— А при чём здесь ты?
— Долго объяснять, — поморщился Краух. — Меня подтянули из-за нашего союзного договора.
— Дай координаты. Я сам решу проблему.
— Совсем мозги растерял? — зло рявкнул Краух. — Хочешь снова болтаться в Хаосе и меня за собой потянуть?
— Иначе не могу, — прорычал воин. — Мои фигуры не поймут. Сегодня же разорву договор в одностороннем порядке!
— Амагук, прекрати создавать проблемы на пустом месте. У меня есть план…
Сон прервался лёгким толчком в плечо. Настало время финальной примерки. Стоя на помосте и изображая из себя манекен, я анализировал полученную информацию.
Начнём с имён.
Люций. Скорее всего, эта та самая шаровая молния, которая любит приходить ко мне в образе старикашки-громовержца. Та самая сущность, которая и втянула меня во всю эту историю.
Краух. Главарь чучельников. Ну, тут всё понятно — главный злодей, которого я, к сожалению, так окончательно и не убил.
Амагук — предводитель вервольфов, союзник Крауха. И, как я понимаю, очень серьёзная проблема… Зато стало понятно, что за волчица пыталась сегодня меня убить.
Далее: цели этих… игроков.
Ясно, что идёт какая-то борьба по непонятным мне правилам и с неясными целями. И на текущий момент важно одно: эти высшие сущности не могут устранить меня напрямую.
Затем… Да, собственно, это всё, что я знаю. К тому же, чем больше я узнаю, тем больше возникает вопросов. Надеюсь, хоть в Академии получу на них ответы, если, конечно, доживу.
Попробовать выведать что-то у Алёны? Ну уж нет! Это закончится тем, что она сама засыплет меня вопросами.
Алёна — типичный боевик. С ней легко обсуждать вооружение, тактику и всё такое. А вот философские вопросы об устройстве мира — явно не её конёк.
В общем, как я ни крутил ситуацию в голове, придумать, как быть дальше, не смог. Всё, что приходило в голову, — продолжать якобы невзначай подставляться. Пусть тратят свои ресурсы на моё устранение.
Как говорится, предупреждён — значит, вооружён.
Поэтому, когда по окончанию всех примерок Алёна предложила заскочить в молодёжный клуб, я не стал возражать. Клуб — идеальное место, чтобы немного подсократить численность моих врагов.
Пусть считают меня жертвой, не зная, что на самом деле я вышел на охоту.
К тому же, действительно, было что отпраздновать — Нарек превзошёл сам себя, и на мне красовался готовый костюм.
— Едем? — Алёна требовательно уставилась на меня.
В прошлой жизни я как-то проскочил момент тусовок, да и сейчас было не очень-то интересно, но, сидя в обороне, войну не выиграть.
— В принципе, я за, — протянул я и, чтобы не разрушать свое амплуа перестраховщика, добавил:
— Вот только постоянные попытки убийства слегка напрягают.
— В этом клубе идеальная служба безопасности, — заверила меня Алёна. — Там даже кровные враги встречаются. Так что будет безопаснее, чем в поместье.
Обычно, когда так говорят — жди беды.
— В таком случае, поехали, — кивнул я.
Алёна быстро доставила нас по адресу, и мы вышли на набережной, над которой возвышался своеобразный памятник Годунову-основателю: огромный он, а рядом — крошечный кораблик.
Нашей целью оказалось псевдо-индустриальное здание из красного кирпича, на котором светилась яркая неоновая вывеска:
«На нашей крыше крыша едет»
Этот слоган как-то не особо меня вдохновил, но включать заднюю было поздно.
На фейс-контроле нас попытались задержать. Если к Алёне претензий не возникло, то мой строгий, отливающий металлом костюм и юное лицо вызывали большие сомнения, что мне есть восемнадцать.
Не знаю, что сказала Алёна, но нас пропустили.
В основном холле клуба мне не понравилось — там оказалось шумно, ярко и слегка душно. Пока Алёна общалась с какой-то компанией, ко мне подвалил странный паренёк лет двадцати. С блаженной улыбкой протянул пару таблеток радужной окраски.
— На, закинься. Видок у тебя грустный.
— Не надо. Я полностью здоров, — отказался я. — А ты что, целитель?
Он ошарашенно уставился на меня. Я хотел выяснить, что за «лекарства» он предлагает, но в этот момент появилась Алёна и, грозно зыркнув на блаженного, позвала меня к лифту.
Поднявшись на крышу, мы вышли на просторную террасу, которая купалась в лучах заходящего солнца. Сказать, что она произвела на меня впечатление, — ничего не сказать.
Потрясающий вид на Москву-реку, уютные балкончики, огромные пальмы в кадках и даже несколько причудливых фонтанов — всё было гармонично и… душевно, что ли?
Небольшой оркестр исполнял лёгкий блюз. Благодаря стационарным артефактным звукопоглотителям, грохот двух танцполов не вырывался на террасу, и можно было наслаждаться приятной музыкой.
Что до еды — азиатская кухня оказалась выше всяких похвал.
Можно сказать, вокруг царила идиллия, вот только я не расслаблялся, ожидая очередного покушения или провокации.
Я сидел на диванчике и потягивал безалкогольный коктейль, делая вид, что наслаждаюсь вечером.
Алёна, убедившись, что со мной всё хорошо, вместе со своей компанией, куда входила пара её бойцов, свалила на танцпол.
Внешне я выглядел расслабленным гостем, но рефлексы, вбитые в виртуальном сне, заставляли периферийным зрением отслеживать обстановку.
Шумную компанию из пяти пёстро одетых парней я сразу подметил и отнёс к числу потенциально проблемных.
Так и оказалось.
Их заводила залпом осушил коктейль и направился к моему столику. Плюхнувшись напротив, начал меня задирать:
— Кто пустил в клуб ребёнка? — протрубил он на весь зал.
— Простите, но конфликт с оленем не входит в мои планы на вечер, — ответил я, вспомнив, как Алёна характеризовала таких персонажей.
На лбу моего визави появилась глубокая складка.
— Разве мы знакомы? — наконец выдавил он.
— Нет.
— Так откуда ты знаешь, что я из рода Оленевых?
— Так сразу видно, — пожал плечами я. — По стати и поведению.
Он гордо расправил плечи:
— Да, мы такие. Нас ни с кем не спутаешь.
Чуть подумав, поймав ускользающую мысль, он заявил:
— За это надо выпить.
Подтянулась его компания. Все четверо оказались из отряда парнокопытных: Лосев, Зубров, Кабанов и Баранов.
Выяснилось, что у них мальчишник в честь свадьбы Оленева.
На группу ликвидации ребята не тянули, поэтому я слегка расслабился. Затем, слово за слово, мы выпили за знакомство, за невесту, за здоровье императора. Хорошо хоть, Алёна, заботясь о моём состоянии, заранее дала указание официанту — подавать мне только безалкогольные напитки.
Я же был только за.
Что до «парнокопытных», наблюдать за тусовкой этих ребят было даже забавно. Ровно до того момента, как Кабанов, ошибся в применении мудры, увеличивающей выработку дофамина.
Вместо улучшения и так неплохого настроения, мой перегруженный мозг временно ушёл в отключку… Ай-яй-яй.
Как говорится, с такими друзьями и врагов не надо…
Утро выдалось особенно хмурым.
С трудом определил своё местоположение — спальня в замке Арзамасских.
Кусок прошедшего вечера полностью выпал из памяти. А навестившая меня жизнерадостная Алёна вызвала приступ мигрени.
На мгновение мне даже стало страшно — а если бы вчера вечером меня всё-таки попытались бы убить? Нашёлся охотник, понимаешь…
— Эх, жаль, что энергия жизни тебе противопоказана… — вздохнула Алёна. — А то сейчас бы подлечили.
Мне же настолько хотелось избавиться от последствий вчерашнего праздника, что я был готов признаться, что она мне не вредит. Удержался в последний момент — этот козырь мне ещё пригодиться.
Пришлось спасаться минералкой и аспирином.
Ну а потом наступил момент расплаты за вчерашний отрыв.
Алёна, давясь от смеха, рассказала, как я вчера на танцполе произвёл фурор стилем «Рободэнс», став основателем нового направления в местной хореографии.
