствия по телу пробежала волна мурашек и спряталась в районе моих пяток.

– Кристалл! – второй раз заревела средняя голова.

Змеиная морда его хвоста, сократив расстояние, зависла надо мной.

«Хана», – подумал я.

Ведь чёрный кристалл впитался в тело.