Бум, и темнота перед глазами.

Когда очнулась, то лежала на полу, всё в том же чулане, руки и ноги у меня были связаны. Тело затекло и противные мурашки побежали, едва я поменяла позу.

Ну во что я опять вляпалась? Не сиделось мне спокойно в замке, захотелось приключений, вот и получила! Какая же я дура! Не могла мозги включить и позвать с собой хоть кого-то?

Вдруг меня окутала дымка, и мои руки и ноги стали изменяться, превращаясь в Хоуп.

Блин!

Ну почему это дурацкая магия так работает? Почему я не превратилась в маленькую девочку? Тогда верёвки бы ослабли, и я смогла бы сбежать. Вечно у меня всё через ж… Ладно. Надо собраться с мыслями. Хватит паниковать. Пока моих похитителей здесь нет, нужно что-то придумать.

Я же выжила до сего момента в этом мире. Значит и сейчас выберусь из этой зад… Из этой сложной ситуации.

Тело моё опять поддёрнула дымка и я превратилась в саму себя.

Плохо!

Хотя, может попробовать найти закономерность и понять, что заставляет мою магию так работать. Ведь смогла же я научиться простейшим бытовым заклинаниям, хотя надо было не этому обучаться по всей видимости, а каким-нибудь взрывоопасным.

Итак, первый раз я превратилась в ребёнка, когда от обиды затопала ногами и расплакалась. Потом я долго орала матом на вселенную за подставу. Когда поняла, что нахожусь непонятно где, с непонятно какими людьми.

Хм-м. Достаточно детский поступок.

А потом, когда я решила, что должна и имею право залезть в чужой замок и заставить поделиться богатеев едой? Вернее я захотела их грабануть. То же же детский поступок?

Сегодня, когда я хотела, чтобы Хеленфельд дал мне немного денег, я тоже капризничала.

Значит, всё что мне нужно, это…

— Я бедная несчастная девушка! Как же мне трудно! Никто меня не любит, все обижают! — Захлюпала я носом. — Теперь меня похитили и заставляют быть какой-то шпионкой. А я не хочу! Хочу просто жить спокойно-о-о-о!

Тело подёрнулось магической дымкой.

Майкл-Кристиан Бейли. Граф и генерал в отставке

С Хеленфельдом что-то было не так. Он не восстанавливался. Я даже скучал по ворчанию древнего. Не с кем обсудить сложившуюся ситуацию и я варился в собственных мыслях, утопая в них всё больше и больше, как муха в варенье.

Надежда оказалась прекрасной.

Прекрасной шпионкой.

Если бы не Дуглас, запер бы её в замковом подземелье и пытал. Нежно, со вкусом…

Да ладно!

Коварная женщина!

Как не вовремя появилась метка.

Нет. Я конечно очень рад, что не останусь один, к тому же исцелюсь от проклятья.

Но почему Николь Алеста? Та самая женщина, которую ненавидит вся Иритилия?

За окном послышался стук копыт. Встав с места, подошёл к окну и увидел, что вернулась повозка дяди. Недолго он обижался, однако. Что на этот раз придумал Логан Бейли, чтобы вернуться? Из повозки вышел лакей, затем служанка и Жоржет. А вот дядя не появился, значит, всё ещё обижается.

Ладно.

Но что понадобилось здесь моей кузине? Я же кажется всё ей объяснил.

— Хеленфельд, проводи Жоржет ко мне в кабинет, — направляясь к своему креслу попросил я замок.

Сел в величественную позу, положил перед собой стопку бумаг, стараясь изобразить кипучую деятельность, взял в руки перо и сосредоточился на прочтении документа.

Дверь отворилась, и в кабинет выплыла Жоржет. Милая, обаятельная, скромная и воспитанная, но за километр чувствую — не моя это женщина. Не хочу я каждое утро видеть её очаровательное личико. Перед ужином, кстати, тоже.

— Жоржет, чем обязан? Ты что-то забыла?

— Вот. — Потупив взор, кузина протянула мне руку.

Что она имеет в виду? Поцеловать её что ли?

— У хозяйки метка истинности, как и у вас — золотая! Она ваша истинная пара! — не выдержав, напряженного молчания, по всей видимости, вмешалась служанка Жоржет.

Точно! Как я не заметил узора на руке девушки. Но тяги к ней никакой, даже внутренний дракон брезгливо фыркнул в строну кузины лениво отвернулся.

— Это исключено.

Узоры, как и у меня — браслеты завитки. Может Жоржет чужая истинная?

— Майкл! — охнула кузина, опуская руку. — Я не понимаю что происходит!

Я посмотрел на Жоржет. Её глаза блестели от слёз. Служанка же, нахмуренная, сложив руки на груди, смотрела на меня с осуждением.

Внутри шевельнулась совесть. Нельзя так просто выставлять родственницу. Надо объяснить ей, как работает истинность. Ведь она должна принадлежать какому-то дракону, судя по всему.

— Хеленфельд, подай чай гостье, — скомандовал я, чтобы хоть как-то загладить свою вину и пресечь слёзные объяснения.

Сам же сделал вид, что отодвигаю кипу бумаг от себя.

— То есть вы разрешаете моей госпоже присесть? — ехидно спросила служанка.

— Да, конечно, — бросил я равнодушно, чтобы не давать повода думать, что между нами может что-то быть.

Я схватил лист, лежащий сверху кипы и уставился в него. Оказалось, что это отчёт управляющего о сборе налогов с крестьян. Держал я его почему-то кверх ногами.

Перевернув страницу, как положено, сделал вид, что читаю, но не смог сосредоточиться ни на одном слове. В кабинете стояла тишина, может мои гостьи испарились? Подняв взгляд, увидел две пары глаз пристально на меня смотревших. Жоржет в кресле, её хмурая служанка рядом.

Вдруг метку так нехорошо потянуло. Как будто в руку впилось сотни игл.

Ого!

Это ещё что за новые ощущения? Что происходит с моей истинной? Я встал из-за стола, чтобы броситься проверять Алесту. Где она? Чем занимается? Вдруг пытается разорвать нашу связь? Метка пульсировала то усиливая, то уменьшая давление.

— Майкл! — Тут же поднялась с места Жоржет.

— Извини, у меня срочные дела! — Я пошёл к выходу.

— Подожди! Позволь мне объясниться!

Жоржет подбежала ко мне и схватила за руку, а её служанка с мрачным выражением лица встала спиной к двери, загораживая мне проход. Весь её вид говорил, что она не отступит.

Дракон взревел.

Мне что с женщинами бороться?

Усилием воли подавил свою сущность, которая, как зверь в клетке, носилась то туда, то сюда.

Придётся потерпеть. Надеюсь Надежда в безопасности и не творит ничего противозаконного. Дракон внутри рыкнул на меня, чтобы я раскидал всех и отправился на её поиски.

— Хорошо, — ответил я кузине. — Только давай скорее. Я очень тороплюсь.

— Скорее? — Жоржет подняла голову и жалостливо заглянула мне в глаза. Алые губки дрогнули от обиды.

Да чтоб твою через твою!

— Хорошо, перехватил я руку кузины и повел её к креслу. — Рассказывай. Объясняйся. Я всё выслушаю.

Метка уже не колола острой болью, а просто ныла. Да что же там происходит с моей Надеждой?

Жоржет чинно уселась, выпрямила спину, гордо расправила плечи и нежно мне улыбнулась.

Р-р-р-р! Раздражает! Почему она такая медленная?!

— Вчера, после того, как ты объяснил моему отцу про своего дракона, я всё поняла, — комкая изящными пальчиками своё платье, сказала кузина. — Я честно хотела отступиться, но сегодня утром проснулась, а на руке у меня это.

Девушка протянула мне руку.

Да что ж она по второму кругу? Я это всё уже и так понял.

— Ты хотела объясниться, — напомнил я, чтобы Жоржет прекратила заходить из далека к самому нужному моменту нашего общения.

Губки кузины задрожали, глаза увлажнились.

Твою мать! Расстроилась! Фиалка нежная! Хорошо что Надежда не такая. Иначе наши беседы заканчивались бы удушением моей будущей супруги.

Вдох, выдох. Я спокоен.

— Но я и так всё пытаюсь объяснить. Ты сам подумай. У тебя в поместье нет никаких женщин кроме меня, кто ещё может быть твоей парой?

— Жоржет, пойми, мой дракон сразу бы тебя признал, а он даже не просыпается в твоём присутствии.

— Майкл! — зашептала Жоржет, сложив бровки домиком. — Но ты ведь проклят. Твой дракон спит. Как он может определить свою истинную?