Задний двор гостиницы и в самом деле был пуст. Большая поленница под навесом, кучка ещё не распиленных брёвен, да ещё гора пустых бочек и ящиков в углу. Здесь, наверное, и днём никого не бывало – телеге сюда было не заехать, а деревья на дрова они рубили прямо здесь – лес сзади подходил почти к самой гостинице.

– Садись, – пригласил Леран, усаживаясь на брёвна.

После целого дня на жёсткой лавке трясущегося фургона вся задняя часть у меня здорово болела, и сидеть на брёвнах мне не хотелось совершенно. Хотелось тихо полежать на животе. У Лерана такой проблемы почему‑то совсем не наблюдалось – то ли у него задница чугунная, то ли это я такой изнеженный. Вдаваться в обсуждение этого деликатного вопроса я всё же не стал, и с невозмутимым видом тоже уселся на неошкуренное бревно.

– В Дельфоре у меня не получится что‑то тебе показывать, – объяснил мне Леран. – Дельгадо приказал наладить с тобой отношения, так что общаться мы сможем, но вот заниматься чем‑то практическим вряд ли выйдет. Он наверняка будет за тобой присматривать, да и за мной тоже.

– А ты хочешь показать мне что‑то практическое, – утвердительно спросил я.

– Невозможно ничего изучить теоретически, – объяснил он. – Я могу тебе многое рассказать, но ты ничего не усвоишь, пока сам не попробуешь применить на практике. Для тебя это будут просто слова.

– Это я прекрасно понимаю, – согласился я. – Не совсем только понимаю, зачем тебе нужно меня учить.

– Не доверяешь? – он испытующе посмотрел на меня.

Доверяю или нет? Я задумался. Не сказать чтобы я так уж уверенно ощущал эмоции, а ещё сложнее было правильно истолковать то, что ощущаешь, но всё же я склонялся к мысли, что он говорил правду о своих проблемах с Дельгадо. Не чувствовалось в нём некоего пакостного предвкушения, характерного для предателя.

– Скорее, всё‑таки доверяю, – наконец ответил я. – Но мне всё же хотелось бы яснее понимать твои мотивы.

– Все мои мотивы я тебе уже объяснял, – пожал он плечами. – Я хочу, чтобы ты был достаточно сильным. Мне нужно, чтобы ты смог нормально разойтись с Дельгадо, и чтобы ты убрал мою связь с Дельфором. Ты мне это, кстати, обещал.

– Я тебе ничего не обещал, – поправил его я. – Сказал только, что помогу, если у меня будет такая возможность. Да, я помню наш разговор, конечно. Но мне кажется, что это не совсем полное объяснение, и у тебя есть ещё какие‑то мотивы.

– У тебя хорошая чувствительность, это обнадёживает, – одобрительно сказал Леран. – Да, есть ещё один момент, но никакого секрета здесь нет. Просто он личный, поэтому я и не стал его упоминать. Как бы тебе объяснить… Вот давай представим: у тебя получилось убрать мою связь с Дельфором, и я смог отсюда уехать. Причём уехал совершенно законно – меня ведь приговорили к изгнанию, а не к казни, так что я просто исполнил приговор суда. Никаких претензий ко мне нет, и бригаду убийц за мной не пошлют. Но что мне делать дальше? Я опять стал слабым магиком, и кому я теперь нужен?

– Насколько я знаю, даже слабые магики за пределами Дельфора живут вполне достойно, – заметил я. – Уверен, что ты легко сможешь найти для себя место в жизни.

– Ну так я этим и занимаюсь.

– Чем занимаешься? – не понял я.

– Ищу для себя место в жизни, – объяснил он, глядя на меня с улыбкой. – Ты же не останешься в Дельфоре, а князю пригодится преданный магик, пусть и не слишком сильный.

– Вообще‑то, я не князь, – в замешательстве возразил я. – Это Арна княгиня.

– Я думаю, что княжить будешь именно ты, а не она, – уверенно заявил он. – Арна, конечно, сильная девушка – честно сказать, я бы не рискнул с ней сразиться даже с моими возможностями ксоя. Но мне всё же кажется, что она предпочтёт растить детей и вести хозяйство, а княжество свалит на тебя.

Мне, вообще‑то, тоже так кажется – в ней действительно совсем не прослеживается какой‑то жажды власти. Вполне возможно, именно поэтому её мать и назначила наследником брата, а вовсе не из‑за каких‑то интриг отчима. Впрочем, сейчас это уже совершенно неважно.

– Я понял твои мотивы, – слегка недовольно сказал я. Обсуждение Арны мне совсем не нравилось. – В общем‑то, ничего не имею против такого варианта, но пока у нас слишком всё непонятно. Для начала надо хотя бы уйти из Дельфора.

– Ты спросил, я ответил, – пожал плечами Леран. – Но вернёмся к нашим занятиям – если у тебя больше нет вопросов, и если ты хочешь заниматься.

– Хочу, конечно, – кивнул я. – Не обижайся на мои вопросы – чтобы отношения были надёжными, в них не должно быть никаких неясностей.

– Это, вообще‑то, в обе стороны работает, – намекнул он.

– Спрашивай, – хмыкнул я. – Что тебя интересует?

– Какие у тебя планы на жизнь?

– Для начала рассчитаться с Дельгадо и выжить, – честно ответил я. – Потом жениться на Арне – до этого момента нам жениться не стоит, потому что есть шанс, что я не выживу, и это заметно усложнит ей жизнь. Ну, понимаешь, девица – это одно, а вдова – это совсем другое. Такой молодой девушке становиться вдовой ни к чему.

– Понимаю, – усмехнулся он. – Это она так решила?

– Это я так решил, – терпеливо сказал я. – Ей это очень не понравилось, но она с моим решением смирилась. Это важно?

– Извини, – смутился он. – Нет, конечно, это совсем неважно. Ну вот ты женился, а что потом?

– А потом княжить буду, что же ещё? Жизнь бродячего магика меня не привлекает. Убью там пару‑тройку человек, больше вряд ли понадобится, и заживу спокойно.

– Мне нравится этот план, – одобрительно кивнул Леран. – И я надеюсь, что ты не забудешь обо мне. Магик я, конечно, слабый, но у меня большой опыт, и я хороший преподаватель. Мне бы пару помощников, и я вполне потяну небольшую школу в княжестве.

А он, пожалуй, и в самом деле мне нужен, причём сильнее, чем я ему. Если у меня будут свои, преданные мне, магики, никто даже не помыслит гонять нас с Арной по секторалям, как сейчас.

– Думаю, мы договоримся, – сказал я. – Если, конечно, я действительно стану князем. Но раз мы полностью прояснили наши отношения…

– Да, вернёмся к магии. Итак, что есть магия?

– Хеми Кирин, наш препод по ВЭП, говорил, что магия – это воля.

– Начинающим всегда так говорят, – улыбнулся Леран. – У них как раз воля и есть самое слабое место. Впрочем, старина Хеми сам так считает, мы с ним не раз на эту тему спорили.

– А как на самом деле? – с любопытством спросил я.

– А нет никакого на самом деле, у каждого своё мнение. По большому счёту, совершенно неважно, что ты там себе воображаешь. Магия – это магия. Нечто выходящее за пределы нашего понимания. От того, какие ярлычки ты на неё налепишь, совершенно ничего не изменится.

– Зачем тогда мы эти ярлычки лепим?

– Для удобства постижения. Я тебе в общих чертах расскажу, как я вижу магию, а ты потом сам составишь для себя своё собственное представление. Для меня магия состоит из трёх связанных частей: воля, техника и духовное сродство. Для боевого применения ты создаёшь воздействие волей, а техника тебе нужна, чтобы создавать его быстро и уверенно. Для трансформации низких энергий, то есть для преобразования вещества, нужна отработанная техника и немного воли. Для высоких энергий, то есть для созидания, нужна воля и духовное сродство. Воля, конечно, важнее всего, но прочие аспекты тоже важны.

– Раз для создания иголки необходимо вселять дух, то очевидно, что нужны и навыки работы с духами, – заметил я.

– Для Кирина это как раз не очевидно, – хмыкнул Леран. – Он считает, что нужна только воля, а духовное сродство – это просто ненужное усложнение. Нужен просто достаточный опыт, чтобы выявить подходящую духовную структуру, а там уже вселить её волевым усилием.

– Ну, это тоже звучит логично, – неуверенно сказал я.

– Для него ближе такая точка зрения. Он не интересуется постижением духовных планов, и ему так проще. А вот как будет проще для тебя, пока неясно. Это ты сам потом решишь. Главное, поменьше слушай заумную болтовню насчёт воли и прочего. Бери от преподавателей только технику – это всё, чему они могут тебя научить, всё остальное ты должен постигать сам. На практике постигать. Я так понимаю, упражнение с иголкой тебе уже надоело?