Она зашагала вперед, а советник некоторое время смотрел государыне вслед, раздумывая над ее словами, вздохнул и опомнился. После этого поспешил за Ее Величеством. Она как раз вошла в рощу, огляделась и указала лакею, несшему корзину:

— Вот здесь.

— Как прикажете, Ваше Величество, — с поклоном ответил тот и начал расстилать на земле покрывало.

Корзинку подготовила Келла.

— Если кто-то влезет, вы увидите, — заверила камеристка. — Я всё обернула и запечатала, так запросто не раскроешь.

— Благодарю, — улыбнулась ей королева.

И сейчас Ее Величество присела у корзинки и заглянула внутрь, но свертки нарушены не были, и она умиротворенно вздохнула. Чужое коварство не испортило ей удовольствия от прогулки.

— Продолжайте, ваше сиятельство, — сказала королева, отойдя в тень. Взгляд ее следовал за лакеем, теперь открывавшим свертки, но слушать советника Лания была готова.

— Да, государыня, — с почтением поклонился тот и вернулся к своему рассказу: — Так как юная герцогиня Станна еще не достигла брачного возраста на момент их знакомства с Его Высочеством, то свадьбы пришлось ожидать два года. За это время принц Лекар пытался расстроить их будущий союз. Несостоявшийся свекор будущего короля помогал ему в этом, потому, думаю, и попал в опалу.

Как вы сами понимаете, Ваше Величество, и тут Лекара ждал крах. Свадьба состоялась, и супругой его старшего брата стала ненавистная к тому времени юная герцогиня Берутта Станна. Для нее отношение деверя секретом не было, и потому неприязнь испытывали оба. И это наложило отпечаток на всю дальнейшую жизнь.

Нет, они не враждовали открыто. На глазах послов и придворных были любезны друг с другом, улыбались, даже беседовали. Кто не знал предыстории, то видел, как дружна семья монарха. Однако это была лишь видимость.

Лекар не забывал указать брату на промахи королевы, из-за чего промеж них случались размолвки. А Берутта жаловалась мужу на деверя, и тот отчитывал уже брата. Потом родился Ангвир, и Его Высочество вновь стал вторым наследным принцем. А затем Канлин, и второй наследный принц превратился в герцога Тридидского.

К племянникам Лекар относился по-разному. С Ангвиром был приветлив, не забывал зайти на его занятия, похвалить, подсказать, подбодрить. Когда Его Высочество начал ездить верхом, даже стал его учителем верховой езды. Дядя опекал первого наследника, но был равнодушен ко второму. Не исключаю, что причиной этому была близость Канлина с матерью и ее влияние на него.

Вы, наверное, не знаете, государыня, но среди претенденток в жены Его Величеству была и племянница Тридида, со стороны его супруги. Скорей всего на ней бы Ангвир и женился, но дядя допустил ошибку, которой не сделал ваш отец…

— Какую же? — рассеянно спросила Лания, уже смутно догадываясь, что скажет Радкис.

— Всё готово, Ваше Величество, — объявил лакей, не дав графу ответить.

Королева обошла покрывало и уселась на подушку, положенную для нее рядом с расставленными яствами. Она указала Радкису приглашающим жестом на вторую подушку, и пока он устраивался рядом, разделила привезенную снедь на два блюда. После поманила лакея, и когда он приблизился, подала ему второе блюдо.

— Раздайте угощение моим телохранителям, кучеру и возьмите сами. Хочу, чтобы в этом месте хорошо было не только мне. Сегодня вы все мои гости на пикнике.

— Великая честь, государыня, — с поклоном ответил лакей. — Благодарю от всей души.

Лания улыбнулась мужчине и перевела взор на советника. Тот понял этот взгляд верно, кивнул и продолжил:

— Герцог Тридид выставил требование, чтобы племянник разорвал отношения со своей возлюбленной. Государь отказался не только исполнить требование, но и от племянницы герцогини Тридид. После этого…

— Да, я понимаю, — прервала его королева, не желая в подробностях слушать о том, что герцога Виллена не заботило то, что пришлось не по душе герцогу Тридиду. — Отец предложил меня, и король сделал выбор, особо не выбирая. Но что же произошло между Канлином и его дядей? Однако прежде, чем ответить, угощайтесь, дорогой граф. Эти медовые шарики невероятно вкусные. Келла по моей просьбе купила всё, что мы когда-то брали с нянюшкой на прогулку.

— Благодарю, Ваше Величество, — кивнул советник, но сразу к угощению не притронулся.

Он смотрел, как Лания сунула в рот медовый шарик, прикрыла глаза и с нескрываемым блаженством теперь перекатывала его во рту. Радкис улыбнулся и отвел взгляд, чтобы не смутить королеву, если будет пойман на подглядывании. А после потянулся и взял с подноса маленькую булочку с ягодной начинкой. По сути, на блюде лежали одни сладости, которые когда-то обожала маленькая девочка, еще не знавшая, что ей предстоит возглавить целое королевство… Граф вздохнул и откусил от булочки.

— Держите, ваше сиятельство, — Лания протянула ему стаканчик. — Крайне недурно уравновешивает обилие сладостей. И жажду утоляет тоже недурно.

Это оказался морс с приятной кислинкой. Радкис запил булочку и вновь улыбнулся:

— Вы скучаете по тем временам, когда подле вас была любящая нянюшка?

— Безумно скучаю, — ответила Лания. — Прошу вас, узнайте, как она поживает. Возможно, я приглашу ее служить мне вместе с Келлой. Этой женщине я доверяю, как самой себе.

— Хорошо, Ваше Величество, — ответил граф, — когда вы скажете ее имя, я попытаюсь разузнать о вашей няне.

— Благодарю, ваше сиятельство, — улыбнулась королева. — Продолжайте, я готова слушать.

— Как изволит Ваше Величество, — не стал противиться советник и возобновил свой рассказ: — Что до Канлина, то, как я имел честь вам доложить, дядя младшего племянника не жаловал. Думаю, не жаловал бы и старшего, если бы не связывал с ним свои надежды, как когда-то с его отцом.

Его Высочество же, видя холодность дяди, сам начал относиться к нему без всякой симпатии, а его матушка еще более подогрела в младшем сыне неприязнь. Возможно, она пыталась внушить ее и Ангвиру, но наш покойный государь всегда обладал своеобразным норовом. Несмотря на обилие внимания к своей персоне, он был как бы сам по себе. Весьма замкнутый человек.

— Канлин назвал Ангвира ледышкой и занудой, — Лания вспомнила слова Его Высочества.

— Верно подмечено, — усмехнулся Радкис и спохватился: — Простите, Ваше Величество.

— Продолжайте, — лишь ответила королева и сунула в рот очередной медовый шарик.

— Государь и вправду был спокойного, даже холодного нрава. Канлин по сравнению с ним рос более живым и подвижным. И если младший принц позволял себе чудачества, то старший всегда просиживал с учителями столько, сколько было нужно, и неукоснительно выполнял их требования. Ему нашли приятеля, но, кажется, государь больше тяготился им, чем был рад. А приятель скучал в обществе наследника. В любом случае, когда они подросли, граф Мунит остался рядом не из чувства долга или дружбы, а потому что…

— Это выгодно, — усмехнулась Лания.

— Верно, — кивнул советник. — Будущий король был почтителен с отцом и матерью, но вовсе не близок. Как не стал близок и с дядей. Его светлость своей опекой его утомлял, я в этом уверен. Мне думается, что бывшая дворцовая служанка сумела столько удерживать внимание государя тем, что ей от него ничего было не надо. — Лания вскинула взгляд на Радкиса, и он, приложил ладонь к груди, склонил голову: — Простите, Ваше Величество, если вы не желаете об этом слышать…

— Нет-нет, — отвернувшись, ответила государыня, — говорите обо всем. Я сейчас от вас узнала о моем муже больше, чем за весь год супружества. И теперь даже понимаю, почему он не позволял задержаться с ним рядом. Дело было не в той женщине, а в нраве короля. Кажется, он просто не любил долгих разговоров и не терпел, когда ему навязывались.

— И вновь вы правы, Ваше Величество, — едва приметно улыбнулся граф. — И я не пытаюсь сказать вам нечто приятное. Чтобы подтвердить свои слова, мне и вправду придется рассказать о той женщине. Она старше Его Величества на пять лет. Тихая, особо неприметная, нестроптивая. Именно потому ее отобрала королева для своего сына…