Толпа пехоты продолжала накатываться. Благушин уже и без бинокля видел, как офицеры, размахивая пистолетами, гнали солдат вперед. Даже стреляли в самовольно залегших. Упорство атакующих было вознаграждено по заслугам. По приблизившимся на сотню метров пехотинцам в боевом азарте ударили батальоны десантников — почти две тысячи автоматов. Румыны легли. Кто-то лег навсегда, кто-то начал отползать, кто-то заорал от боли. Пулеметы и автоматы смолкли. Патроны надо беречь. Зато защелкали самозарядки СВТ. Сотня лучших стрелков бригады на выбор била отползающих вояк. Артиллеристы бригады переключились на другие цели и быстро смели немногие еще стрелявшие румынские пушки с насыпей дорог.
Стало совсем светло. Все пространство между окопами и насыпями дорог, проходивших вдоль обоих берегов Серета, было густо усеяно серо-зелеными румынскими шинелями. Громко вопили раненые. Вперед поползла разведка, выдергивать раненых «языков». Допрошенные румыны рассказали, что с севера атаковал полк из 5-ой румынской кавдивизии, а с юга — сводный полк из гарнизона Брэилы. Подошедшие в большом количестве штурмовики, причем не хорошо знакомые И-152, а новейшие Ил-2, которых Григорий тоже видел впервые, затеяли две карусели за насыпями дорог с обеих сторон от моста, густо посыпая кого-то за насыпями РС-ами, мелкими бомбами и пулями. С земли тянулись пулеметные трассы, среди штурмовиков рвались зенитные снаряды. Один штурмовик упал, получив прямое попадание снаряда, один ушел на восток с дымом. Румыны успокоились, но не надолго. Канонада на севере со вчерашнего вечера не приблизилась. Очевидно, танкисты, для которых бригада захватила мост, где-то застряли.
Через час с невысокого, поросшего кустарником холма, лежащего в четырех километрах к северо-востоку, по позициям бригады открыли беглый огонь пушки — трехдюймовки. В бинокль по вспышкам выстрелов Благушин насчитал 12 орудий. Орудия быстро пристрелялись. На этот раз огонь их был очень точен. Снаряды ложились по линии окопов. Проведя пристрелку, румынские артиллеристы перешли на беглый огонь. Григорий приказал расчетам убрать пулеметы на дно окопов и залечь самим. Артиллеристы и минометчики бригады открыли ответный огонь. Откуда-то из-за Сендерени часто полетели снаряды гаубиц калибром не меньше четырех — пяти дюймов, дававших мощные разрывы. На этот раз румынские артиллеристы накрыли бригадных батарейцев и минометчиков. Очевидно, артиллерийские корректировщики сидели где-то рядом. Досталось и взводу Благушина. Один из пулеметов с расчетом накрыло прямым попаданием гаубичного снаряда. Погибло трое бойцов, двоих тяжело контузило. Сам Гошка, сидевший в другом окопе, получил осколком этого же снаряда по каске. Каску не пробило, но слегка оглушило.
Комбриг вызвал штурмовиков. Те прилетели минут через пятнадцать и принялись штурмовать цели на холме и за деревней. С холма по штурмовикам открыли плотный огонь зенитки. После боя выяснилось, что румыны притащили на холм из Галаца 12 зенитных трехдюймовок. Эти орудия, стрелявшие прямой наводкой, нанесли бригаде серьезный урон. Гаубицы тоже изрядно перепахали окопы. После ухода штурмовиков гаубицы из-за деревни больше не стреляли. Однако пушки с холма снова заработали. Григорий насчитал 5 действующих орудий. Штурмовики подавили все гаубицы, но выбить все зенитки не смогли.
В 9 часов утра на северной дороге показалась плотная колонна пехоты и гужевых повозок. В трех километрах от моста из колонны в поле вывернули конные упряжки и румынские артиллеристы начали разворачивать гаубицы. Штук примерно двадцать. Пушки с холма тоже увеличили темп стрельбы. Вся уцелевшая артиллерия бригады открыла огонь по гаубицам. В строю остались одна трехдюймовка, две сорокапятки и четыре тяжелых миномета. Пехота в полутора километрах от моста развернулась в поле густыми цепями метров на пятьсот в обе стороны от дороги и двинулась вперед. Снова налетели штурмовики. Штук тридцать Ил-2 обработали румынскую артиллерию. Полтора десятка «чаек» проштурмовали пехоту. Десантники радостно заорали: «Ура!», глядя на красивую работу летчиков. Григорию показалось, что канонада на севере снова стала приближаться.
Артобстрел прекратился. Штурмовики отстрелялись и улетели. Пехота, тем не менее, после ухода штурмовиков встала, пошла вперед и вскоре перевалила через насыпь дороги. Цепей уже не наблюдалось. Насколько хватало глаз, беспорядочно валила огромная толпа. Все уцелевшие пушки, станкачи и минометы начали косить румын. Прибежал Грицевец, скомандовал:
— По пехоте — огонь!
Гошка отодвинул в сторону пулеметчика первого расчета Дубовицкого и сам взялся резать из ДШК набегающую толпу. Пулемет ходуном ходил на станке, выплевывая длинную струю огня в сторону румын. Георгий боялся представить, что делают в толпе крупнокалиберные бронебойные пули. В грунте такая пуля проходит три метра. А в полужидких человеческих телах — должна проходить метра четыре, даже с учетом пробиваемых костей. Итого — пробьет человек пятнадцать! Темп стрельбы нарастал. Бригада задействовала все свои средства. Подключились ручные пулеметы и винтовки, затем забили в упор автоматы. В ход пошли огнеметы и ручные гранаты. Этого румыны не выдержали. Пехота повалила назад, оскальзываясь и спотыкаясь на трупах. Еще через полчаса на севере по всему горизонту показались идущие цепью танки. Из-за насыпи снова вывалила огромная толпа румын и двинулась в сторону бригады. На этот раз без винтовок и с поднятыми руками. Комбриг выслал вперед две роты с приказом отогнать румын от дороги и освободить дорогу танкам. Две другие роты пошли собирать трофейное оружие. Разведчики на двух уцелевших мотоциклах под красным флагом покатили навстречу танкистам. Десантники растаскивали с дороги заграждения, саперы снимали мины. Бригада свою задачу выполнила.[26]
6.2. Наступление 1-ой ударной армии
Из монографии «История Отечественной войны 1941–1943 годов».
9-го сентября началось долго и тщательно готовившееся Южным фронтом наступление согласно плану операции «Гроза». К этому времени все собственные резервы фронта: 7-ой танковый, 8-й стрелковый и 21-й мотострелковый корпуса уже были использованы в контратаках для ликвидации захваченных противником плацдармов на восточном берегу пограничного Прута. В течение двух месяцев немецко-румынским войскам четырежды удавалось создать плацдармы тактического уровня и один раз в первой декаде июля — довольно крупный плацдарм у города Бельцы. Во всех случаях Южный фронт успешно ликвидировал плацдармы, введя в бой фронтовые резервы. После этого, все резервные дивизии фронта были задействованы в первой линии главного оборонительного рубежа. По замыслу командования, использование в первой линии танковых и мотострелковых дивизий должно было показать противнику, что Южный фронт исчерпал все свои резервы. Со второй половины августа немецко-румынские войска прекратили активные действия.
К началу сентября у противника в первой линии в полосе Южного фронта было задействовано 24 румынских дивизий и 5 немецких. В резервах различного уровня оставалось 9 румынских дивизий, 12 бригад и 1 немецкая дивизия. У нашего Южного фронта в первой линии находилась 31 дивизия. Из резерва ВГК Южному фронту были переданы три воздушно-десантных, два танковых, три мотострелковых и шесть стрелковых корпусов, всего 41 расчетная дивизия. Все шесть стрелковых корпуса были сняты с тылового рубежа, поскольку к этому времени возможность прорыва противником главного рубежа в полосе Южного и Юго-западного фронтов уже не считалась реальной. Эти четырнадцать корпусов предназначались для проведения операции «Гроза». До 9-го сентября Южный фронт придерживался подчеркнуто пассивной, оборонительной тактики. Резервы ВГК до начала сентября находились за тыловым рубежом на удалении более 300 км от линии фронта. Ставка и Главкомат западного направления предполагали, что противник не выявил эти резервы.