Тобиас ничего не сказал. Он просто смотрел.

Как барьерщик, он лучше многих понимал, что видит. Устойчивая объёмная проекция такого размера, без искажений и без мерцания…

— С ума сойти. Настоящая, невероятно качественная иллюзия, — пробормотал он. — Ты знаешь, сколько лет назад была утрачена такая магия?

— Много, — ответил Вельз, не сводя глаз с проекции.

Гвардеец подтолкнул его в спину.

— Шагай.

Пленники пошли, не в силах оторвать глаз от светящегося исполина.

Вельз покачал головой, а затем повернулся к товарищу:

— Знаешь, Тобиас… Похоже, надо всё-таки забыть про условия.

Барьерщик едва заметно кивнул.

— Давно пора.

Пять дней пролетели так, что я их толком и не заметил.

Первый день я честно проспал почти весь. Проснулся к вечеру, съел всё, что нашёл, и лёг обратно.

Организм, знаете ли, штука мстительная, рано или поздно возьмёт своё, причём процентами.

А вот остальные четыре дня я провёл на стройке, с утра до ночи. И довольно быстро понял, что крупно прогадал.

Нет, не с самим имением. С имением всё было прекрасно. Прогадал я с тем, что слишком сильно положился на своих людей.

Проект оказался для них слишком сложным. Рановато я на такой масштаб замахнулся. Мои мужики умеют класть печи, строить обычные дома из камня без всяких изысков… Но трёхэтажное здание с двумя подземными ярусами, башнями и вплетёнными в кладку чарами…

Это, мягко говоря, немножко другой уровень.

Хотя, если честно, вины людей здесь нет. Это я решил сделать сразу хорошо. Не «сарай побольше», а нормальный дом артефактора, каким он должен быть.

Впрочем, имелись у меня два козыря, благодаря которым дело всё-таки шло, и шло неплохо.

Первый — иллюзия готового имения.

Она себя окупила с первого же дня. Мужики больше не спорили над чертежами, и не бегали ко мне с вопросами, они просто шли, смотрели и делали. Не понял, как ставить балку? Залезь внутрь проекции и посмотри, как она должна стоять.

Макар вообще пристрастился ходить сквозь стены, будто всю жизнь только этим и занимался. Как-то раз я видел, как он отчитывает нерадивого работника, стоя по пояс в светящейся перегородке.

Второй козырь — готовые блоки. Не надо было искать камень, подгонять его, выравнивать. Камневарка выдавала блоки одинакового размера, ровные, как по линейке. Клади себе да клади.

Металла требовалось немного, но и с ним проблем не возникало. Потому что у нас есть Арсений!

Наш кузнец — человек, которого, будь моя воля, я бы клонировал и расставил по всем владениям. Ему говоришь — он делает. Быстро, качественно и без лишних вопросов.

— Арсений, нужны усиленные петли под большие двери. Восемь штук, с двойным кольцом.

— Угу.

И в тот же день — всё готово. С двойным кольцом. Точно по размеру.

— Арсений, нужна кованая арматура для перемычек. Прутки в палец толщиной, длина три локтя, штук шестьдесят.

— Шестьдесят? — он поднимал бровь. — Господин, вы знаете, сколько это металла?

— Знаю.

— Расточительство это…

— Знаю.

— Ладно…

Арсений вздыхал, бурчал себе что-то под нос, но делал.

Пока металла хватает. Мы разжились неплохими запасами, да и с трофеев многое пошло в переплавку. Так что можно себе позволить.

Отдельная песня — подземные ярусы.

Всё, что ниже уровня земли, мы клали из очень крупных блоков. Таких, что даже вдесятером не особо с места сдвинешь.

Хорошо, что у меня ещё остались пространственные кристаллики. Невероятно полезная штука. Один человек может хоть сотню таких с собой таскать, а потом разбить в нужном месте — и там появится блок.

Но главная возня всё равно доставалась мне.

Дело в том, что все чары в такой стройке надо закладывать строго во время укладки. Иначе, если понадобится что-то поменять, придётся разбирать половину стены.

Поэтому я нанёс на нужные блоки метки. Простенькое плетение: если блок готов к укладке — метка светится зелёным. Если в него сперва нужно вложить кристалл или ещё что-то сделать — мигает красным.

Мигает красным — зовите графа.

И они звали, и граф бежал сломя голову, как последний мальчик на побегушках. Ну а куда деваться? Мне самому хорошее имение нужно, так что приходилось бегать.

Признаюсь честно: к третьему дню я начал ненавидеть красный цвет.

В стены я встраивал много всего, как просто зачарованные кристаллы, так и артефакты, которые собирал прямо здесь, на стройке.

Защитные камни — по всему периметру подземных ярусов. Нагревательные артефакты в нужных местах, и охлаждающие тоже. Магопроводящие жилы — это вообще отдельная сеть, я её тянул через все стены, чтобы потом можно было запитать любую точку дома от общего источника.

Плюс дренаж. Плюс вентиляция с принудительной тягой. Плюс отдельный контур на будущую темницу — с ней я вообще возился полтора дня и остался страшно доволен.

Спал я часа по четыре. Иногда меньше.

Один раз задремал прямо посреди стройки, привалившись к блоку. Проснулся оттого, что кто-то заботливо накрыл меня мешковиной. Судя по всему, Макар.

Был ещё забавный случай на второй день. Мы поставили угловой блок в основании будущей башни — здоровенный, с шестью гнёздами под кристаллы. Я его вылизывал часа три. Всё сошлось идеально.

А потом я отошёл на пять шагов, посмотрел на иллюзию и понял, что блок стоит не на своём месте.

То есть стоит-то он правильно. А вот я неправильно рассчитал: заложил в него контур для внутренней стены, а блок-то стоял как внешний.

Пришлось снимать зачарование, убирать камни и всё переделывать.

Макар потом полдня ходил и повторял: «Все ошибаются, господин» с таким сочувствующим лицом, что мне хотелось его придушить.

К концу пятого дня фундамент и оба подземных яруса были готовы.

Я стоял на краю, смотрел вниз на ровные ряды кладки и испытывал искреннюю гордость. Какие же мы молодцы! И я, и все работники.

А потом ко мне подошёл Макар и сообщил, что камень заканчивается.

— Как заканчивается?

— Дык всё, господин. Что было — всё ушло. Камневарка не поспевает, сырья мало возят. Из шахты-то везут, да пока телега доедет, пока разгрузят…

М-да, при таком раскладе стройка неизбежно замедлится. Мы всё-таки вычерпали запасы породы, которые шахтёры набили за время зимы.

Честно говоря, я даже слегка обрадовался. Судя по лицу Макара, он тоже. Работяги, которые подслушали наш разговор, вообще чуть ли не прыгали от радости, хотя и пытались это скрыть.

Надо признаться, что темп мы взяли бешеный. Люди пахали от рассвета до заката много дней подряд.

— Ладно. Сбавляем обороты, кладём стены по мере поступления блоков. Все, кто слишком устал, пусть отдохнут. А лучше вообще объявим всеобщий выходной на один день! — добавил я погромче.

Толпа издала звук, который я бы описал как коллективный вздох облегчения.

— А вы, господин? — спросил Макар.

— А у меня дела.

Отдыхать я не собирался. Потому что проблему со скоростью поступления камня надо решать, и решение у меня уже было. Трубопровод!

Я задумал эту штуку уже давненько, но так и не успел взяться. То жуки, то разбойники, то каратели с другого континента или откуда они там.

В этом мире вообще довольно сложно закончить хоть один долгосрочный проект: обязательно кто-нибудь придёт и попытается тебя убить.

Но теперь — всё. Хватит.

Идея простая. От шахты до деревни — примерно час пути, если на телеге. Но если вместо них провести под землёй широкие трубы, а возле самой шахты поставить дробилку, которая будет перемалывать булыжники в нужную фракцию — поток камня сам пойдёт от шахты прямо к камневарке.

Раздробили в шахте, ссыпали в приёмник, и через полчаса оно уже в бункере на другом конце.

Я отправился искать Катарину и нашёл её у склада Тихона, где она от нечего делать помогала перебирать какие-то корешки. Увидев меня, ведьма прищурилась.