Я вздохнул и сделал то, чего в здравом уме делать не стоило. Открылся и пустил чужую энергию сквозь себя.

Человеческое тело — так себе проводник. Оно пропускает ровно столько, сколько может, а излишки просто выжигают каналы. Отсюда все эти печальные истории про магов, которые от перенапряжения потеряли свой дар.

Но каналы можно расширять и укреплять. Медленно, годами, через аккуратные тренировки. Или быстро — если есть море бесплатной энергии и полное отсутствие выбора.

Я стиснул зубы и начал расширять свои каналы.

Ощущения были… своеобразные. Как будто внутри тебя протягивают раскалённую проволоку, по всем жилам сразу.

Я расширял и расширял, чувствуя, как поле силы вокруг меня растёт. Я гнал через себя чудовищный поток силы и одновременно тянул щупальца связи наружу, в сторону деревни.

Хорошо, что я всё-таки прокачивал тело последние месяцы. До идеала далеко, конечно…

Я дотянулся до деревни. Нащупал камневарку, подключил. Она вздрогнула, загудела и начала перемалывать остатки сырья сама, без операторов.

Дальше — защитные артефакты на домах. Их я ставил по одному в каждый дом, и питались они от накопителей, которые вечно приходилось заряжать вручную.

Больше не придётся. Подключил все разом.

Дальше — кузница Арсения. Склад с холодильными камнями. Нагреватели в общинном доме. Я цеплял всё подряд.

А потом краем сознания задел статую на площади — и отдёрнулся, как от огня.

Нет, её трогать нельзя. Моя статуя собирает энергию человеческой веры. А это штука тонкая, капризная и ни с чем не смешивается. Плесни туда сырую магию рогача — и я получу либо взрыв, либо, что хуже, испорчу статую. А она у меня одна пока что одна.

Не знаю, сколько это продолжалось. Мне показалось — часа три.

Но в какой-то момент я почувствовал, что поток выровнялся.

Статуя всё ещё гнала энергию — и будет гнать всегда, на то она и генератор. Но теперь ей было куда её девать, и давление упало до терпимого.

Я сел прямо на пол. Потом решил, что сидеть — это слишком сложно, и лёг.

Пол был холодный. Приятный.

Меня трясло. Руки дрожали так, что я не смог бы удержать ложку. В ушах гудело, перед глазами плавали разноцветные пятна, а во рту стоял стойкий металлический привкус.

Зато получилось!

Я лежал на полу своего недостроенного тронного зала, смотрел в небо через отсутствующий потолок и чувствовал глубочайшее удовлетворение.

Всё под контролем. Источник стабилизирован. Никто не взорвался. Можно немного полежать и даже, наверное, расслабиться.

— Господин!!!

Ага, расслабился…

Через котлован ко мне бежал следопыт.

— Господин! Броневики едут сюда!

Я с трудом повернул голову и спросил:

— Далеко?

— Час пути, может, полтора!

Замечательно. Просто замечательно.

Я приподнялся на локтях и оглядел свои владения.

Итак. Ко мне едет вооружённая колонна с пулемётами.

А у меня тут — светящаяся картинка вместо дома и даже частокола нет, поскольку его разобрали.

Вся эта стройка уже начинает меня подбешивать, если честно!

Ладно.

Задача у нас простая: не пустить врагов сюда. Не сегодня. А потом — ускорять строительство.

Я кое-как поднялся, покачнулся, устоял и побрёл искать ведьму.

Катарина обнаружилась за оградой, вместе со всеми. Сидела на бревне, бледная, и держала кружку с травяным отваром, который варили тут же, над костром.

Увидев меня, она попыталась вскочить.

— Сиди, золотце, — махнул я рукой и сел рядом. — Дело есть.

— Какое ещё дело? Ты на ногах не стоишь.

— Знаю. Дело всё равно есть, — я перевёл дух. — К нам едут гости. Восемь броневиков и конница. Надо с ними разобраться.

Катарина поставила кружку и выпрямилась. В её изумрудных глазах блеснула решимость.

— Разобраться? — переспросила она с интонацией, которая не сулила нашим гостям ничего хорошего. — Как скажешь.

— Нет-нет-нет, — перебил я. — Стоп. Ты немало сил потратила на тех магов. А броневики наверняка защитой обвешаны, так что поступим по-другому.

Ведьма приподняла брови.

— Как?

— Сможешь наслать туман? Чем гуще, тем лучше, на всю округу.

— Туман? Так это я умею! — Катарина вдруг оживилась. — Это запросто!

Она прямо-таки засияла. Я даже улыбнулся. Потому что прекрасно понимал, откуда столько радости.

Именно этим она и промышляла раньше, когда ходила по деревням одна. Заказы были простые: вызвать дождь, разогнать тучи и всё в таком духе. Она годами делала эту работу и была в ней хороша.

А потом попала ко мне — и вокруг сплошные боевые заклятия, ледяные штормы и прочие безумства.

И тут вдруг — туман. Родное, знакомое.

— Ну так наведи, — сказал я. — И погуще.

Утро у Йордана не задалось с самого начала.

Точнее, началось-то оно как раз хорошо. Отряд с рассвета отрабатывал маневрирование, но потом на пульте в броневике командира замигал алый кристалл.

Боевая тревога!

Первым делом Йордан, конечно, решил, что это жуки. Самая частая и естественная причина для тревоги.

Но затем по связи доложили другое.

— У города похитили важный груз, — сообщил голос из переговорного артефакта. — Или собираются похитить. Точных сведений нет. Известно, что на сопровождение напали. Место — урочище у Кабаньей горы. Выдвигайтесь немедленно!

— Что за груз? — спросил Йордан.

— Это секретная информация.

— Хотя бы размер какой? Мне место в машинах готовить или нет?

— Груз большой, — сказал голос. — Очень большой. Выступайте!

Вот и весь инструктаж.

До урочища добрались довольно быстро, но всё равно опоздали. Йордан вылез из люка броневика и несколько минут просто стоял, оглядывая котловину.

Ну и побоище здесь случилось… Часть горы уничтожена, всюду тела и воронки от заклятий, земля покрыта инеем, и воздух до сих пор холодный.

Все трупы — в незнакомых одеждах, все — маги, судя по остаткам снаряжения.

Йордан обошёл котловину и нашёл ещё кое-что: гигантскую вмятину в грунте, будто здесь стояло нечто размером с амбар, и обрывки цепей толщиной в руку.

— Вот, значит, какой груз, — пробормотал он.

Отряд молчал. Молодняк рассматривал трупы и старательно делал вид, что всё в порядке. Двое отошли за камни, и оттуда донеслись характерные звуки.

Йордан их не осуждал.

По переговорному артефакту его подгоняли каждые четверть часа.

— Нашли⁈

— Нашли место боя. Груза нет.

— Ищите!

— Ищем.

— Быстрее ищите! — негодовало командование.

Полтора часа они прочёсывали местность. Ничего, что могло бы указать, куда уволокли неизвестный многотонный груз, оставившую такую вмятину.

Спас положение один из конников, который обнаружил следы в лесу.

— Командир! Тут была конница! Ушли на север. Судя по глубине отпечатков, всадники в тяжёлой броне, — доложил он.

Йордан присел над отпечатками. Да, парень был прав.

— Карту, — велел Йордан.

Он оценил местность и понял, что неизвестные ушли в сторону владений графа Шахтинского.

Йордан хмыкнул. Он про этого графа что-то слышал — кажется, в прошлом году в город приезжали купцы и рассказывали, будто в северной глуши какой-то самозваный аристократ перебил всех разбойников в своих землях. А потом вроде как научился жуков призывать и устроил взбучку армии наёмников из Мирнограда.

Обычная болтовня, скорее всего. Но слухи тоже не на пустом месте возникают…

Йордан доложил в город, и через две минуты ему передали новый приказ:

— Отправляйтесь во владения Шахтинского. Груз вернуть. Всех причастных уничтожить. Разрешено действовать любыми средствами. Выполнять!

Йордан приказы обсуждать не привык, поэтому сразу же велел своим готовиться к выдвижению.

Взять имение лесного графа — задача несложная.

Восемь боевых машин, три десятка конников в хорошей броне. Йордан был уверен, что сил хватит с запасом. Даже если у Шахтинского сотня бойцов и приличный частокол — ну, значит, придётся потратить два часа вместо одного.