Светляк упрямо висел над одним местом, подрагивая.

Я спешился, подошёл, раздвинул кусты — и ничего не увидел. Тогда включил магическое зрение на полную.

Ах вот оно что!

Маскировочное плетение. Отличное, кстати, качественное. Оно не просто прятало объект — оно заставляло взгляд соскальзывать в сторону, а внимание рассеиваться. Я смотрел прямо на это место минуту назад и не видел ничего.

Развеять чужую маскировку — дело муторное. Я провозился минут двадцать, аккуратно расплетая контур, и наконец пелена дрогнула и опала.

Передо мной открылся вход в землянку. Хотя, пожалуй, слово «землянка» не совсем подходящее. Это оказалось солидное сооружение — заглублённое в склон, обложенное камнем изнутри, с массивной железной дверью и рунной печатью на засове.

Печать я вскрыл за пару минут — плетение оказалось куда проще, чем на кольцах. Видимо, расчёт был на то, что до двери никто в принципе не доберётся.

Засов лязгнул. Дверь открылась с тяжёлым скрипом, изнутри пахнуло сухим камнем и маслом.

Я запустил внутрь светляка, шагнул следом — и замер.

— Да ла-адно! — сказал я вслух.

Землянка оказалась куда просторнее, чем выглядела снаружи. Длинное помещение с дощатым полом и стеллажами вдоль стен.

А на стеллажах лежало добро.

Боевые комплекты. Ряд за рядом, аккуратно уложенные, промасленные, в чехлах. Под сотню комплектов, не меньше.

Посохи, амулеты в кожаных мешочках, пояса с гнёздами под накопители, мечи, кинжалы и прочее оружие.

Я взял один меч, крутанул в руке, попробовал пальцем остроту лезвия. Хороший сплав, лёгкий, упругий, с отличной проводимостью для чар.

А ещё здесь стояли ящики. Я откинул крышку ближайшего и обнаружил внутри кристаллы-накопители. Пустые, правда, но качественные.

И всё это время в часе пути от моего имения пряталось такое сокровище⁈

Я тут экономил на амулетах, гранил кварцы ночами напролёт, а рядом, под боком, лежал полноценный армейский склад на сотню бойцов?

— Обидно, — сказал я вслух и рассмеялся.

Хотя чего тут обижаться. Наоборот — праздник!

Я прошёлся вдоль стеллажей, прикидывая. Часть снаряжения пойдёт гвардии прямо сейчас, без переделок. Часть придётся перезачаровать под наши нужды. А кое-что я вообще разберу до основания просто чтобы понять, как оно сделано.

И вот тут-то до меня дошло главное.

Это ведь, вероятно, один склад многих — потому что кто же держит всё в одном месте? Значит, где-то есть и другие тайники.

Я оглядел стеллажи ещё раз.

Страна, откуда прибыли эти ребята, явно не бедствует.

Что ж. Тем лучше.

— Раз вы такие богатые, — пробормотал я, поглаживая полированное древко посоха, — значит, нам нужно всё, что вы можете нам дать. До последнего колечка.

Я как раз доедал завтрак, когда в дверь заколотили.

— Господин! Господин, вы там?

— Нет! Меня украли жуки, — ответил я.

Дверь распахнулась, и на пороге возник запыхавшийся парнишка.

— Ваша милость, там господин Макар просил вас приехать. Говорит, дело срочное.

Я вздохнул и отставил кружку с отваром. Стоит только мне сесть за спокойный завтрак, как у кого-нибудь непременно случается дело. И обязательно срочное.

— Что стряслось-то?

— Не знаю. Он там на бумажки ваши ругается.

Понятно. Значит, ничего не горит и никто не помер. Уже неплохо.

Я доел завтрак, сел на Громилу и поехал к имению. Точнее, к тому месту, где имение когда-то стояло. Потому что теперь не осталось даже фундамента, и на месте дома была только яма. Огромная, я бы даже сказал — монументальная яма.

Люди копошились на дне и по склонам, как муравьи, тачки сновали по деревянным настилам вверх-вниз, землю отвозили за ограду и там сваливали в растущий вал.

Копали, надо признать, с какой-то нечеловеческой скоростью. Я прикинул объёмы и слегка обалдел. При таком темпе место под подземные этажи будет готово уже дня через три-четыре.

Правда, кроме ямы, ничего нового не появилось.

Я спешился и нашёл Макара. Старик сидел на каменном блоке, держа в руках мои чертежи, и вид у него был как у человека, который тщетно пытается понять смысл жизни.

— Здорово, Макарыч. Ты чего такой смурной?

— Господин! — подскочил старик. — Ох, хорошо, что вы приехали. Я тут это… запутался.

— В чём запутался?

— Да во всём! — Макар встряхнул бумагами. — Вы вон сколько всего дали. Тут план, тут ещё план, тут какие-то линии сбоку, тут цифры. Я гляжу на один лист — вроде понимаю. Гляжу на второй — и уже не понимаю, как оно с первым сходится. А ежели я не так пойму и мы стену не туда поставим? Ведь потом же не переделаешь!

Я вздохнул. Ладно, сам виноват. Начертил всё привычным для себя образом — планы этажей, узлы, схемы вплетения чар. Для меня это читалось как открытая книга. А для человека, который двадцать лет рубил избы на глазок, мои чертежи были примерно как для меня трактат по вышиванию крестиком на незнакомом языке.

— А чего сразу не сказал?

— Да неудобно как-то, — смутился Макар. — К тому ж вначале казалось, что просто всё.

Я подошёл к краю котлована и оглядел работу.

— Ладно, Макарыч, не переживай. Копайте пока — с этим-то у вас отлично выходит. Завтра я решу этот вопрос.

— Как решите?

— Есть у меня одна идейка.

Он заметно повеселел и сразу же побежал орать на кого-то.

А я ещё немного постоял над ямой. Вон там, слева, раньше был подвал с моей особой камерой, где сидели пленные маги. И, честно скажу, мне было её жаль. Отличная была темница, душевная.

Впрочем, новая будет ещё лучше!

Теперь-то у меня есть магические блоки, которые отлично держат плетения, и наносить чары можно прямо на кладку. То есть новая темница будет не камерой с камнями в стенах, а цельной структурой.

Тех двоих я, само собой, вытащил из подвала ещё до того, как его начали разбирать. Перевёл в казарму, в дальнюю комнату с решёткой. Место, конечно, попроще, но я его подготовил.

Возле камеры поставил парочку артефактов, которые сожрут любое заклинание, если гости вздумают что-нибудь сотворить. Проверил на Катарине и убедился, что работает даже с её мощной магией.

А ещё повесил несколько других изделий, которые потихоньку тянули из пленников ману. Не досуха, конечно, а так, чтобы держать их на голодном пайке. Захочешь сотворить что-то серьёзное — а нечем. Сидишь и грустишь.

Гуманно? Ну, по-моему, так вполне. Кормят их два раза в день, воду носят, даже одеяла выдали. У меня во владениях с пленными обходятся лучше, чем в иных местах с гостями…

Вернулся я в деревню уже после полудня и обнаружил, что там праздник.

Причём не абы какой, а свадьба.

Улица была расчищена и подметена, на площади стояли столы, из-за домов доносилась музыка. Народ высыпал весь, какой был: и деревенские, и шахтёры, и даже несколько гвардейцев.

Я, если честно, растерялся. Мы тут ждём нападения таинственных убийц, почти вся деревня работает над новым имением, а они вдруг свадьбу устроили.

Хотя… а почему бы, собственно, и нет?

Я привязал Громилу в сторонке, сел на бревно у забора и стал смотреть.

Молодых я знал обоих. Парень — из шахтёров. Девушка — одна из помощниц Тихона, с красивейшей косой до пояса. Я её часто видел, когда заходил к травнику.

Жениха и невесту поставили лицом друг к другу у большого камня, что лежал на краю деревни с незапамятных времён. Старуха в белом платке, самая старшая женщина в деревне, трижды обошла их, разбрасывая вокруг зерно. Потом им связали руки красной лентой и повели вокруг камня.

Народ пел какую-то старую песню, громко и от души. Кто-то плакал.

Потом старуха что-то сказала, и толпа взорвалась криками.

Хм, какой интересный обряд. Что-то из древних времён, наверняка ещё до Падения. Я такого не знал. Я вообще в местные обычаи не лез — мне и своих забот хватало.

А ведь ещё год назад никаких свадеб. Люди жили одним днём, а если и сходились, то по-тихому, без всяких ритуалов.