Поэтому она решительно подошла к прикроватной тумбочке, выдвинула ящик и взяла в руку подарочный пятизарядный «тиро». Конечно, ей хотелось бы сказать про него «верный», однако Марианне ещё не представилось случая испытать его на ком-то, кроме мишеней.
Именно так, с револьвером в левой руке и бутылкой в правой, Марианна Томази двинулась на защиту метена Грея — да не оскудеет запас его дорогих крепких напитков!..
На пути смелую женщину ждало множество препятствий. Стул, который попытался кинуться ей под ноги, но остался позади, разминувшись с Марианной всего на пару сантиметров. Ковёр, который вдруг решил коварно опутать изящные сапожки. А ещё тяжёлая дубовая дверь, которая наотрез отказалась открываться.
Вот дверь Марианну особенно расстроила… Как рискнул какой-то предмет мебели мешать ей совершить хороший и благородный поступок? Пуля с визгом срикошетила от замочной скважины и ударила в вычурную бронзовую ручку сверху. Отчего ручка сразу же повернулась и открыла проход храброй спасительнице барменов.
— Усатый, кто там стрелял? — спросил снизу грубый голос.
— Идите к чёрту, метен! Кто бы вы ни были! — неласково отозвался метен Грей.
Выстрел…. Выстрел…. ВЫСТРЕЛ!
Такой звук Марианне слышала лишь однажды: в порту, когда пароходы палили из пушек. Во всяком случае, ей показалось, что палят сейчас именно из пушки, а не из револьвера.
— Господи Иисусе! — где-то внизу испуганно вскрикнул метен Грей.
— Усатый, я тебя в последний раз прошу: брось револьвер! — потребовал грубый.
А Марианна укорила себя за трусость. И даже попыталась перекреститься, извиняясь перед Господом, но бутылка и револьвер в руках помешали этому акту благочестия. Поэтому она прочитала короткую молитву и решительно пересекла коридор, уклоняясь от каждого подсвечника, который пытался подпалить ей волосы.
После чего, вполне ожидаемо, оказалась перед лестницей, ведущей вниз. И это был опасный враг для слабой женщины, но только тогда, когда в руке нет верного «тиро»!.. И Марианна решила, что будет справедливо пристрелить лестницу сразу — до того, как на ней кто-нибудь сломает шею.
— Эрбе! — бармен, укрывающийся за стойкой, заметил жену босса, стоящую наверху. — Эрбе, бегите!
— Нет, метен Грей! Я им всем покажу! — сурово пообещала Марианна.
А затем бесстрашно вытянула вперёд правую руку и прицелилась в верхнюю ступеньку. И, конечно же, полила её виски, потому что в правой руке почему-то оказалась бутылка, а не револьвер.
Лестница как-то сразу закачалась. И Марианна решила, что стрелять не обязательно, раз опасный элемент конструкции уже в стельку пьян:
— Ну, так тоже сойдёт!
Первый шаг дался женщине тяжело. Зато все остальные не понадобились. Мир мигнул, и Марианна обнаружила себя внизу, лежащей на полу, но полностью целой и невредимой. А чтобы напугать обладателя грубого голоса, который представлялся ей каким-то отвратительным бандитом или, хуже того, грязным касадором, Марианна смело пальнула в воздух.
И только потом начала вставать на ноги.
— Эрбе! Эрбе, вы живы?! — надрывался бармен.
— Я жива!.. — гордо сообщила женщина, опираясь на рукоять револьвера и уперев дуло в пол.
— Мать моя женщина! — произнёс грубый голос откуда-то от входа в трактир. — Она же сейчас убьётся!..
— Несомненно, ваша уважаемая мать — женщина! — раздался другой голос, вкрадчивый и даже какой-то задумчивый. — Однако насчет второго утверждения я не уверен, метен Старган…
Марианна обиделась на столь подозрительное к ней отношение. И даже сделала три решительных шага вперёд, чтобы высказать нахалам, что вовсе не собирается убиваться — потому что это страшный грех. Однако остановилась из-за грохота за спиной. Обернувшись, она обнаружила лежащую на полу люстру, которая, видимо, пыталась остановить её благородный порыв, но не успела.
— Ха! — сурово сказала Марианна.
— Эрбе, вы люстру прострелили!.. — удивлённо сказал бармен, а затем выпрямился, отложив своё оружие в сторону, и ласково попросил: — Милая эрбе, прошу вас, уберите ваш револьвер!
— В самом деле, мешо! Вы заканчивайте вот это! — попросил грубый голос. — Не надо расстреливать безвинную мебель!..
Грубый голос был Марианне знаком. А быть мешо оказалось почему-то приятно!
— Вы мне знакомы! — сообщив это, она повернулась ко входу, но почему-то вдруг уставилась на бутылки за барной стойкой. — Почему знакомы?.. А, ну да! Вы угрожали метену Грею! Вы — злодей!
И тут Марианна поняла, что обладатель грубого голоса просто маскируется, выдавая себя за бутылки, барную стойку… Ну и заодно за доброго бармена, метена Грея, который машет руками и что-то кричит. Правда, у Марианны шумело в ушах, и она никак не могла разобрать слов.
Чтобы убрать надоедливый шум, женщина сделала большой глоток из бутылки. А чтобы наконец-то покарать злодея, произвела короткий выстрел.
— Господи! Она чуть не убила меня!..
— Усатый, что у неё в бутылке? — рявкнул грубый голос откуда-то слева от Марианны.
— Виски! — откуда-то снизу отозвался метен Грей.
— Местный купажированный? — спросил третий, вкрадчивый голос.
— Да! Она уже выпила все староэдемские напитки! — расстроенно ответил метен Грей, и эрбе Томази вдруг стало жалко этого хорошего человека.
Чтобы убедиться, что перед ней витрина с алкоголем, а не замаскированный бандит с грубым голосом, Марианна произвела контрольный выстрел. И даже услышала звон разбитого стекла. А следом решительно развернулась ко входу в трактир, направив на него бутылку и револьвер. Сделав два шага, она снова услышала за спиной грохот и звон, а также сдавленные ругательства метена Грея…
— Усатый, ты живой? — как-то даже заботливо спросил грубый.
— Он ругался! Значит, наверно, ещё жив! — сообщил вкрадчивый голос.
— Усатый, ты смотри там! Держись!.. — искренне попросил грубый.
— Держусь… — простонал метен Грей. — Эрбе Томази, прекратите стрелять!
— И в самом деле…. Заканчивайте уже, мешо! Прошу вас! — попросил грубый.
Всё это время Марианна задумчиво смотрела на убитую витрину с кучей алкоголя, которую её пуля поразила в самое витринное сердце — отчего витрина умерла и упала, похоронив под собой барную стойку. Однако, вновь услышав грубый голос, Марианна загорелась праведным гневом, опять развернулась ко входу в трактир и увидела касадорскую шляпу.
— А вот и ты, мерзкий грязный касадор! — пробормотала она и надавила на курки своих револьверов.
Пуля пробила шляпу касадора, отправив её в темноту улицы, а бутылка почему-то стрелять не стала. Марианна ещё немного подождала звука падения тела, но так и не дождалась. И лишь грубый голос сообщил кому-то:
— Отстреляла барабан… Это «тиро» на пять патронов.
Марианна сурово навела револьвер на дверь, решив доказать этим глупым людям: её верный «тиро», как настоящий револьвер настоящего книжного героя, никогда не бывает пустым. Однако в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился он!
Разрушитель женских темниц и сердец!
Покоритель неведомых вершин!.. И женских сердец!
Герой её романа!
Невысокий, слегка — самую малость! — полноватый, в элегантном костюме, с белым галстуком…
— Метен… — выдохнула Марианна, прикладываясь губами к бутылке.
И в этот момент позади её героя показалась высокая тень мерзкого касадора без шляпы. Это несомненно был он, злодейский злодей!
И Марианна смело навела на него револьвер и спустила курок… Её герой ощутимо вздрогнул. А злодей-касадор даже не пошевелился.
Ну а верный «тиро» оказался вовсе не таким верным, как рассчитывала Марианна. Он просто сухо и предательски щёлкнул.
— Ну всё, мне это надоело! — вкрадчивым голосом сообщил её герой.
И решительно двинулся к женщине.
— Ха! — сообщил злодей-касадор грубым голосом. — Только лишь тебе?.. Эй, усатый, ты где там?
Марианна задумчиво посмотрела в дуло револьвера, чтобы понять, как же так случилось, что кончились патроны… Она ведь ещё почти и не стреляла! И вообще её роман только начинался… Однако в этот момент герой с вкрадчивым голосом каким-то чудом оказался рядом. И сразу же схватился за её револьвер, отводя от лица женщины и дуло, и бутылку.