— Омлет, не надо, – попросила кота.

— Нет, надо! Я всю жизнь терплю твоё общество, – заявил Омлет и мотнул головой в мою сторону, – но его я терпеть не собираюсь! Ты, генерал, ходячее недоразумение! У тебя депрессия, потому что ты сам себя в неё загнал! Ты сидишь в этом склепе и нянчишь свои страдания, как любимую игрушку! Вот и сиди тут один, обрастай плесенью! А мы пойдём искать способ разорвать эту дурацкую цепь!

— У меня договор с магами, – процедила я, хотя мне уже самой хотелось врезать генералу чем-нибудь тяжёлым. – Я не могу уйти, пока не излечу вас.

— Не излечишь! – рявкнул Виктор.

Развернулся и пошуровал на хорошей такой скорости прочь из комнаты. Волосы назад, шлейф из гнева и обиды за спиной.

А потом цепь между нами натянулась и мир взорвался.

Боль пришла откуда-то изнутри черепа. Она была резкая и ослепляющая, как будто кто-то воткнул мне в висок раскалённую спицу. В глазах у меня потемнело.

— Мя-а-а-ау! Дана-а-а! – заорал Омлет, но его голос доносился как сквозь вату.

А потом из коридора раздался ответный вопль.

Виктор орал благим матом.

— Что происходит?! – крикнул Омлет.

Я не могла ответить. Я прижала ладони к вискам. Боль дико пульсировала тук-тук, тук-тук.

А потом вернулся Виктор.

Он буквально влетел обратно и был злой, как стая демонов. Из носа у него текла кровь, тонкой струйкой по губе и бороде. Глаза горели.

— Что это было? – перепугался Омлет, курда вокруг меня.

— Не знаю, – прошептала я. – Голова чуть не взорвалась…

— Нас связали намертво, – прорычал Виктор.

Он стоял в трёх шагах от меня, вытирал кровь с губы. И цепь между нами светилась ярче, чем раньше и пульсируя в такт боли.

— Что? – не понял Омлет.

— Мы не можем отойти друг от друга дальше, чем... я не знаю, сколько шагов? Пятьдесят или меньше? Тридцать? Цепь срабатывает и бьёт по нам обоим магической отдачей.

Боль начала отступать, я смогла поднять голову.

— Вы поэтому вернулись? – спросила слабым голосом.

— Мне пришлось! Меня тоже ударило!

— Ого, – выдохнул Омлет. – Так это вы и в туалет вместе ходить будете? Вдвоём на горшок? Я бы на это посмотрел...

— Омлет! – зашипела я на кота.

— А что? Я просто интересуюсь организационными моментами! У вас теперь общая жизнь, общий туалет, и одна на двоих головная боль. Кстати, боль тоже общая? Или у вас по очереди? Если его ударить, тебе тоже будет больно? Это надо проверить! Дана, дай я тебя кусну!

— Не смей!

Я закрыла лицо руками. Головная боль ушла, но на её место пришло осознание всей глубины той ямы, в которую мы угодили.

Мы связаны и не можем разойтись дальше около тридцати шагов, плюс-минус. Не можем игнорировать друг друга.

— Это какой-то дурацкий сюр, – прошипела я в ладони.

— Это магия, – поправил Виктор. – Очень сильная.

— Это всё ваши бездарные маги! – разозлилась я на ситуацию.

Мы стояли друг напротив друга, связанные магической цепью, с больной головой и разбитыми нервами.

Омлет сидел на коробке с надписью «Сентиментальный хлам» и ухмылялся.

Короче, это только начало. Боже, дай мне сил.

— ДАНА —

* * *

Проснулась я в ярости.

Это вообще моё обычное состояние по утрам, но сегодня был особый случай.

Представьте, вы просыпаетесь в пыльной комнате под душным одеялом, от которого несло так, будто его последний раз стирали ещё до рождения генерала.

Рядом, на соседнем диване, вернее, на том, что от него осталось, спал Виктор и негромко храпел. Но его храп отдавался в моей голове громом.

Я швырнула в него подушкой, и он всхрапнул громче, перевернулся на другой бок и продолжил.

— Вот же, – прошипела я и села, свесив ноги с дивана.

Спать нам пришлось в одной комнате, потому что цепь не позволяла нам разойтись далеко.

Около тридцати шагов и ни шагом больше, а поскольку спальня генерала оказалась в таком состоянии, что туда было страшно заходить, мы устроились в главном зале. Два дивана, составленные буквой «Г», кресла, столы, и камин.

Романтика, блин.

Омлет проснулся раньше всех. Он сидел на каминном портале, рядом с шаром доставки, и что-то сосредоточенно лапой там нажимал.

— Ты что делаешь? – спросила кота.

— Завтрак заказываю, – ответил он, не оборачиваясь. – Я интуитивно разобрался, как это работает. Проще, чем в ваших человеческих приложениях.

— Ты научился пользоваться магическим шаром?

— Дана, я говорящий кот в другом мире. Шар, меню и доставка, всё элементарно. Кстати, я взял тебе омлет с беконом и сыром.

— Омлет, ты заказал мне омлет?

— А что? Иронично. И не благодари.

Я потянулась, чувствуя, как хрустят все кости после ночи на пыльном диване, и поплелась к камину.

Виктор наконец соизволил проснуться, он сел, уставился в пространство мутным взглядом и издал звук, похожий на «ы-ы-у-у-у».

— Доброе утро, – произнесла я мрачно.

— Угу, утро, – выдавил он. – Кофе бы.

— Будет, – ответил Омлет. – Я всё всем заказал. И кофе, и чай, и какао, и ещё какую-то местную бурду под названием «эликсир бодрости», так, ка всякий случай.

Через десять минут в дверь постучал Громобой-3.

Мы получили три коробки с едой. Омлет заказал себе фирменный завтрак от фирмы – кусочки лосося в сливочном соусе, а нам с Виктором что попроще. Мой кот в прошлой жизни был аристократом?

Я выпила кофе, съела омлет, потом круассаны и почувствовала, как ярость понемногу отступает, уступая место боевому настроению.

— Значит, так, – заявила я, допивая свой кофе. – Вопрос на повестке дня. Если у вас тут есть магическая доставка еды, которая работает через портальную сеть, то, логично предположить, есть и магическая уборка.

Виктор оторвался от кружки.

— Что?

— Магическая уборка. Служба, которая приходит и магией наводит порядок. У вас же тут всё магическое, неужели нет способа просто взмахнуть палочкой, и чтобы исчез весь этот бардак?

Омлет аж подпрыгнул.

— Точно! Дана, ты – гений! Быстренько вызовем местный клининг, они магией своей всё тут приберут, и мы начнём жить в комфорте, а не на помойке! Генерал, есть тут такая служба? Говори быстро!

Виктор поставил кружку на журнальный стол и вздохнул.

— Не получится.

— Почему? – хором спросили мы с котом.

— Никто не сможет магией убрать мой дом. На нём стоит тройная защита от любого магического вмешательства извне и внутри. Кроме моего собственного.

— А как же это? – возмутилась я и подняла руку, потрясла цепью.

— Это другой вид магии. Она была нацелена не на дом, а на меня. Защита пропустила ритуал, потому что он воздействовал на мою душу, а не на стены. Бытовая магия сюда не пройдёт, и профессиональные уборщики-маги тоже не пройдут. И никто не пройдёт, только если я лично сниму защиту.

— Ну так сними! – рявкнула я.

— Не могу.

— Почему-у-у? – протянула я.

— Потому что в данном состоянии души и тела защита решит, что я под воздействием и лишь усилится. Магия не так проста, как кажется. Важен настрой, потоки должны быть чистыми…

В комнате повисла тишина.

— Ты это слышала? – спросил Омлет. – Твой клиент, Даночка, не просто депрессивный, а депрессивный идиот!

Генерал многозначительно и весьма гневно уставился на моего кота. Я сразу взяла котика на руки и проговорила:

— Омлетик, давай без оскорблений.

— С каких пор, правда стала называться оскорблением? – не унимался кот.

Я решила сменить тему.

— Ладно, есть хорошие новости, у нас есть я. Плохие новости – я буду убирать эту помойку вручную.

— Ты «везучая», – отметил Омлет. – Но всё-таки есть плюсы. Мешки утилизаторы, например. Может, ещё какие-то магические гаджеты для уборки найдутся? Мя-а-ур.

Я задумалась, Омлет прав. Допила кофе, отпустила кота и встала.

— Значит, так, раз магия нам не поможет, будем работать по старинке руками и мозгами. Генерал, чего сидишь? Вставай. Мы идём разбирать твой гардероб.